Фантастика 2026-106 - Игорь Евгеньевич Кулаков

— Вас можно поздравить команданте, теперь вы самый ценный союзник Москвы и вас не растерзали ваши министры. — Тихо сказала она.

— У них была такая попытка. — Улыбнулся я девушке обернувшись…

— Хотела бы я это видеть. — Ответила она.

— Поверьте там не на что было смотреть, мерзкая сцена, меня обзывали предателем…

— Могу себе представить. — Сочувственно улыбнулась она…

— Возьмите на память о подписании договора. — Я протянул золотую монету, наш сталь…

— Чтобы жить? — Улыбнулась она…

— Чтобы жить… — Согласился я и наши пальцы встретились в тот момент когда я передавал монету…

Ранее утро спальня команданте

Наташа проснулась от того, что в комнату вошел Бифф с подносом. Аромат свежего какао и свежих африканских лепешек заполнил спальню.

— Как сам легендарный команданте умеет готовить? — Удивилась, но все же с нотками юмора и сарказма задала вопрос девушка.

— А что тебя собственно удивляет? Так-то я из простой рабочей семьи, работал «поди-подай-принеси» в кафе, я же простой парень с улицы. И я не был рожден команданте. — Сказав это улыбнулся Наташе душа ликовала и я был счастлив. Как бывает счастлив любой мужчина понимая, что его любимая девушка принадлежит ему и только ему вся без остатка.

— Да? А как же твой навык стрелять? Создавать государства, теперь все это в прошлом? — Похоже моя Наташа тоже была в великолепном настроении и если она принадлежала мне, то я принадлежал ей, чем нагло пользовалась подкалывая диктатора африканской республики.

— Все на месте и стрелять могу и деньгу чеканить, противостоять мировому империализму и даже вышивать крестиком. — Ответил я любимой.

Ты правда умеешь вышивать? — Очень искренне удивилась она, впрочем не в силах скрыть свою очаровательную улыбку.

— Нет, извини оказывается я не умею шутить, вот именно вышивать крестиком я как раз и не умею. — Честно ответил любимой, ибо обманывать любимых самое большое преступление, причем перед самим собой. Наташа не смотрела мультфильм «Простоквашино» и потому не поняла моей шутки, а жаль подумалось мне. Наверное он еще просто не вышел…

— Как же нам теперь быть Бифф? — Тихо спросила она, став серьезной и заглянула мне в глаза, в ее взгляде не читалось взгляда супер-профессионала на меня смотрела влюбленная девушка, которая не знала ответ на свой вопрос и просила помощи и защиты.

— Ну во-первых после всего, что произошло я как честный человек делаю тебе предложение, но извини колечка не готово, обвенчаемся все дела… — Начал я свою речугу.

— Фи Бифф, какое мракобесие, я атеистка, ты реально веришь в средневековые сказки? — Спросила она.

— Я верю в нашу любовь, не хочешь в церковь пойдем в мечеть, а хочешь в синагогу. — Теперь уже я стал подкалывать возлюбленную.

— А мы можем пойти просто в ЗАГС? — С улыбкой спросила она.

— Можем и просто в ЗАГС, а можем заключить брак в стенах Дворца Республики… — Ответил я…

— Меня скорее всего отзовут. Это провал Бифф, да была установка на соблазнение команданте, но точно не на брак и счастливую семейную жизнь. — С тоской в голосе ответила она.

— Любимая ты же профессионал, ну включи ты мозги, кто у меня тебя может забрать? У меня армия, надо я начну войну с Советским Союзом. — Начал я…

— Не надо. — Улыбнулась она. Посидела подумала и продолжила.

— Вообще-то ты прав, после базы в Дакаре, «Большого договора» по ресурсам, нам позволят пожениться — это будет считаться самой мелкой уступкой, опять же жена команданте агент КГБ, прямо агент в логове врага… — Она улыбнулась.

— Так уж и врага? Мы вроде союзники…

— Да, но политическая ситуация динамична и постоянно меняется, меня могут отозвать или приказать ликвидировать тебя, а я не выполню приказ. — Сообщила Наташа.

— Я тоже тебя люблю. — Признался я в любви девушке.

— Ты не понимаешь я твоя слабость, меня можно выкрасть, шантажировать тебя…

— Ну пусть попробуют… Я тогда спалю нахрен весь мир! — Наташа заглянула мне в глаза…

— Знаешь любимый, а я тебе почему-то верю…

* * *

Далее все развивалось крайне стремительно. Против нашей любви были все: мое правительство, правительство СССР. Причем по разным причинам. Мои министры считали, что Наташа играет со мной и работает на Москву. Кремль, а вот не понимаю я мотивов Хрущева, мне кажется он просто дебил. Но через три дня в Белом Зале, Дворца Республики, наш брак был зарегистрирован…

Глава 8

У кого правда тот и сильнее

Фатумата Диавара шла по проспекту Победы, сжимая в руке свежий номер «Голоса Стали». На первой полосе — два портрета: уставший, но решительный Бифф Таннен и холодно-прекрасная Наташа. И два заголовка, которые, казалось, разрывали страну надвое: «ИСТОРИЧЕСКИЙ ДОГОВОР ОТКРЫВАЕТ ЭРУ ПРОЦВЕТАНИЯ» и, чуть меньшим шрифтом, «НАШ ЛИДЕР И ЕГО СОВЕТСКАЯ ЖЕНА».

Внутри Фатуматы бушевала настоящая буря, она не знала, что и думать. Ее сердце, преданное команданте, верило ему безоговорочно. Он дал ей квартиру, профессию, будущее, а главное — честь быть «Ангелом», чье лицо смотрело на народ с трех центимовой монеты. Но ее разум, научившийся читать и анализировать, шептал тревожные вопросы. «80 процентов… На двадцать лет… Это слишком большая цена. Разве мы за это сражались? Разве ради этого я рвала на себе свою последнюю юбку на бинты дабы мы стали советской колонией?»

Девушка зашла в кафе «У сытого носорога», надеясь найти в привычной атмосфере хоть каплю умиротворения. Но и здесь бушевала буря, велись жаркие споры.

За одним столиком трое рабочих в промасленных комбинезонах оживленно спорили.

— Я тебе говорю, он знает, что делает! — горячился самый молодой, стуча по столу монетой в 5 центимов с горящим танком («Бронебойщик» или «Стена огня»). — Без станков, без дорог мы как бегемот в грязной луже, так и будем сидеть! Лягушатники вернутся, и все начнется сначала!

— А по-моему, он продался, — мрачно бубнил седовласый рабочий, вертя в пальцах монету в 1 центим («Учитель»). — Сначала французы грабили, теперь русские. М’Бала Коне за это жизнь отдал? Гордость нашей республики, Таннен на доллары променял.

— Какая, к черту, гордость, когда дети помирают? — встрял третий, доставая кошелек, дабы расплатиться за обед.