Сверхъестественное: И прошел год. Поцелуй койота. Ночной кошмар - Джон Пассарелла

– Ну, поглядим. Может, она уже передумала.

Они вломились в дверь и обнаружили, что магазин совершенно пуст: девушка ушла. Сэмюэль знаком указал Сэму, чтобы проверил склад, а сам направился на второй этаж. Задняя дверь была закрыта, и стояла такая темнота, что Сэм едва различал собственную ладонь перед лицом. Когда сзади скрипнула половица, он развернулся и лицом к лицу столкнулся с незнакомой женщиной с грубыми чертами лица.

– Извини, товар назад не принимаем, – резко проговорила она, махнула рукой – и Сэма отшвырнуло к противоположной стене. – Даже если ты Кэмпбелл.

Сэм пытался бороться, но женщина оказалась сильнее, как будто невидимый груз давил на грудную клетку. Женщина приподняла руку, и Сэма прижало к потолку, где он и сражался за глоток воздуха, в то время как неведомая тяжесть продолжала давить на него.

– Особенно без чека.

– Служба поддержки клиентов! – прогрохотал Сэмюэль, появившись в дверях с бейсбольной битой и замахиваясь на женщину.

– Ты что, собираешься стукнуть меня спортивным снарядом? – фыркнула она.

– Нет, я собираюсь… – Сэмюэль выхватил закрепленный на бедре обрез и выстрелил женщине в левое плечо.

– Соль? Серьезно? Думаешь, я демон? – она ухмыльнулась, шагнула к Сэмюэлю и глубоко втянула воздух. – Ты был мертв, старик, – она выбросила руку вперед, и Сэмюэль начал давиться. – Ты же помнишь, каково это – не дышать? Да, помнишь. И ты был мертвым некоторое время. Так интересно… Надо нам как-нибудь пообщаться на эту тему. Ну, а сейчас я собираюсь приготовить… как вы это называете… барбекю.

Еще один жест – и в углу вспыхнуло пламя. Женщина шагнула к двери, посыпала каким-то порошком пол и косяк:

– Все равно пришло время переучета товара.

И она ушла. Сэмюэль пытался сдвинуться с места, но словно примерз к дверному проему. Сэму, все еще пришпиленному к потолку, с боем давался каждый глоток воздуха. Пламя ширилось, охватывая коробки с товаром и поднимаясь выше.

– Как она нас держит? – прокашлял Сэм.

– Ищи пятно крови. На себе. И сотри! – выдавил Сэмюэль.

Сэму вообще было двинуться трудно, не то что пятна крови искать. Но через некоторое время он умудрился оторвать от потолка левую руку и разглядел темно-красное пятнышко на внутренней стороне запястья.

– И как мне его стереть?

Огонь по башне из коробок добрался до потолка. Пламя подступило к ступням Сэма.

– Слюной! – крикнул Сэмюэль.

Сэм попытался выдавить из пересохшего рта хоть немного слюны. Сплюнув на запястье, он почувствовал, как невидимые путы капельку ослабли. Ему с трудом, но удалось вытереть руку об штаны. Проделав это, Сэм тут же сверзился на пол. Даже не поморщившись, он вскочил на ноги, прибивая пламя, пробрался к деду и стер кровь и с его запястья. Освободившись, они выбрались в торговый зал, успевший наполниться густым едким дымом. На полу у окна лежала девушка с шеей, вывернутой под неестественным углом. Сэм, однако, все равно проверил пульс: девушка была мертва.

Они вывалились на улицу, кашляя, со слезящимися от дыма глазами, и нырнули в фургон. Сэм отъехал в тот момент, когда за угол свернули пожарные машины.

– Сильное было колдовство. Никогда не видел такого связывающего заклинания, – заметил Сэм.

– Наверное, эту ведьму мы и ищем, – отозвался Сэмюэль. – Чтобы сотворить истинное зло, и нужна подобная сила. Она сильна и, могу поспорить, пытается стать еще сильнее.

– В смысле? – не понял Сэм.

– Ведьмы как магнит. Чем больше их собирается вместе, тем они становятся сильнее. Если она смогла использовать заклинание такого уровня и продержать нас на месте так долго, то она явно не просто так дурака валяет.

– И что это было за заклинание на крови такое? Я видал подобные, но никогда не случалось, чтобы заклинатель выходил из комнаты, а его жертвы оставались под влиянием колдовства. Только дьявольская ловушка вспоминается.

– Да. И не думаю, что ты захочешь с ним еще раз столкнуться, – сухо проговорил Сэмюэль.

– Что? Почему это?

– Менструальная кровь ведьмы, – Сэмюэль позволил себе лишь намек на улыбку.

* * *

– Агент МакБрейн, – представился Дин, облокотившись на запачканный стол окружного коронера. – Мне нужно осмотреть все тела, поступившие за последние две недели. Ну, знаете, жертв того серийного убийцы, которого все тут собираются проигнорировать, – он спрятал удостоверение и указал вглубь полуподвального помещения. – Причем прямо сейчас.

Пожилой седой мужчина без единого слова вскочил со стула и направился к секции с холодильными камерами.

– А вы не очень-то разговорчивы, а? – заметил Дин.

– Тут и говорить-то нечего, – парировал старик, выдвинув одну из длинных стальных полок. – Эта первой была. Никаких особых примет, кроме пары татуировок.

Проделав, что просили, коронер прошаркал обратно к столу, а Дин взглянул на первую девушку. Разрез тянулся через всю шею – чистый, не особо глубокий и беспощадно точный. Дин поискал следы ведьмовства на теле: ни пятен угля, ни волоконец трав – непохоже, чтобы она предназначалась жертвой. Однако на кистях и руках виднелись специфические раны, будто девушка пыталась сопротивляться нападающему. Убийство не было чисто ритуальным: убийца столкнулся с отпором. Дин наклонился, чтобы ближе изучить рану, и по наклону головы определил кое-что весьма необычное: дело не ограничилось перерезанным горлом – шея оказалась сломана.

– Этого ведь не было в отчете? – поинтересовался Дин у коронера.

Старик вскинул голову и вернулся к нему.

– Чего не было?

– У нее шея сломана. В вашем отчете этого не указано, – отчеканил Дин. – Не думаете, что деталь достаточно важная, чтобы включить ее? Да девочка на Тряпичную Энни[59] похожа!

Старик только плечами пожал. Переведя взгляд на труп, Дин заметил что-то на ключице, а именно маленькую татушку «Я люблю Нью-Йорк». Шериф Виггам был прав: девушка не местная. Но что она делала в Салеме? Дин проверил остальные тела: картина та же – сломанные шеи. Дин вздохнул: что-то в Салеме было нечисто. Теперь у него на руках оказалось самое что ни на есть настоящее дело, и это дело было ему нужно в последнюю очередь. Он просто хотел найти «Некрономикон», ведьму и вернуть брата… разве многого он просил? И вот на тебе десять трупов, и… Зазвонил мобильник, на табло настойчиво отображался номер Лизы. Да, десять трупов и одна обозленная подруга.

– Привет, малыш, –