Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

— А вы представляете, во что здесь превратился бы мамонт, если бы они до сих пор существовали? — спросил, довольно улыбаясь, коллега Фридриха, поглаживая уцелевшие участки брони. — Слушайте, да из этого можно реальный танк сделать.

— Наши имперские танки все равно лучше, — возразил начальник исследовательского центра и легко спрыгнул с огромной туши. — И против нашего оружия и магов он всё равно не устоял.

Пока все любовались поверженным монстром, я решил воспользоваться ситуацией. До морды зверя мне понадобилось сделать три шага. Уже привычным движением глаза Танка оказались у меня в руках.

Всего пара ловких движений острым кинжалом и готово. Я уже представлял, какие там спрятаны магические кристаллы, когда мои мечты были грубо оборваны.

— Дай сюда! — требовательно и жёстко прозвучало сзади.

— С какой стати? — ухмыльнулся я, неторопливо поворачиваясь.

Передо мной стоял тот самый полноватый мужчина в форме, на которого указал перед походом Владимир Алексеевич и сказал, что это артефактор.

— С такой стати, молодой человек, — скорчив гримасу, язвительно произнёс артефактор и продолжил: — Что у меня подписан с исследовательским центром договор, что все найденные ценные ингредиенты передаются мне в обмен на обеспечение защитными амулетами и другими артефактами.

— Я с вами ничего не подписывал, — ответил я, любезно улыбаясь. Улыбка вообще часто бесит людей. — Так что требуйте только от тех, с кем есть договор.

— Да что вы себе позволяете! — у мужчины брови полезли на лоб от удивления и злости. — Немедленно отдайте мне кристаллы!

— И не подумаю, — совершенно спокойно ответил я, убирая глаза размером с бронированный кулак в отдельный пакет.

На небольшой инцидент уже обратили внимание, бойцы посмеивались, некоторые восхищались моим спокойствием и уверенностью. Другие предполагали, что мне сейчас влетит от начальства.

За что это, интересно, мне должно влететь? Я никакие договоры не подписывал и инструкций не получал, поэтому и нарушать нечего. Мой оппонент уже был на грани истерики, значит, я не ошибся, ухватил ценный ресурс.

— Фридрих Стефанович! — обратился артефактор к руководителю экспедиции, голос при этом сорвался чуть ли не на визг. — Ну что это за безобразие! У нас же договор!

Лейхтенбургский находился недалеко от нас, метрах в пяти. Он смерил взглядом артефактора, глянул на меня и мою добычу, потом едва заметно улыбнулся.

— Этот человек не из нашей команды, — сухо сказал он пухляку, разрушив в одно мгновение его замок из песка. А судя по следующим словам, мужчина как раз был готов к подобного рода конфликту: — Помощник со стороны, он не в курсе договора и имеет индивидуальное право на добычу.

Сказав это, Фридрих Стефанович сразу отвернулся и продолжил беседу с коллегами, один из которых начал специальным инструментом вспарывать правый бок Танка. Я мысленно поблагодарил его за поддержку, а артефактор чуть ли не плакал, глядя, как я пытаюсь запихнуть глаза монстра в свой рюкзак. Видимо, он был очень дотошным в рамках создания договора и просто не мог предположить такой вариант развития событий.

— Ну, отдай по-хорошему! — выдавил он уже совсем другим тоном, скорее, просящим, чем требовательным, губы мужчины задрожали, на него жалко было смотреть.

И вот это и есть известный артефактор? Ведёт себя хуже девчонки из младших классов гимназии. Капризный народ эти учёные.

— А то что? — спросил я, невинно улыбаясь.

Артефактор открыл рот, потом посмотрел на мой протазан и снова закрыл.

— Так и быть, — сказал я, наблюдая, как мой собеседник начал расцветать в надежде на положительный исход. — Меняю на пять защитных амулетов, которыми вы обеспечили роту поддержки и всех учёных.

— Да ты с ума сошёл, малец! — выпалил мой собеседник, брызгая слюной и изображая на лице лютую ненависть, но вид содержащих в себе ценный ресурс кабаньих глаз, которые демонстративно покачивались в пакете у меня в руке, ввели его в ступор. — Ладно, хорошо.

Вместо ненависти на лице теперь была скорбь из-за великой утраты. Глядя, как он скис, отдавая амулеты, но в то же время живо выхватил мою добычу, я подумал, что сильно продешевил — надо было десять просить. Но теперь уже не о чем сожалеть, зато у меня есть амулеты, один из которых я незамедлительно отдал Матвею, ещё один вручил майору Федулову, а остальные спрятал в карман.

— Я верну тогда его тебе после похода, — сказал Борис Аркадьевич, улыбаясь.

— Не стоит, — сказал я и улыбнулся в ответ. — Это подарок.

— Ты уверен? — удивлённо спросил майор и, увидев мой утвердительный кивок, крепко пожал мне руку. — Спасибо!

— Носите на здоровье. Была бы возможность, я бы вытряс амулетов для всего взвода. Но сомневаюсь, что у этого… смог бы добиться большего.

— Я вообще удивился, что этот напыщенный хмырь так раскошелился, — ухмыльнулся майор. В отличие от меня, он не удержался в характеристике артефактора. — Значит, глазки Танка для него и, правда, многого стоят. Этих амулетов в свободной продаже вообще не существует, даже за кучу золота. Наверное, какая-то новая наработка. Учёные, одним словом.

— Идём дальше! — громко объявил Фридрих Стефанович, спрыгивая с истекающей чёрной кровью туши.

Я успел заметить, как учёный бережно упаковывает только что извлечённый из Кровожадного Танка желчный пузырь. Очень интересно, зачем он ему нужен? Этот вопрос я немедленно задал своему нейроинтерфейсу, но внятного ответа так и не получил. Надо будет при случае спросить у самого Лейхтенбургского или у его племянницы Евгении. Что-то мне подсказывало, что она тоже может быть в теме.

Увы, но в архивах рода Демидовых на этот счет не было нормальной информации.

По мере продвижения отряда вглубь Аномалии, я чувствовал постепенно нарастающее давление негативной энергии, словно мы приближаемся к эпицентру, к главному источнику излучения. А теперь начались странные колебания и небольшие просадки, значит, мы приближаемся к цели нашей экспедиции. Я сказал «нашей»? Ну а почему бы и нет, я же в ней участвую.

На ощетинившийся стволами и окружённый щитами отряд постоянно пыталось напасть всякое мелкое зверьё. Наваливались даже целые стаи Игольчатых Волков и Кошачьих Василисков, но их попытки пробить оборону оказались тщетными.

Зато для других, менее отчаянных обитателей леса появилось много подножного корма, чем те немедленно воспользовались. Хруст и чавканье позади начиналось, стоило нам отдалиться на несколько шагов. Неприятной была даже сама мысль оглянуться на это зрелище.

Лес впереди начал потихоньку светлеть, значит, власть ветвистых гигантов там начинает слабеть. Моя уверенность в том, что цель близка, начала крепнуть.

Однако впереди поджидала новая засада. Когда стометровые гиганты остались позади, земля под ногами начала неприятно чавкать, замедляя передвижение, и вскоре мы подошли к натуральному болоту.

Командир роты поддержки снарядил