Служба добрых дел - Сабрина Кэтдор

столового прибора, да ещё и все подарки куда-то таинственно исчезли. Она бросилась прямиком на террасу – к счастью, никого из детей это не насторожило, – и, наклонившись к Саманте, шёпотом рассказала ей, что произошло.

– Да как же?.. – начала было Саманта и случайно выпустила палочкой облачко пурпурных искр прямо над головой малышки-гоблина, личико которой она как раз разрисовывала.

Эви прижала палец к губам, чтобы подруга говорила потише. Саманта быстренько добавила малютке пару синих линий над глазами, чтобы получились крылья бабочки, хотя из-за обилия пурпура они больше походили на стрекозиные.

– Очень красиво, – похвалила Эви.

Крошка-гоблин немного повертелась туда-сюда, словно и в самом деле собиралась взлететь, а потом убежала хвастаться гримом своим подружкам-феям.

– Что же нам делать? – спросила волшебница.

– Надо предупредить остальных.

Саманта и Эви направились к Лоле, ведя за собой заодно и всех ребятишек, которые тоже ждали возможности навести красоту.

– Сейчас моя очередь, – сказала маленькая фея, которая уже выбрала себе грим жука-скарабея.

– Нет, моя, – заупрямился её сосед-волшебник.

Саманта и Лола поспешили уладить разгорающийся спор, чтобы малыши не ссорились. Эви тем временем сбегала за Маритой, которая дежурила у песочницы, следя, чтобы мумии не засы́пали себе песок в уши. Услышав, что случилось, она серьёзно нахмурилась.

– Грибогобли – бедствие болотистых мест. Далеко от воды они жить не могут. Очень странно, что они появились на кухне этого дома.

– Наверное, кто-то принёс их сюда, – сказала Лола.

Саманта была так зла, что разве что искры не летели. – Эви столкнулась с Тедиусом у дверей кухни. Он ещё посмеялся над ней, гад.

– Неужели ты думаешь, что он способен испортить день рождения Сабли только ради того, чтобы навредить нам? – У девочки-вампира это просто не укладывалось в голове.

– Ещё как способен! Чтобы добиться своего, он способен вообще на что угодно! – волшебница так и кипела от негодования.

Вчетвером они отправились на кухню, а за ними потянулись все двадцать шесть детей. Там, привалившись к двери, действительно стояли Тедиус, Карась и Шрам. Они нахально лакомились пирожными, которые достали из холодильника.

– И не надоело вам валять дурака? – осведомилась Лола, сердито подбоченившись.

– Боюсь, это их основное занятие. Больше они ничего и не умеют, – гневно проворчала Саманта.

Тедиус изобразил противную улыбочку.

– Не понимаю, о чём это вы. Мы просто пришли помочь.

– Помочь? – удивился его приятель Карась. – А вроде ты говорил, что…

Третий из компании, Шрам, ткнул его локтем, чтобы тот заткнулся, и подождал, что эльф скажет дальше.

– Может, мы раньше и ссорились, – продолжал Тедиус фальшиво-дружеским тоном, – но сейчас мы хотим пойти на мировую.

Четверо девочек недоверчиво переглянулись. Присутствие Тедиуса и его компании никогда не сулило ничего хорошего.

– По этому поводу мы даже принесли маленький подарочек, – эльф достал из кармана медную монетку и подбросил её в воздух. – Чтобы вы этот праздничек уж точно запомнили на всю жизнь!

Дальше всё произошло очень быстро. Пока монета, звеня, отскакивала от дверок буфета и столешницы, откуда-то выпрыгнул грибогобль и втянул её в себя. Упав на пол, он вдруг разделился сразу на трёх грибогоблей. Тедиус распахнул двери, запуская их в гостиную, и прожорливые существа немедленно устремились туда в поисках чего-нибудь блестящего.

Саманта бросилась за одним из них, который принялся скакать по диванам и ухитрился запихнуть в себя коллекцию бронзовых декоративных фигурок. Эви увидела, как другой грибогобль сцапал из застеклённого шкафчика несколько украшенных изумрудами серебряных кубков. Лола же попыталась схватить грибогобля, который забрался в сервант и заглотил всё хранившееся в нём столовое серебро.

Грибогобли всё множились и множились. Они хватали разные предметы и засовывали их внутрь себя, словно их тела были сделаны из желе. Едва завладев какой-нибудь добычей, они сразу же начинали рыскать в поисках другой.

Лола выпалила словечко, которое никогда не осмелилась бы произнести при родителях, а Саманта, которая всегда быстро соображала, выхватила из кармана волшебную палочку:

– Грибогобли, замри!

Она-то хотела задержать тех троллей, которые сновали по комнате, чтобы они не успели выскочить на лестницу, но грибогобли были приспособлены к всевозможным заклятиям, а потому уклонились от чар волшебницы без особого труда. Заклятие Саманты выстрелило, рассыпая фиолетовые искры, отрикошетило от зеркала и ударило Шрама – точнёхонько в лоб.

– Что ты наделала?! – завопил Тедиус. – Вот сама его теперь и тащи.

Времени расколдовывать Шрама ни у одной из Магических сестричек не было, да и к тому же его неподвижность была даже к лучшему: пока он молчал и не шевелился, он не мог делать никаких пакостей.

Тедиус схватил Карася за локоть и потащил прочь.

– Скорее! Притворись, что нас на кухне никогда и не было! Когда взрослые узнают про всё это безобразие, Магических сестричек вышвырнут отсюда навсегда! Бежим отсюда!

– Но… а как же Шрам? Мы что, не будем снимать с него чары?

– Чтобы Магические сестрички добились своего? Заткнись и бежим! – и эльф выпихнул огра за дверь.

Магическим сестричкам, однако, было совершенно не до Тедиуса и его глупостей.

– Что нам делать? Грибогобли украли все подарки! – крикнула Эви.

– Вот же гадкие создания! – возмутилась девочка-оборотень. – Надо их как-то остановить.

– Грибогобли, – сообщила Саманта, которая, как всякая волшебница, хорошо знала нравы и повадки всех существ, наделённых магической силой, – питаются разными блестящими предметами. Многие великие состояния были погублены их нашествиями… даже если их было гораздо меньше, чем сейчас.

– Они направляются в подвал, – поделилась наблюдением Марита.

В разговор вмешался Сабля:

– Как раз там мы храним все сокровища нашей семьи, – сообщил малыш-скелет. – Там целая куча золотых монет, всякие ожерелья и сундук, набитый рубинами…

О нет! Того и гляди праздник по случаю дня рождения обернётся полным разорением одного из видных семейств Сорледо. Допустить такого, конечно, никак нельзя. И ещё меньше следует допускать, чтобы злая шутка троицы хулиганов испортила праздник Сабле.

– Если грибогобли будут размножаться с такой скоростью, скоро весь Сорледо будет наводнён этими троллями, – прибавила Эви, всегда готовая ожидать худшего.

– А если кто-то прознает, что их нашествие началось с этого праздника, – подхватила Лола, – с семейством Барбадос и здороваться-то перестанут…

– …и мы останемся без работы, это точно. Магические сестрички окажутся никому не нужны, – заключила Марита.

Поймать грибогобля – дело непростое. А уж остановить нашествие этих существ в большом особняке, да ещё в разгар детского праздника, когда за тобой бегают и виснут на твоих руках и ногах двадцать шесть резвых малышей… Это превращалось в совсем невыполнимую миссию.

Марите пришлось отвлечься, потому что одна фея попросила стакан сока. Эви кинулась разнимать двух друидов, которые поспорили из-за последнего оставшегося пирожного. Лолу перехватил