Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

Пока маги рассаживались, Виктор осушил фляжку. В ней оказался обыкновенный смородиновый морс, без капли алкоголя, зато очень освежающий.

— Благодарю, Ваше Высочество, — поклонился он. — Но моя речь закончена. Я представил основные доказательства и готов ответить на любые вопросы. Я убежден, что организатором всех преступлений и виновником гибели тридцати двух человек является Эдгар Горский. Возможно, не он один, но для более детального разбирательства мне нужно провести допрос обвиняемого и другие следственные действия.

О бывшем ректоре все забыли, но сейчас он подал голос.

— Скажи, Эдгар, я тебе приказывал? Или ты сам все придумал?

— Ты, Веслав, можешь только щеки надувать и речи говорить, — отмахнулся Эдгар. — Я невиновен. Но и ты, похоже, бездарен намного больше, чем я мог представить. Позор Академии.

— Коллеги, — прохрипел мэтр Валентин, — я продержусь еще минут десять… Уймите этих… внучков Изольды.

— Я гарантирую мирное течение разбирательства, — сказала Агата снова абсолютно спокойно. — Если мэтр Валентин пострадает, Совет будет объявлен недействительным, а вам будет предъявлено обвинение в убийстве.

«Так он и так помер давно!» — мог бы сказать Виктор, но хамство под маской юмора здесь было лишним.

Виктор и Юлия переглянулись и убрали Благословение.

Мэтр Валентин облегченно вздохнул.

Эдгар и Ксения еще несколько секунд смотрели друг на друга, как коты на заборе. Только дурного мява на всю округу не хватало. Потом они снова приняли вид почтенных ученых на заседании.

Динхофф не стал возвращаться на место и встал у стены.

— Простите, был напуган, — сказал Эдгар. — Впредь не повторится. Я хотел сказать, что обвинения в мой адрес беспочвенны. Да, я покупал травы у полевиков, как и другие маги. Зато вы, Ксения, насколько мне известно, еще и экспедицию на болота снаряжали. Склад? Накладные? Я вообще не понимаю, о чем это. Из-за стройки приходилось подписывать уйму бумаг, кто-то мог и подсунуть лишнюю.

— Ты стащил платок Василисы, — негромко и веско сказал бывший ректор. — Тебя видели в хранилище древностей.

— И кто же врет о том, что я там был?

— Охранный сфинкс, — в голосе Веслава прозвучала тень торжества. — Они не врут. Он сказал, что ты вынес шкатулку с лебедями. Моя вина — нужно было перекрыть доступ даже для рецензентов.

До этого момента Федор Гнездовский молчал и внимательно слушал, никак не демонстрируя свое отношение к происходящему. После слов Веслава он встал, обвел глазами зал и пару секунд подождал, пока все к нему обернуться.

— Требую ареста Эдгара Горского и передачи его гнездовскому суду, — сказал князь. — Я был согласен на разбирательство совета в отношении Веслава, он все-таки приравнивается к правителю. Эдгар — нет. Тридцать один человек из тридцати двух жертв были моими подданными. Маг Кшиштоф работал на меня, Эдгар Горский все еще работает.

— Мы не можем удовлетворить вашу просьбу, — холодно сообщила Агата. — Магов должны судить маги.

— Это не просьба, — качнул головой князь. — Во-первых, по контракту, подписанному господином Горским, все спорные ситуации, не урегулированные в процессе переговоров, разрешаются в суде Гнездовска. Во-вторых, арест все равно будет произведен, и, если вы попробуете помешать, мне придется применить силу. Вплоть до обстрела этой башни с «Княгини Даримиры». Выбирайте любое основание.

— Мне необходимо ознакомиться с контрактом, — Агата говорила тем же холодным хозяйским тоном, но всем было ясно — это капитуляция.

— К сожалению, не захватил. Не знал, что понадобится. Отправлю курьера, через час бумаги будут у вас.

— Это станет возможным только после заседания. Связь заблокирована.

— Не проблема, передам лично, — улыбнулся князь.

Федор встал, подошел к окну, выходящему на реку, достал из кармана зеркальце и немного покрутил им. Вскоре на лестнице раздались шаги, и в зал поднялся княжеский курьер в полной форме.

«Интересно, как бы Федор пускал солнечных зайчиков в пасмурный день? — с оттенком восхищения подумал Виктор. — Сигналил он на „Княгиню“, оттуда быстро не добежать. Видимо, с корабля магически связались с „группой поддержки“, ждущей неподалеку. Наверняка там не только курьер, но и гвардейцы. И другие… полезные личности. Князь позёр, конечно, но вышло эффектно. Думаю, последним, кто так качественно возил магов мордой по дерьму, был Мстислав…».

Курьер получил указания и ушел.

— Может быть, не станем терять время, — очень вежливо поинтересовался Федор, — и начнем голосование по вопросу виновности мессира Веслава?

Агата оказалась дамой с железной выдержкой и согласилась.

С небольшим перевесом голосов Веслав был признан невиновным в убийствах, зато следующее голосование, о восстановлении в должности, бывший ректор с треском провалил.

— Не преступник, просто дурак и ретроград. Прохлопал всё, что мог, — прошептала Анна на ухо Виктору. — Он очень старался, чтобы было по-старому, как при драконе. Но Триедин оппонентов и сожрать мог, а Веславу надо было договариваться. Ничего, может быть, преподаванием займется.

— Зато ты сможешь защитить диссертацию, — тихонько ответил Виктор.

Анна неопределенно пожала плечами.

Курьер обернулся быстрее, чем за час. Сразу после голосования Федор предъявил Совету договор и Агата недовольно кивнула.

Эдгар не стал сопротивляться.

Виктор произнес формулу ареста и защелкнул на маге освященные наручники, переданные тем же курьером.

Ученые маги шушукались, но ни на Виктора, ни на Эдгара больше не смотрели. У них были дела поважнее — обсудить, кто может стать следующим ректором.

Даже имперцы не возражали, а боевой маг Ксения не настаивала на дуэли. Виктор настолько устал, что не было сил думать над этими странностями.

На выходе из здания князь велел передать задержанного Эдгара своим гвардейцам, сердечно поблагодарил Виктора за службу и обещал награду. После краткой и проникновенной речи о его заслугах следователю ничего не оставалось, кроме как отдать салют стражи и отойти в сторонку.

Князь отошел к принцессе Юлии. Фон Раух негромко сказал им «мэтр Валентин в кабинете» и все трое ушли наверх.

Судя по кислой физиономии кавалергарда, планировались всего лишь очередные переговоры.

Задержание по самому громкому делу Виктора прошло буднично и скучно. Даже не верилось — неужели всё?

Глава 27

Вопросы без ответов

Виктор стоял возле резной мраморной ограды городской набережной неподалеку от арки входа в Академию. Над головой качались ветви вишни, сквозь белую пену цветов били солнечные лучи. На небе ни облачка, дует легкий ветерок, погода настолько по-весеннему прекрасна, что впору влюбиться в первую встречную и посвящать ей стихи.

Виктор фыркнул от дурацкой мысли о стихоплетстве, облокотился на ограду и стал смотреть, как плещется темно-зеленая вода Нестрижа. К нему подплыли утки и задрали головы — Эй ты,