Чёрный сектор 2 - Кристиан Бэд

Бо знал, что шлюпку местные угнать не сумеют, но бокс будет привлекать внимание шумом, а это лишнее.

Пришлось потратить несколько секунд, чтобы сгенерировать виртуальный чип, придумать себе подходящее буквенное обозначение, прописать его в местной системе и зарегистрировать бокс на себя.

Он улыбнулся: имя Борис Бо показалось ему забавным.

И тут же, повернув голову, увидел, что Настя уже возле кафешки, а на неё напирают три довольно рослых вооружённых алайца!

Кабан тоже поставил катер в бокс на магнитные стапеля и бродил туда-сюда по ангарному залу, поджидая незваных попутчиков.

Он угрюмо зыркнул на Настю. Она ухмыльнулась ему в ответ: мол, тебе-то не даст девушка с такой грудью, нечего и глазеть.

Все знали, что алайские полукровки бесплодны. А мужик, не умеющий сделать другого мужика — разве на что-то годится?

Кабан понял её гримасу, выругался сквозь зубы:

— Чёртова коза!

Настя была бешено красивой, особенно сейчас, когда у неё внутри всё полыхало от возбуждения.

Чего она одна? Хахаль-то её — куда делся? Неужели уже струсил и рванул обратно? Вот же неудача какая!

Кабан завертел головой и… попятился, увидев, как от соседнего бокса один за другим спрыгнули на траволатор три вооружённых до зубов алайских боевика и поехали в его сторону.

Он прекрасно знал этих отморозков. И знал, чем они занимаются, если не отдыхают.

Повезло дяде, что они оказались на станции. Эти трое были не просто наёмными убийцами, но ещё и людоедами.

Да, все алайцы едят иногда человеческих детей. Это нормально, просто часть мужского религиозного обряда. Но сожрать сердце ещё живого противника — очень крутая предъява даже среди этого племени.

Таких бойцов, с претензией на «святое воинство», постоянно цепляют дуэлями. Они живут, чтобы умереть максимально эффектно. И чтобы править потом там, после смерти, в загробном мире. Сесть на воинский трон черепов.

Кабан аккуратно слинял к боксам. Он понял, что сейчас в ангаре начнётся смертоубийство.

И не он один. Только что на пятачке около кафе суетился с десяток дальнобойщиков, и внезапно осталась только Настя. Прекрасная, рыжая, длинноногая, она уставилась на приближающихся алайцев с плохо скрываемым презрением.

Это она зря. Женщин они тоже едят, хотя и без большого желания.

Кабан затаился за одним из боксов. Уйти он не мог, очень хотелось посмотреть, что будет дальше. Потому что около Насти вдруг возник её спутник. Имперский пилот, среднего роста, кареглазый, в чёрной текучей компрессионной форме.

Безоружный, но с такой наглой рожей и улыбкой на все тридцать два, что Кабан не удержался и подобрался поближе, чтобы услышать, о чём они говорят.

— Я так рад! Кого я вижу! — оскалился алаец, преграждая Насте дорогу.

— А я была бы рада видеть тебя совсем в другом месте! — заявила девушка. — В идеале — на кладбище!

Она оробела на миг, когда на неё вывалились сразу три ящерицы, но Борис тут же словно из ниоткуда вырос рядом, приобнял девушку и вернул ей хорошее настроение.

— А ты ещё кто? — совсем не обрадовался спутнику Насти боевик и уставился на Бо очень неприятным, как ему казалось, взглядом.

Бо ослепительно улыбнулся в ответ и решил представиться. Нехорошо быть невежливым.

Задираются алайцы часто, но совсем не факт, что дело дойдёт до драки. Особенно если вести себя правильно.

— Будущий муж, — сказал он с улыбкой. — Моё имя Борис.

— Кто? — не понял боевик и щёлкнул по нагрудному коммуникатору.

В воздухе между ним и Бо развернулась мутная голограммка. Какая-то яма, полуголая Настя в окружении трупов голых алайских мужчин. Несколько людей с оружием.

— Нету тут никакого «Бориса»! — буркнул боевик. Он тоже был максимально вежлив. — Уйди, человек! Мне нужна осквернительница! Не порти мне день! Я счастлив!

Он сорвал с плеча гэт и бросил на пол. Туда же полетел длинный изогнутый меч, потом куртка, набитая оружием.

Скоро алаец остался в одних штанах и с кинжалом в когтистой руке.

— Ну же! Отойди, человек! — вызверился он на Бо. — Не мешай!

Хатту ещё ни разу не приходилось наблюдать ритуальное поведение алайцев, и он не знал, как реагировать. Однако, кинжал выглядел угрожающе, а потому Бо убрал Настю себе за спину.

— Ты что, драться с ней собираешься, что ли? — уточнил он сухо.

Его аналитический аппарат усиленно работал, отжирая энергию у эмоций.

— Нет! Я собираюсь убить эту паскудную самку! — взревел алаец.

— С женщиной хочешь драться? — не понял Бо.

— Да нет же! Я её просто зарезать хочу! — заорал боевик и ткнул кинжалом человеку в лицо.

Он всё ещё не видел в нём противника, только помеху, и попытался смахнуть Бо, как нежелательное препятствие.

Хатт уклонился так быстро, что лицо его дёрнулось, словно его рассекло пополам, но оно тут же срослось!

Следующим движением, Бо схватил боевика, поднял его над собой и в одно движение оторвал голову.

Дерен ему как-то рассказывал про эпическую драку с алайцами во время подписания договора с Севером. Тогда узаконенный сын эрцога Локьё Энрек Лоо, инициированный на Тайэ духом зверя, вот так же в бешенстве оторвал голову одному из алайцев.

Дерен тогда, смеясь, говорил, что на зелёных бойцов это произвело «успокаивающий эффект», а Бо не хотел, чтобы этот мелкий конфликт перерос в большую драку.

К сожалению, бешенство он изобразить не успел. Но, может, хватит и оторванной головы?

Зелёная кровь брызнула на компрессионку, скатившись, впрочем, с неё безо всякого следа. В воздухе резко и неприятно запахло кровью, она очень вонючая у алайцев.

Бо плюхнул безголовое тело на реголитовый пол. Голову аккуратно уложил сверху. Выжидающе посмотрел на двух уцелевших боевиков.

— Инцидент исчерпан? — вежливо уточнил он.

* * *

* Во французском «бо» — это как раз красивый.

12. Лагуна (продолжение)

Если бы кто-то из тех, кто наблюдал за дракой Бо и алайцев, был способен увидеть сейчас всё целиком, всю сцену, медленно и чётко, он заметил бы странное — капли крови скатывались не только с компрессионки Бо, но и с его ладоней. Точно так же быстро и не оставляя следов.

Но, к сожалению, восприятие избирательно. И всё внимание прячущихся в ангаре людей притягивала оторванная голова алайца. Неожиданно грустная и смешная, с гримасой недовольства, застывшей на зелёных губах.

Это ж с какой силой надо дёрнуть, чтобы не просто сломать шею, а ещё и голову оторвать? Вот какой вопрос занимал сейчас всех, кто прятался за подъёмниками и ангарными боксами. К счастью, это были в основном дальнобойщики, привычные и