"Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 - Артемий Скабер

— Господин хочет?.. — промурлыкала «Вероника», и в её голосе прозвучали те самые, хорошо знакомые мне интонации.

Выдохнул, опускаясь на стул. Смотрел на этих двух бестий в белых платьях и ждал объяснений.

— И? — наконец спросил, когда молчание затянулось.

— Нам уже раздеваться? — «Елена» кокетливо поправила фату.

— Точно, наш брак нужно консумировать! — «Вероника» потянулась к застёжкам платья с таким видом, словно собиралась устроить показ.

— Маргарита, Симона! — процедил сквозь зубы. — Хватит паясничать. Я жду объяснений и немедленно! — внутри всё клокотало от ярости. — Терпение и так на исходе. Не доводите до греха.

— Что Павел Александрович желает узнать? — «Елена» склонила голову набок с той самой грацией, что я видел у Маргариты.

— Для начала примите свой истинный облик. Ну, или обратно в служанок, — барабанил пальцами по подлокотнику, сдерживая желание встряхнуть обеих.

— Простите… — Лжевероника пожала плечами, как Симона. — Но мы не можем. Теперь это наши настоящие формы.

В голове крутились варианты: «Пытки? Натравить монстров? Что сделать, чтобы эти особи заговорили?»

— Господин, — Псевдоелена встала, её платье зашуршало по полу. — Ваши… девушки. Они…

— Мертвы? — дёрнул щекой, уже зная ответ.

— Да, — кивнула она.

Монстров мне в жёны! Стоп… Твою налево! Договорился, называется. У меня в жёнах перевёртыши… Их ведь можно считать монстрами? А, плевать!

— Павел Александрович, — Вероника подошла к Елене, их белые платья зашелестели в унисон. — Позвольте вам всё объяснить.

Я слушал. Мои «служанки» узнали правду, хотя насколько можно верить этим созданиям — ещё вопрос.

Истинные Зубарова и Требухова, не те, которые сейчас были в этой комнате, планировали меня убить. Не сразу, конечно. После того, как родят детей, чтобы получить право наследования земель.

План этот родился не в их головах, его прислал сам император. Монарх связался с Требуховым и передал идею. Как приятно… Моя персона привлекла внимание самого Его Величества. Они всё продумали. Служба безопасности империи должна была передать особый яд, от которого даже я отправился бы на тот свет, когда придёт время.

И две дуры, которых спас, пусть и со своим умыслом, решили, что это отличная идея — самим стать хозяйками земель. Действительно дуры! Амбиции, которые им вбивали в головы с детства, весь этот гонор и эгоизм затмили разум.

Монарх знал, на что надавить, и девушки «растаяли». Ни одна из них не подумала наперёд. Даже Требухов, а ведь он должен был! Удержат ли земли женщины? Позволят ли им это сделать?

— А ну, стоять! — показал кулак, когда «невесты» начали раздеваться.

— А вы попробуйте в этом находиться, — Елена-Маргарита указала на свой наряд. — Дышать невозможно, давит.

Пока девушки избавлялись от свадебных платьев, оставаясь в нижнем белье, я погрузился в размышления.

Император так быстро спохватился… Не получилось с Запашным, и вот он уже сбросил своего ставленника со счетов, внедряя новый план.

Это как раз нормально, молодец. А то я думал, что на троне сидит «овощ», которым кто-то управляет. Смущало другое: почему так мягко? И следующий вопрос: знает ли монарх, что мы формально с ним родственники? Что я теоретически могу претендовать на трон?

— Как они умерли? Вы их убили? — поинтересовался, наблюдая, как перевёртыши с любопытством разглядывают свои новые тела в зеркале.

— Нет, — Псевдовероника покачала головой, присаживаясь на край кровати. — Всё вышло совсем иначе. Эти две трусливые дуры во время битвы настолько испугались за свои драгоценные жизни, что согнали всю охрану к комнате. Заставили людей выстроиться живым щитом, пока сами прятались внутри.

Её губы скривились в презрительной усмешке:

— Уже начали связывать простыни для побега через окно. Представляете? Бросить всё и сбежать! А ведь они должны были стать вашими жёнами, Павел Александрович. Ваши земли, особняк тоже принадлежали бы и им. Так аристократы не поступают.

— Мы в тот момент бились с Каперским, — подхватила Лжеелена, нервно теребя фату. — Пришлось использовать всю магию, чтобы монгол нас не заметил. Тогда бой прошёл бы иначе, и неизвестно, выиграли бы мы или нет.

— И тут раздались крики из особняка, — Вероника дёрнулась. — Огненная волна прошла сквозь стены, словно их не было. Мы бросились туда, но…

— Павел Александрович, — Елена опустила глаза, — мы знали, как важны для вас эти земли. Столько усилий, столько планов… Когда увидели их тела, они были ещё живы и излили свои души перед смертью. Решение пришло сразу же. Потом всё подтвердил глава рода Требухов, когда мы остались с ним наедине.

— А письмо? — я внимательно следил за их реакцией.

— Всё, что написано там, — чистая правда, — кивнула Вероника-Симона. — Мы действительно должны были уйти.

То, что я услышал дальше, больше походило на легенду или сказку. Оказывается, у монголов существует особая женщина. Они называют её каким-то сложным словом на своём языке, что-то вроде «матери» или «воспитательницы». Именно она создаёт перевёртышей, используя свою кровь, кровь монстров и древние ритуалы, о которых никто не знает.

Эта «мать» связана со всеми обращёнными особой связью, чем-то похожей на ту, которая у меня с паучками. Она чувствует их.

— Мы думали, что спрятались достаточно хорошо, — Елена поёжилась, — и она не станет лично искать двух беглянок. У неё же сотни таких, как мы…

— Но эта сука, — Вероника выплюнула слово с такой ненавистью, — решила поиграть в заботливую мамочку! Выследила нас и навела Батбаяра.

Клятва крови должна была разорвать эту связь, что и произошло. Но монгол подстраховался — добавил в свой эликсир что-то ещё, какую-то дрянь. Он и заявился сюда после того, как я не обменял сестёр на деньги и кристаллы. Почему-то уверенный, что сможет снова их подчинить.

— Мы хотели уйти, — прошептала Елена, — чтобы не подвергать вас опасности. Но, когда невесты умерли… Это был шанс. Единственный шанс остаться здесь, с вами, и помочь.

И теперь сёстры застряли в телах Зубаровой и Требуховой навсегда. Не просто сменили облик, а полностью слились с ними. Больше никаких превращений, это их единственная и окончательная форма, помимо тварей, в которых они могут обратиться.

— А ещё, — Елена подняла на меня глаза, полные какого-то странного восторга, — мы первые из нашего вида, кто вышли