Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

— Громов, ты что, спишь с ними обеими? — вопрос прозвучал резко, с плохо скрываемой ревностью.

— Нет. Этого точно нет, — ответил я, позволив себе легкую усмешку, чтобы немного разрядить обстановку.

— По лицу вижу, что мысль такая была, — не унималась она.

— Не угадала. Хотя идея интересная, — хмыкнул я. — Не думала про ЖЖМЖ?

— Громов, — ее голос стал строгим, требовательным. — я сомневаюсь, что тебя хватит на стольких одновременно.

Я вздохнул. Наверное, мне следовало сказать правду. Иногда, конечно, ложь во благо — это отличный инструмент, но я считал, что мне надо было хотя бы начать избавляться от привычек старого Громова.

— Слушай, ты сама знаешь, что некоторое время я вел себя неадекватно. Много пил, замкнулся в себе, затворничал.

— Да, это было заметно, — кивнула она.

— Когда я решил взять себя в руки, а меня настойчиво звали к Муравьевым, мне нужны были люди, которые не позволят мне сорваться и напиться. Те, кто будет жестко контролировать мои слабости, не давая поблажек.

Однако пускай эта чудесная особа продолжает оставаться в легком неведении. Да и не лгал я. Просто недоговаривал, как говорили классики.

— Громов, ты мог просто попросить меня: «Лиза, не давай мне пить на приеме».

— Так не работает, — возразил я. — Ты слишком добра ко мне, слишком лояльна. Возможно, даже чересчур снисходительна к моим слабостям. А эти две мне спуску не давали весь вечер.

Она долго смотрела на меня, словно пытаясь понять, вся ли это правда, затем тяжело вздохнула.

— Это все равно не оправдывает твоего решения взять именно их. Но что теперь обсуждать прошлое, — она протянула руку через стол и накрыла мою ладонь своей. Ее пальцы были холодными от волнения. — Главное, что ты остался жив после этой дуэли. И где ты вообще так научился фехтовать? Я никогда не видела тебя с рапирой.

— У меня есть определенные скрытые таланты, — усмехнулся я. — А если серьезно, последний раз я держал рапиру в руках еще в студенческие годы в столице. Пришлось целый месяц усердно тренироваться, вспоминать всю технику. Ты, кстати, знала, что у Орлова старая травма ноги? Колено или голеностоп.

— Нет, откуда мне знать такие подробности? — на ее лице отразилось искреннее удивление. — Как ты это понял?

— В какой-то момент боя он начал прихрамывать. Я заметил это по его движениям. Честно говоря, именно эта травма и разница в возрасте сыграли ключевую роль и дали мне возможность победить.

— Хорошо, что все закончилось твоей победой, — она взглянула на часы. — Ладно, мне еще нужно на маникюр и к парикмахеру перед отъездом. В понедельник поезд в шесть вечера, не забыл? Раз времени на отель или ресторан уже не остается, я заеду к тебе вечером.

— Договорились, — кивнул я.

Она поднялась, поправила платье, разгладив складки на юбке. Я проводил ее сначала до выхода из дома, затем до калитки. У самых ворот Лиза остановилась и повернулась ко мне. На ее лице отражалась сложная смесь чувств, которую я не мог до конца расшифровать — облегчение, тревога, может быть даже нежность.

Я наклонился и легко поцеловал ее в щеку. Кожа была прохладной, пахла едва уловимым ароматом духов. Она не ответила на поцелуй, только кивнула и, развернувшись, зашагала по улице. Ее низкие каблуки четко отстукивали ритм по тротуару, пока фигура не скрылась за поворотом.

Я закрыл калитку. Еще мгновение постоял, глядя на опустевшую улицу, затем вернулся в дом, попутно доставая телефон из кармана. Надо было договориться с…

Вззззз.

Хм. На ловца и зверь бежит. С экрана с окошком уведомления на меня смотрела остроухая.

«Поздравляю с победой».

«Спасибо», — напечатал я быстро. — «Когда будем проводить ритуал, или что у нас там по планам?»

«Ну-у-у-у… раз уж ты соизволил выжить, то… можем хоть сейчас».

«Да?».

«Дэ. Вы приедете, или мне приехать?»

«А как правильнее?»

«Правильнее не влезать в сомнительные ритуалы, господин коронер, чтобы потом не искать помощи у всяких малознакомых эльфиек».

«Никто не мешает познакомиться поближе», — ответил я.

'…

…

…

Громов, тебе говорили, что ты тот еще…'

«Да».

«Ладно, я заеду. Ждите. Приготовь свечи и мел».

Глава 2

Яркое полуденное солнце било в окна гостиничного номера, но плотные шторы надежно удерживали его натиск. Настенные часы показывали начало одиннадцатого. С улицы доносился привычный шум субботнего дня: отдаленные гудки машин, обрывки смеха, приглушенная музыка из уличного кафе. Но здесь, на высоте, в номере, где остановились эльфы, царила почти полная тишина, располагающая к сосредоточенной работе.

Шая сидела за небольшим письменным столом, полностью погруженная в свое дело. Перед ней на отрезке темной замши лежали три отполированных кабошона из лунного камня. Это был самый обыкновенный камень, получивший свое название лишь за окраску — молочно-белую, с мелкими черными крапинками, отдаленно напоминавшими лунные кратеры.

Почему для ритуала требовался именно он, Шая не знала, и ее отчасти радовало, что найти его не составило труда в любой из лавок для туристов. Рядом покоилась катушка толстой шелковой нити серебристо-серого оттенка.

Ее длинные пальцы двигались медленно и методично, сплетая нити в тонкий, но прочный браслет с аккуратной выемкой для камня. Каждый узелок, каждая петля были частью замысла. Губы Шаи беззвучно шевелились, повторяя древние слова на эльфийском — слова, которые, по задумке, должны были впитаться в структуру камня. Позже, во время ритуала, каждому из троих, кого затронула «связь душ», предстояло проколоть палец и оставить каплю крови на своем амулете.

Мысленно она возвращалась к прочитанному в старом фолианте об амулетах. Теория была выверенной и стройной, как и все в эльфийской магии. Однако одно слово неизменно выбивалось из этой гармонии, внося диссонанс. «Прощение». Была ли это метафора? Аллегория? Или же это было буквальное условие, при котором человеческая эмоция могла влиять на законы магии? Она не находила ответа.

Но Громов, похоже, понял. Его слова: «Я думаю, я знаю, что это значит», — заинтриговали ее сильнее любой магической формулы.

Первый браслет был готов. Она аккуратно положила его на замшу. Простой, изящный, с единственным камнем в центре. Затем ее пальцы вновь принялись за работу, сплетая второй браслет, идентичный первому. Ее мысли снова обратились к дуэли. Она пришла туда из чистого любопытства, чтобы посмотреть,