Моя Академия 13 - Евгений Син

рептилоидов каким-то образом успевают увернуться от конструкта имперского мага и рвутся к нам. Сейчас у меня нет сильного подъёма магии, поэтому пара росчерков тут же прерывает их прорыв.

— С этими как-то проще, — говорю и оглядываюсь, чтобы оценить обстановку.

— Да, проще, — подтверждает имперец. Только мне теперь нужно отдохнуть, — усмехается. — Всё имеет свою цену.

Имперский маг создает воздушное кресло и присаживается.

— Буквально пару минут, — выдыхает Юрий Олегович. — Ты как раз пока добьёшь остатки, — обращается к физруку имперец, подсвечивая направление боя.

Физрук не особо вслушивается, только кивает — и убегающие монстры взрываются облаком кровавых брызг.

Всё-таки у каждого из них есть свой уникальный ультимативный конструкт. Но пользуются они этим «бонусом» не так часто. Видимо, эти глифы требуют очень большого напряжения или их попросту долгого рисовать, поэтому их сложно применять в бою. Вывод приходит сам собой после громоздкой атаки имперского мага. Видно, что Юрию Олеговичу всесжигающее солнце даётся непросто — как и в прошлый раз. Теперь ему нужно время на восстановление.

— Могу дать накопитель, — предлагаю. Мне сейчас столько энергии точно не нужно.

— Хм-м… — задумывается маг. — А почему нет? Давай. — Протягивает руку.

Вытаскиваю из внутреннего нагрудного кармана костяную пластину с большим объёмом моей магии и отдаю имперскому магу. Раньше не понимал, что можно складывать так близко к телу, теперь же в полной мере смог оценить пошив одежды. Накидка из драконьей кожи всё-таки предназначена для магов — о чем свидетельствует карман для накопителя. Хотя охотникам тоже всегда найдется, что туда положить.

— Спасибо, Орлов, — благодарит имперец. — Выручил.

Физрук после этих слов усмехается себе под нос, но никак не комментирует. Я и сам прекрасно понимаю, что Юрий Олегович просит у меня пластину скорее для анализа, чем для реального восстановления. Ему намного интереснее понять, как именно работает неизвестный материал, и что можно от меня ожидать.

Вижу, как лепестки хмари как пылесосом втягиваются в тело мага. В этом месте, где больше неопределённости и магии восстановиться несложно. Юрий Олегович восстанавливается скорее активно, а не пассивно, как все остальные. Ещё одно доказательство, что моя костяная пластина нужна ему постольку поскольку — и физрук это тоже прекрасно понимает.

— Контролёр тут? — спрашивает имперец и смотрит на менталисток.

Ариадна отрицательно качает головой.

— Нет, никого нет, — добавляет Юля.

— Отлично, — говорит Юрий Олегович. — Орлов, ты же дашь мне потом посмотреть эту штуку? — обращается ко мне.

— Вам нужна конкретно эта пластина? — уточняю.

— Ну… — тянет имперский маг. — В принципе, можно любую другую, но с такими же свойствами накопителя. А что, у тебя их много?

— Нет, не много, — отвечаю. — Но для анализа одолжить смогу. Тем более, что Пилюлькин уже забрал одну себе. Так что в товарных количествах этих штук у меня нет.

— Понятно, — кивает маг и возвращает мне накопитель. Он не спрашивает, где я взял эти штуковины — возможно, все вопросы задаст потом. Вместо разговоров имперец бегло оглядывает всех нас.

— Ну, что? Перевели дух? — уточняет и не дожидается ответа. — Идём к следующему порталу?

Все дружно киваем. Менталистки, судя по виду, в этот раз вообще не устали. Ариадна слегка улыбается и постоянно о чем-то спрашивает Юлю. Да уж, учиться в таком месте — самое то.

Времени остаётся всё меньше.

Похоже, имперский маг не замечает, что все перемещения происходят не случайно, и мы попадаем к порталам как раз вовремя. А вот мне для этого приходится прилагать определённые усилия.

Постоянно прислушиваюсь к себе и ощущаю: в каких местах могу оказаться именно в тот момент, когда атаки только начинаются. Все пять боёв — пять активных порталов словно застывают, продолжая находиться в одном временном промежутке. Кажется, что я будто перебираю слои реальности и каждый раз попадаю в начало нового варианта. Эффект дня сурка помноженный на пять. И это ещё раз подтверждает: межреальность неоднородна и работает по совсем другим законам. Когда прихожу сюда, то привношу свои законы, но в таком варианте они действуют ограниченно. К тому же очень сильно зависят от моего восприятия.

Есть ещё один интересный момент: я не могу вернуться в прошлое. Уже пробовал нащупать дорогу, чтобы переместить нас туда, где порталы ещё не начали работать. Нет такой дороги. Могу вывести только в момент попадания в межреальность. Всё, что происходит здесь, имеет одну и ту же координату. Я, как ни странно, могу её двигать, но только вперёд. Каждый из боёв как-будто длится в своём временном промежутке, который вообще никак не коррелирует с остальными пятью. Каждая точка и каждое перемещение отделено от предыдущего, но при этом происходят в одно и то же время.

Это всё определенно стоит запомнить, но говорить об этом вслух, при имперском маге, точно незачем. Всё равно он не узнает с точностью до минуты или до секунды, когда именно будут закрыты порталы. Бесёнок, по моим ощущениям, только начал поглощать энергию того, который остался позади. Порталы будут закрываться по очереди, а не одновременно.

Пытаюсь осознать само существование пяти одновременных временных линий. Получается плохо.

Встаю с воздушного кресла, которое успел сформировать для себя и Ариадны.

— Раз мы идём дальше — предлагаю действовать по той же схеме: так же, как и раньше, — говорю группе.

Возражений нет.

И снова иду во главе группы под защитой Юрия Олеговича. Следующий по интенсивности магии камень зажат у меня в руке.

Делаем шаг в молочную стену тумана. Потом второй. На третьем просто оборачиваюсь к имперцу и киваю.

Маги собираются и мельком переглядываются. Мы готовы атаковать — и снова вылетаем с тропы прямо посреди боя.

Возле этого портала снова ничего нового: попадаем в самое начало боя, пока без контролера: он прячется. К тому же находится достаточно далеко, чтобы нам грозила опасность — всё ещё можем достать его глобальной техникой. Что, собственно, и происходит. Над полем снова загорается рукотворное солнце — и Юрий Олегович сразу после этого оседает на созданный из воздуха диван.

— Дальше ты, — кивает физруку. Тот без слов приступает к работе.

Две трети безумного боя сгорает в яркой вспышке имперского мага. Но оставшаяся треть монстров, при прочих равных, может доставить нам большие неприятности. Беспокойство всё равно не приходит — Юрий Олегович не задействовал свой козырь. У