"Фантастика 2026-113". Компиляция. Книги 1-24 - Михаил Иванович Казьмин

сутки после застолья, и провести их без горячительных напитков. Здесь алкотестер ещё не изобрели, но если полицейские унюхают у водителя запашок, проблем всё равно будет выше крыши. Сам Михаил Андреевич, ездил, кстати сказать, с водителем — рядовым Олешкиным, всё это время жившим в доме, в одной из комнаток для прислуги. Правда, как господин подполковник дома по большей части только ужинал и ночевал, рано утром отъезжая на службу и вечером возвращаясь домой, так и рядовой Олешкин в командирском доме преимущественно отсыпался. Интересно, что и на службу, и по служебным делам подполковник Елисеев ездил на собственном «Тереке», получая от казны деньги на бензин. По здешним меркам, экономия, прямо скажем, копеечная, но хотя бы какая-то.

Кстати, об экономии. Финансировать участие сына в дружеской гулянке господин подполковник отказался, но тёзка со сдержанной гордостью скромно похвастался своими успехами на ниве повседневно-бытовой расчётливости и экономности, за что и удостоился от отца похвалы, однако же денег сыну Михаил Андреевич всё равно не дал.

Однако что отцовская похвала, что отцовская прижимистость тёзку не особо и волновали. Зато тёзка тихо радовался тому, что отец так пока и пребывал в неведении относительно опасных происшествий, случившихся с младшим сыном, и продолжал надеяться на дальнейшее, в идеале вообще постоянное, продолжение молчаливости титулярного советника Грекова. Меня такое положение тоже более чем устраивало. Уж не знаю, из каких таких соображений исходил господин Греков, не сообщая подполковнику Елисееву о приключениях сына — то ли из стремления сохранить тайну следствия, то ли из нежелания расстраивать уважаемого в городе человека, меня и то, и другое устраивало, и я полагал, что раз титулярный советник до сих пор хранил молчание, то будет хранить его и дальше.

В ожидании отъезда тёзка нанёс ещё несколько визитов вдове Фокиной, и я не стал с ним спорить, когда он пожелал сделать Анечке подарок, потратившись на него из нашей добычи. В итоге Анна стала счастливой обладательницей флакончика настоящих, из самого Парижа, французских духов, а уж описания, чем и как выражала она свою благодарность, никакая бумага не выдержит. Управляли нашим телом мы с тёзкой опять-таки по очереди, за что дворянину Елисееву отдельное и большое-пребольшое спасибо, потому как при полном контроле над телом ощущения я испытывал куда более яркие, чем в качестве, прошу прощения, пассажира.

Раз уж нам вновь предстояла поездка в замечательной тёзкиной «Яузе», пришлось мне напомнить товарищу, что есть у нас ещё одно дело, и тёзка отправился в магазин господина Савича. Торговал уважаемый Степан Фёдорович много чем, главное же, он один на весь Покров имел дозволение на торговлю оружием и боеприпасами, тот же тёзка патроны к «парабеллуму» покупал как раз у него. Придирчиво покопавшись в предложенном ассортименте, шибко мудрить тёзка не стал, и магазин покинул, имея при себе «наган» в гражданском исполнении — чуть поменьше и заметно полегче армейского, опять же, требующий меньшего усилия при нажатии на спуск. Да, стоил он сильно дороже военного собрата, но тёзка уверял, что это более чем оправданные траты. Ну, ему виднее. Ещё тёзка прикупил патронов — и к старому стволу, и к новому, а также двухъярусную плечевую кобуру, чтобы можно было носить оба ствола сразу или, на выбор, любой из них. Как сам он мне объяснил, раз уж привык носить пистолет на себе, держать «наган» в перчаточном ящике не имело смысла — и доставать неудобно, и непривычно, а случись что, скорость ответа будет делом далеко не последним. Я, конечно, порадовался, что дворянин Елисеев столь серьёзно и ответственно подходит к защите наших с ним жизней, но про себя подумал, что вряд ли он смог бы проявлять столь похвальные качества без тех денег, что мы конфисковали у мошенников-похитителей. Кстати, количество названных денег после похода к господину Савичу существенно поуменьшилось, пусть и расщедрился Степан Фёдорович на семипроцентную скидку на револьвер и кобуру и аж на десятипроцентную на патроны. Стоило, пожалуй, плотно подумать, где и как ещё можно разжиться высокохудожественно исполненными бумажками с портретами российских императоров. Пока ни до чего не додумался, но надежды не терял. Надо — значит, надо. Как говорят производители тёзкиного «парабеллума», für Not gibt’s kein Verbot. [1]

…Врать не буду, отбыли в Москву мы в состоянии лёгкого мандража — обе предыдущих поездки по Владимирскому тракту для нас оборачивались опасными неприятностями. Но, как в сказках обычно с третьего раз всё выходит нормально, так и у нас ничего нехорошего не случилось. Никто в нас не стрелял, никто за нами не следил, и даже погода радовала ярким, но не жарким солнышком и приятным лёгким ветерком.

Квартира, что снимал тёзка в доме госпожи Волобуевой, понятно, уже не пустовала, зато на пятом («в пятом», как говорят здесь) этаже дома нашлась уютненькая свободная меблированная комнатка, которую Дарья Дмитриевна немедленно сдала отлично зарекомендовавшему себя жильцу по какой-то прямо-таки праздничной цене. Гулянка у тёзкиного однокашника планировалась завтра, так что тёзка по-быстрому ополоснулся в душе и двинулся по добытому недавно адресу, предоставив мне возможность вновь полюбоваться здешней Москвой.

Историческая встреча друзей детства произошла с некоторой задержкой — со слов прислуги, Алексей Юрьевич должен был вернуться домой уже вскорости, но назвать точное время его прибытия никто в доме не решился, родители тёзкиного приятеля также отсутствовали, а дожидаться хозяйского сына в квартире тёзке показалось скучным.

Способ скрасить ожидание тёзка нашёл намного лучший, отправившись на поиски места, где можно было бы перекусить, потому что завтракал рано утром и молодой организм начинал уже требовать загрузки в себя очередной порции питательных веществ. Место такое быстро нашлось, всё-таки жил тёзкин приятель на Арбате, и тут более чем хватало всяческих заведений, где можно было поесть на любой вкус и за любые деньги. Выбирал тёзка придирчиво задержаться решил лишь в четвёртом по счёту месте, куда заглядывал. Уж и не знаю, чем бы нас кормили в забракованных тёзкой заведениях, но тут подали превосходно приготовленный бефстроганов с качественно прожаренной картофельной соломкой, и я понял, что тёзка не ошибся, особенно когда он запивал этот полузавтрак-полуобед крепко заваренным чаем, закусывая напиток маленькими и ужасно вкусными орехово-шоколадными пряничками. Машину тёзка оставил ещё у дома, где жили Михальцовы, так что ничто не помешало нам погулять по Арбату, куда более чинному и спокойному, нежели в покинутом мной мире, но всё равно явственно претендующему на этакий артистизм. Ноги тёзка переставлял неспешно, и к дому в Кривоарбатском переулке они принесли его, а с ним