Молодая кровь - Эдуард Павлович Поляков

Тут, наверное, впервые за всё время допроса Апраксина явно выказала растерянность и удивленно посмотрела в нашу сторону.

— Это ещё кто такой? — вслух возмутился Каннибал, привставая.

Ответить мне на это было решительно нечего, и я слегка «подвис».

— Исаак Ааранович Петельбаум, — раскланявшись, представился мужичок, которого я, признаться, видел впервые в жизни. Он щелкнул замками потёртого кейса типа дипломат. — Адвокатская контора «Петельбаум и сыновья», и я, собственно, от её лица буду представлять интересы моего подзащитного.

Затем он повернулся к туристу и, по-отечески положив ему руку на плечо, сказал:

— Не волнуйся, мальчик, я не дам этим лубянским живодерам повесить на тебя то, что ты, разумеется, не совершал!

Он выпрямился и вперил взгляд в Анастасию:

— Извините, но какого, собственно, чёрта вы допрашиваете моего подзащитного без адвоката? Это же вопиющее нарушение!

А затем, снова повернувшись к Игнату, добавил:

— Надеюсь, мальчик, ты не отвечал на их вопросы? Да даже если и отвечал, все «признания», выбитые вашей варварской манерой, у судьи не имеют никакой силы, так как были добыты под давлением! И вообще, я подам на вас, на вас и на ваше начальство кассационную жалобу. Вы у меня все сядете!

Активный мужчина с залысинами оказался сродни Апраксиной — такой же дерзкий и дотошно знающий уголовный кодекс.

Апраксина побледнела и смутилась ещё больше. Лиза же так и вовсе за время его громкой и убедительной тирады сделала несколько шагов назад, словно отступая перед ураганом.

— А теперь — вон! — совсем потеряв чувство страха приказал моим «следователям» господин Петельбаум, величественно указывая рукой в сторону кулис.

Каково же было моё удивление, когда сначала Анастасия, словно ошпаренная, а затем, мельком глядя на неё, и Лиза буквально растворились в темноте, оставив «Туриста» с его внезапным адвокатом.

Я прикрыл глаза ещё в интерфейсе иконку связи с Лизой:

«Чёрт возьми, что там у вас происходит⁈ Кто это вообще? И как, чёрт побери, этот ваш адвокат совершил переход и проник в Башню Часовых⁈» — не скупясь на знаки вопроса и восклицания, отправил я ей сообщение.

Ответа от неё не последовало. Пришло только: «Всё под контролем. Ну, я надеюсь. Апраксина говорит, что всё так и должно быть. Прости, не могу дальше писать…».

— Ну ладно, — уже вслух произнес я, чувствуя, как ситуация ускользает из рук.

— Что «ладно»? — насупился Каннибал. — И кто это вообще такой?

«Итак, Сумрак, выкручивайся, самое время,» — сказал я себе, улыбнулся и попытался успокоить здоровяка.

— Тебе же представились: Феликс Аранович Петельбаум! И сядь уже на место, это ещё не конец. Спектакль только начинается.

И точно. Стоило Сергею вновь усесться на своё кресло (с громким скрипом), как Феликс Аранович ловко придвинул стул и сел напротив Игната, устроившись с комфортом.

— Игнат, мальчик мой, — начал он, выуживая из дипломата папки, — скажи честно: они тебя не мучили? Не били по почкам? Не светили лампой в глаза?

Кажется, парень сам был в шоке от происходящего.

— А… Пытали? Н-нет! — выпалил он.

— Хм… Это плохо… — сокрушенно вздохнул адвокат, не прекращая раскладывать документы.

Игнат уставился на него с немым вопросом: почему отсутствие пыток — это плохо? Феликс Аранович уловил замешательство и снисходительно улыбнулся.

— Нет, мальчик мой, физически не трогали — это, конечно, хорошо. Но для дела — плохо. А вот если бы они тебе, скажем, парочку рёбер сломали или утюгом по пузу проехались, — он щёлкнул пальцами, — тогда бы я их всех как миленьких засадил! Без вариантов! — он наконец открыл толстую папку. — Пу-пу-пу… А так, мой мальчик, чтобы тебя отсюда вытащить, мне придётся изрядно попотеть. Юридически, разумеется.

— Я им ничего не сказал! Ничего важного! — торопливо попытался убедить адвоката парнишка. — Это… вас папа прислал? — робко добавил он.

Игнат стремительно приходил в себя и уже начал соображать.

— Что? — оторвал взгляд от документов Феликс Аранович. — Папа? Боже упаси! Нет. Но у вас, к счастью, оказались очень влиятельные и щедрые друзья. Те, что знают кое-кого, кто в свою очередь знает ещё кое-кого, а тот, узнав, что вы попали в лапы Часовых, счел своим долгом порекомендовать именно меня. Вот я и здесь.

— Чтобы… защищать меня? — недоуменно переспросил Игнат.

— А вы как думали? — адвокат по-свойски подмигнул парню. — Поразительно, насколько наш таинственный друг заботится о своих. Судя по всему, вы — его человек.

— Но я ведь просто… Я же просто курьер! — искренне, почти по-детски удивился парень.

— Просто курьер? — громко, с хрипловатым смешком, рассмеялся Исаак Аронович. — Ой, мальчик мой, просто курьер не полезет с ножом на Сумрака! Это ж не для слабых желудков дело! А вы…

— У меня не получилось, — смущенно, глядя в пол, опустил глаза парень. — Вернее, вроде получилось. Я видел кровь! Но он… он, как феникс какой-то, восстал!

Краем глаза я заметил, как Каннибал аж привстал, вопрошающе уставившись на меня: «Это правда⁈». Я лишь едва заметно отмахнулся, мол, иелочи, Серый, не отвлекайся, всё потом.

— Хоть попытались… — почти с умилением, разведя руками, процедил адвокат. — Ну шо вы, мальчик! — Исаак Ааронович как-то плавно стал вплетать в свою речь весьма характерные словечки. — Далеко не у каждого поца хватит на такое куража! Броситься с ножом на Сумрака? Ой-вэй! У меня, признаюсь честно, трясучка бы началась! Страх-то похуже ножа! — Он снова занырнул в дипломат, чем-то там шурша.

Наконец Исаак Аронович извлёк малахитовую чернильницу, налил в неё немного чернил, обмакнул в них раритетное стальное перо и теперь уже по-настоящему принялся за работу.

— Так, Игнат, давай-ка, голубчик, поднажмем, — заговорил он, деловито постукивая ногтем по открытой папке. — Чтобы таки вытащить тебя отсюда с чистой совестью и биографией, нам линию защиты строить надо. Крепкую! Этим… — он указал большим пальцем на себя, — займется твой адвокат Исаак Аронович. Всё будет в лучшем виде! А ты мне поможешь. Как? Вспомнишь тот день от и до! Каждая мелочь — это лишний кусок хлеба с маслом для нашей защиты, понимаешь? Начинай с самого утра. Как проснулся? Что кушал? Где и кто передал тебе посылку для нашего с тобой общего друга? А также как и при помощи чего ты протыкал ткань Т-пространства. В общем, мальчик мой, мне нужно всё!

И парень заговорил. Даже не так, «Турист» запел, как соловей во время весеннего гона! Парень накидывал и накидывал, а Исаак Аронович записывал лишь иногда уточные мелкие детали.

— А ну я кажется понял… — раздалось Из соседнего кресла.

— Только сейчас? — подмигнул я Каннибалу чем вызвал