Пробуждение - Егор Аянский

— Похоже потрясающая живучесть у вас семейное, — улыбнулась она. — А значит ты успеешь мне рассказать историю о том, как убийца моих родителей заделал тебе ребенка.

Интерлюдия II

Ч.2

Краснодарская метрополия, сектор E , круглосуточное интернет-кафе.

— Есть кто⁈

— Минуточку! — донесся звонкий женский голос.

Посетитель выжидающе положил ладонь на администраторскую стойку и осмотрелся. Стандартное заведение, дающее доступ в Сеть, каких полно на каждом углу. Подобный сервис он легко мог получить у себя дома, причем с куда большими удобствами. Но сейчас ему меньше всего хотелось, чтобы его имя и жилище хоть как-то засветились в предстоящем деле. То, что он планировал совершить, являлось серьезным преступлением против личности.

Даже если эта личность уже час, как мертва.

Наконец из подсобного помещения выскочила прыщавая девица, лет двадцати, и оценивающе уставилась на ночного гостя. Темные очки с крупными стеклами; аляповатый шелковый шарф, закрывающий нижнюю часть лица; неудачно подобранный вельветовый костюм, лишь подчеркивающий полноту. Определенно у визитера имелись проблемы с чувством вкуса.

И тем не менее, все вещи были высшего качества, что могло означать только одно — перед ней аристократ. Ну или какая-то важная шишка, пожелавшая оставаться инкогнито.

— Слушаю? — она эротично облокотилась на стойку, выставив напоказ верхнюю часть весьма аппетитной груди.

— Доброй ночи. Мне бы ЛВП воспользоваться, — произнес он приятным баритоном.

— Кресло или обычный компьютер?

— Обычный. Приватная кабинка.

— Приватная? — администраторша с подозрением обвела его фигуру взглядом и на этот раз заметила выпуклость под пиджаком, которую тот старательно пытался скрыть спрятанной в кармане рукой.

Ясно. Очередной богатенький извращенец, неспособный получить удовольствие, как все нормальные люди. Такие любят потеребить свою кочерыжку в общественных местах с помощью какой-нибудь новомодной секс-игрушки. А если еще и на клавиатуру кончит…

Она недовольно скривилась, что не ускользнуло от его внимания:

— Какие-то проблемы?

— Извините, задумалась. Вперед и направо — дверь номер два.

— Спасибо. Сдачу оставь себе, — он припечатал к столу двухсотенную купюру и направился вглубь помещения.

— Ой! Правда?

Не веря привалившему счастью, девушка ошалело проводила клиента глазами, а затем спешно сгребла деньги. Даже если этот аристократический упырь собирался здесь мастурбировать до конца смены — флаг ему в руки. Остаток суммы превышал ее суточный оклад, а ради такого можно и не только клавиатуру вымыть.

Меж тем загадочный посетитель заперся в кабинке, поудобнее устроился на стуле и задумчиво уставился на дисплей, а если точнее — на простенький логотип из трех заглавных букв: « ЛВП».

Личное Виртуальное Пространство. То, с чего начинается выход в виртуальную реальность для каждого гражданина вне зависимости от статуса и категории. Что-то типа приватного кабинета, куда нет доступа даже разработчикам. За его работоспособностью следит специальная нейросеть — неподкупная и беспристрастная. Именно поэтому в ЛВП ты безбоязненно можешь хранить свои самые сокровенные секреты: номера левых счетов, данные банковских карт, пароли и прочую ценную, а иногда даже откровенно незаконную информацию. Никто и никогда не узнает, что прячется внутри твоего виртуального мирка.

Впрочем начальника Краснодарского УКО доступ к чужой финансовой информации интересовал меньше всего. Куда интереснее было узнать о темной стороне Гриднева, раз уж кудесница-судьба подкинула такой подарок. Обмануть даже самое дешевое нейрокресло у него никогда бы не вышло, но вот попытать удачи с устаревшим компьютером можно было вполне.

Сергей Алексеевич отодвинул клавиатуру в сторону, вынул из-за пазухи полиэтиленовый сверток и осторожно разложил его содержимое перед собой. За время поездки физиономия Бориса изрядно запачкалась кровью, так что ее надо было привести в порядок.

Он тщательно протер влажным платком скулы и лоб, полностью убрав красные разводы. Затем кропотливо выставил нужное положение глазных яблок, которые упорно сопротивлялись и отказывались смотреть куда нужно.

— Ну вот, как живой! — наконец ухмыльнулся Шерстобитов.

Все еще сомневаясь в успехе затеянного им предприятия, он, тем не менее, вынул из нагрудного кармана небольшой блокнотик и раскрыл его посередине. Хранившуюся в нем информацию, нельзя было доверить телефону, поскольку добывалась она незаконно, либо же с серьезными процессуальными нарушениями. В частности на выбранной им странице содержались идентификационные данные, которые Гриднев использовал для входа в банковские приложения.

Введите логин.

Сергей Алексеевич набрал необходимую комбинацию. Поле ввода мигнуло и уступило место новой графе:

Введите пароль.

Сердце запрыгало в груди. Зная об исключительной осторожности криминального напарника Шерстобитов до последнего сомневался, что тот станет использовать один и тот же логин для двух разных систем.

И тем не менее сработало. Первый шаг был пройден.

Он снова застучал по кнопкам и нажал «Ввод».

Пароль неверный.

Осталось попыток: 2

Чего и следовало ожидать.

Еще раз?

Пароль неверный.

Осталось попыток: 1

И последний!

Пароль неверный.

Внимание! Вход в систему заблокирован. Для быстрой разблокировки потребуется немедленная биометрическая идентификация. Пожалуйста раз местите оптический модуль на уровне глаз.

Осталось: 00:00:59 сек

— С богом! — прошептал Сергей Алексеевич и поднес веб-камеру к лежащему на столе куску плоти.

Идентификация успешно пройдена.

Доброй ночи, Борис!

После приветственного сообщения система замигала потоком сообщений и перед восторженным взглядом начальника Краснодарского УКО открылась урезанная версия ЛВП покойника.

— Ну-с, Боренька, — он нервно облизнул пересохшие губы. — Похоже сегодня я узнаю о твоих внутренних демонах куда больше, чем тебе самому бы хотелось.

Краснодарская метрополия, Сектор Е, район Топь.

В дверь требовательно постучали. Уже пришедший в себя профессор поспешил к выходу, чтобы впустить в кабинет худощавого посетителя в круглых очках с кофейного цвета стеклами. Лицо последнего имело крайне примечательную форму: широкие, почти монгольские скулы переходили во впалые щеки, а те, в свою очередь, опирались на узкий клиновидный подбородок. За такую свою физиологическую особенность он еще в школе получил прозвище Треугольник.

Впрочем называть его так могли лишь несколько избранных. Сам же Эдельштейн предпочитал обращаться к нему просто и вежливо — Анатолий Федорович, поскольку прекрасно знал, кому обязан жизнью, новой внешностью и чистыми документами.

А еще он меньше всего рассчитывал, что этот человек появится тут лично.

— Доброй ночи! — волнительно произнес он. Не ожидал вас здесь…

— Доброй. Где труп? — перебил его прибывший.

— Да, собственно, вот…

Эдельштейн отошел в сторонку и указал рукой на процедурный кабинет.

Гость, не разуваясь, прошел внутрь и осмотрелся. Безэмоциональный взгляд бегло скользнул по внутренней обстановке, затем переключился на сломанное оборудование и только после остановился на двух окровавленных телах. Заметив