Завещание беглеца - Андрей Геннадьевич Лазарчук

     - Да, в Кембридже, в Англии.  Занимаюсь  греческой  философией.  Сейчас каникулы, поэтому я и дома - немного помогаю отцу.

     - Вот оно как, - протянул Николай. -  Греческая  философия.  Вам  можно позавидовать, Мэг.

     Замелькали огни дискотеки.

     - Зайдем? - предложил Николай.

     - Хорошо, - сказала Мэг.

     И они нырнули в уютную толпу танцующих, смеющихся, болтающих  и  пьющих под горячую цыганскую гитару Джанго  Рейнхарда.

     Вернувшись в гостиницу, Николай поднялся в номер, открыл окно и  глянул на ночной город. Сумбур дня - дорога, сэр Монтегю,  Кройф,  сестры-близнецы, Клара - не слишком ли много для одних суток, прошедших со времени отлета  из Москвы! Он сел в кресло и вытянул ноги. Взял глянцевую  книжонку  с  ночного столика. "Ноксвилл как он есть". Эпическое начало. "Не прошло и двадцати лет с тех пор, как в долине Колорадо, в двухстах милях к югу от Лас-Вегаса,  там где сходятся границы трех штатов -  Аризоны,  Невады  и  Калифорнии,  возник красивый зеленый городок..." Николай перевернул несколько страниц  с  видами Скалистых гор и пальмовых рощ. "...ресторан, где подают  знаменитую  на  всю округу форель из озера Мид... две гостиницы... супермаркет, в котором  можно купить все - от пучка сельдерея до кухонного  комбайна  с  микропроцессорным управлением..."

     Николай листал дальше.  Опять  фотографии:  музей  ацтекской  культуры, паутина трещин - дно пересохшего ручья в пустыне Скана, придорожная  станция зарядки аккумуляторов, стилизованная под пряничный домик. Потом пошли газоны и обставленные статуями аллеи биоцентра... Книжка мягко шлепнулась  на  пол. Каплун с шампиньонами в сметане... Великие гитаристы ушедшего века Джанго  и Филипп Катерин снова входят в моду... "По испытании же разных коловратностей возжаждал он покоя", - подумал Николай, вспомнил Клару и уснул.

     8

 Кабинет инспектора Дина Флойда в Лаc-Вегасе. Хозяин  кабинета  (румяное щекастое лицо, глаза - маслины, седой венчик вокруг загорелой лысины, пальцы засунуты за эластичный ремень, обнимающий тугой живот) стоит у окна. За  его спиной сутулится долговязый Джон Пайк - помощник инспектора. Пайк  отрешенно докладывает.  Дальнейшие  перемещения  участников  сцены  -  по   усмотрению читателя.

     П а й к. Подробности  взрыва  на  вычислительном  центре  "Оливетти"  в Милане. Вырезки я  кладу  на  стол.  Бомба  заложена  в  помещении  главного накопителя. Восстановить информацию, хранившуюся в памяти, не удастся.

     Ф л о й д. Жертвы?

     П а й к. Человеческих жертв непосредственно  при  взрыве  не  было.  От сотрясения в доме напротив, принадлежащем  вдове  Скикки,  с  тумбочки  упал аквариум  с  тремя  вуалехвостами.  Рыбки  погибли.   Фотография   вдовы   в "Джорно"...

     Ф л о й д. Джек, голубчик...

     П а й к. Через пять часов после взрыва мужчина и женщина обстреляли  из автоматов машину Тино Карлуччи, программиста "Оливетти". Тино убит, его жена и двое детей с тяжелыми травмами доставлены в больницу.

     Ф л о й д. Ну вот, Джек, а ты - вуалехвосты.

     П а й к. Стрелявшие схвачены.

     Ф л о й д. Опять Красные бригады?

     П а й к. Вроде того, да не совсем. Похоже, эти красные изнутри  изрядно позеленели.

     Ф л о й д. То есть?

     П а й к. Слышал про Армию освобождения мусульманских святынь?

     Ф л о й д. Смутно.

     П  а  й   к.   Все   перепуталось   -   фашистские   денежки,   остатки коммунистического золота, исламские нефтяные доллары... В этом клубке концов не найти. А с рядовых исполнителей много  не  возьмешь.  Шваль,  которая  за деньги и власть в своих бандах на все пойдет.

     Ф л о й д. Мда.

     П а й к. Сколько лет прошло  со  времен  афганской  войны  -  той,  что затеяли Советы. Тогда мы кинулись помогать афганцам, вооружали моджахедов, в то время - фанатичных юношей. Теперь они - не менее фанатичные  старцы.  Так вот, они и их дети объявили войну Америке. Чуть ли не  половина  терактов  - дело их рук. Сам знаешь, как  бывает  -  паренек  клянется  именем  Мао  или Троцкого, а работает за деньги ваххабитского вождишки и выполняет, о том  не ведая, его волю.

     Ф л о й д. Ну хорошо. Так что с захваченными.

     П а й к. Девица успела застрелиться. Парня допрашивают.

     Ф л о й д. Успела? Мда... Сочини-ка  запрос  в  Интерпол,  нет  ли  еще чего-нибудь по компьютерам. Мелочь отсей, а мне принеси только крупные дела, скажем, за последний год.

     П а й к. Дин, сегодня же пятница. Я обещал Нэнси и ребятам  свозить  их на Кукушкин ручей. И ты бы мог с нами...

     Ф л о й д. Я-то смогу. И Нэнси, пожалуй, прихвачу с ребятишками.  А  ты вот завтра вылетишь в Милан. Так что поторопись с Интерполом.

     9

     - Мистер Кеннет Фолл, сэр. Он сказал, что вы ждете его, сэр.

     - Преувеличение,  Дживз,  -  Говард  Вустер  перевернулся  на  спину  и расслабился под пальцами массажиста. - Это он ждет меня, как  видите.  Пока. Хитрая бестия этот Фолл. Проводите его в библиотеку.

     - Слушаю, сэр.

     - Да, Дживз.

     - Сэр?

     - Предложите ему что-нибудь выпить.

     - Слушаю, сэр.

     Когда, отпустив массажиста, румяный и благодушный Вустер  направился  в библиотеку, он уже знал, что платить придется. Оставалось поторговаться.

     - Опять тешили плоть, Говард? А того, что мир летит в тартарары, видеть не желаете? Что осталось каких-нибудь десять  -  пятнадцать  лет  нормальной человеческой жизни? А за этой границей - хаос, голод, вопли  грязных  низов, разграбленные  виллы,  вандализм,  чума   и   радиация.   -   Кеннет   Фолл, представительный господин  с  крупным  плотоядным  ртом,  говорил  звучно  и сопровождал речь актерской жестикуляцией.

     - Мрачновато, - усмехнулся Говард.

     - Это - святая правда.

     - Я и не спорю, Кен. Пусть так. Однако спокойней, не надо горячиться.

     Кеннет Фолл обличающе ткнул ухоженный палец в грудь Говарда.

     - Знаете, почему вы спокойны? Вы с вашими миллионами уже взяли от жизни все. Вы и уйти из нее сумеете комфортабельно. Укроетесь на теплом острове  с девицами и прислугой. Мир будет биться в конвульсиях, а вы затеете  пир.  Во время  чумы.  Фейерверки,  оргии  -  салют  погибающей  планете.   А   потом завернетесь в белую тогу и уйдете - гордый, как патриций времен Траяна. А  я опоздал на праздник жизни. -