Ночь с кровавой луной - Диана Зотова

Данар делает шаг вперёд, и я чувствую, как его ярость заполняет всё пространство. Тамиль поднимается с кресла, но его взгляд остаётся прикованным ко мне.

— Здравствуй, Данар, — улыбается Тамиль и протягивает руку для рукопожатия.

Данар смотрит на него яростно, его скулы зловеще играют, а после он вопросительно изгибает бровь, смотря на руку Тамиля, и шипит тихо, приблизившись к нему вплотную:

— Думаешь, буду руку жать изгою?

Тамиль убирает руки в карманы брюк и, задрав голову, тихо отвечает ему:

— Ты им являешься тоже, или я ошибаюсь?

Данар меняется в лице, но после оскаливается зловеще и шепчет:

— Ошибаешься.

Тамиль хмыкает, смотря на него пристально, а после, развернувшись ко мне лицом, вдруг кивает и уходит из кабинета.

Я остаюсь наедине с Данаром, чувствуя, как напряжение в воздухе становится почти осязаемым. Его глаза горят огнём ярости, и я знаю, что сейчас начнётся буря.

16. Игра с огнем

Луна

— За что его изгнали? — спрашиваю Данара, пока он буравит меня огненными глазами.

— А ты не поняла?! — рычит он и подходит к окну, пряча руки в карманы брюк.

— Тамиль ослушался твоего отца или пытался убить старейшину? — спрашиваю, всматриваясь в записи на мониторе, чтобы скрыть своё волнение.

— Тамиль обладает силой, которая любого может разговорить. Он выяснил, что его отца убил Маран — точнее, он применил к нему свою силу. Тогда Тамиль пришёл в ярость и пытался его убить. Конклав распорядился изгнать его.

Я замираю от услышанного и сглатываю, понимая, что всё это время Тамиль применял силу и ко мне. Но зачем?

Нахмуриваюсь, осознавая, что Динара была права — Тамиль, похоже, не тот, кем себя выдаёт. Но я быстро прихожу в себя, ведь слишком долго молчу, и решаю спросить то, что сейчас требует моё нутро:

— А тебя, Данар? Почему тебя хотели изгнать?

Его челюсти сжимаются, а глаза темнеют от гнева. Он медленно поворачивается ко мне, и в его взгляде читается такая боль, что я невольно сглатываю.

— Не твоё дело, — шипит он сквозь зубы.

Я, несмотря на свой страх, всё равно улыбаюсь и бью дальше, понимая, что нащупала границу.

— Ты пытался сместить отца? — прищуриваюсь я. — Старейшины вообще знают о твоей силе? Знают, что ты манипулируешь Альфой? Знают, что ты продолжаешь это делать?

Данар оскаливается и смотрит на меня удивительно тепло и изумлённо, кусая нижнюю губу. С помощью силы он оказывается надо мной в мгновение ока, держась за подлокотники стула, и шепчет рядом с моими губами:

— Ты играешь с огнём, Луна. И знаешь, я уже ни капли не жалею, что в кровавую луну ты стала моей, я даже подумываю все-таки оставить тебя в живых.

Его дыхание обжигает мои губы, а ониксовые глаза горят таким огнём, что я чувствую, как внутри меня всё замирает. Но я не отступаю.

— А я жалею и до сих пор желаю глотку тебе разорвать.

Он наклоняется ещё ближе, так что наши носы почти соприкасаются:

— Будешь зубы скалить, и я в твою глотку свой член затолкаю.

Улыбаюсь, смотря на его губы, и провожу по его нижней губе языком, решая, что сейчас самое время следовать своему плану.

Данар вдруг меняется в лице и заметно напрягается, а ещё я чувствую, как дыхание его замедляется, когда я кусаю его нижнюю и оттягиваю игриво.

— Засунь, Данар, но знай, что ты тогда его навсегда лишишься, потому что я откушу и глазом не моргнув, — шепчу ему в губы, намеренно касаясь их.

Чувствую, как его рука скользит по моему колену вверх, задирая платье, и вдыхаю глубже, смотря на его приоткрытые губы. Ноги раздвигаются шире, когда его ладонь сжимает внутреннюю сторону моего бедра, а потом, когда она оказывается между моих ног, я сглатываю и вижу, как его уголок рта приподнимается.

— Мокрая, — шепчет.

— От Тамиля, — закусываю я губу, когда он отодвигает трусики в сторону.

— Ты намокала сейчас, я ведь почувствовал аромат, — улыбается он и накрывает мои губы, медленно втягивая их в себя.

Отвечаю на поцелуй и выгибаюсь его пальцам навстречу, когда они уже перебирают мои влажные лепестки. Данар языком проскальзывает по моей нижней губе и средним пальцем входит в меня, отчего я выгибаюсь, запрокинув голову, и кусаю свои губы сама.

Он слышно усмехается и губами примыкает к моей шее, а я как-то совершенно сейчас теряюсь во времени и ситуации, чувствуя, как он медленно толкается в меня пальцем, словно намеренно возбуждает долгоиграюще.

Дальше я уже тихо стону, когда он оказывается во мне двумя пальцами и губами скользит к моей ключице. Прикусывает легко кожу, и меня мурашками накрывает, отчего я расслабляюсь больше и ноги ещё шире развожу, ерзая на стуле навстречу его пальцам.

— Кончишь для меня, Луна? — шепчет он, словно мурлычет.

— Нет, — тихо стону я.

— Кончишь, — усмехается он, целуя в ложбинку между грудей.

Жмурю глаза, впиваю в сидение когти и приказываю себе опомниться и ни в коем случае больше не стонать, а потом за долю секунды оказываюсь на своем столе, а Данар — на уже опущенном до минимума кресле и лицом между моих разведенных ног.

И я всё же стону, когда он, оттянув трусики в сторону, проводит языком по моим лепесткам. Не ожидала и даже подумать об этом не могла, потому стону и смотрю, как его татуированные руки лежат на моих бедрах и как его голова движется, вылизывая меня между ног.

Данар тихо урчит, а я стону и притягиваюсь ему навстречу, приоткрывая рот, из которого вырываются блаженные стоны. Каблуками впиваюсь в его бедра, когда он чуть прикусывает мою вершинку, и моя рука непроизвольно оказывается в его волосах.

Запрокидываю голову, решая, что один раз всё же кончить можно, и сжимаю его волосы в своем кулаке.

— Ах… да… о да… — стону я шёпотом и бёдрами касаюсь его щёк, и от этого прикосновения ещё больше мурашками покрываюсь.

Данар снова мурлычет, а я, не в силах больше терпеть эту сладкую истому, валюсь на свой стол и кусаю себя за указательный палец, сжимая его волосы другой рукой.

Спустя секунды я забываю, кто