Истина - Ана Эм

довольно глубокое, но рукава длинные, а подол доходит едва ли не до самого пола. Я стою в ванной и разглядываю себя в зеркале. Я выгляжу хорошо. Даже слишком для той, кто якобы из глуши. Благодаря лечебной мази Камиллы, что я наносила на себе весь день, синяки и раны на теле едва заметны. Настолько, что совсем не портят мой образ. Длинные черные волосы ниспадают пышной копной на спину. Я шепчу заклинание, создавая шарик света над головой и проверяю теорию, которая пришла мне в голову сразу же, стоило надеть платье.

На губах тут же растягивается усмешка. Могу поклясться, Валери понятия не имела о том, что купила. Подавив смех, избавляюсь от своего магического шарика, и комнату заполняют тени. Очевидно, во всем здании магии хватает только на то, чтобы полностью осветить лишь первый этаж таверны.

Бросив на себя последний взгляд в зеркало, возвращаюсь в комнату.

– Кажется, это платье чересчур яркое. – высказываю свои опасения. – Это не поможет мне слиться с толпой.

Огненно-рыжие брови Вал взлетают вверх. Она поднимается со своей кровати и осматривает меня с ног до головы. На ней новые штаны из тонкой темной кожи, что здесь носят исключительно мужчины, и того же цвета топ с открытыми плечами, и хвала богам, хотя бы из легкой ткани. Я бы не удивилась, если бы она полностью облачилась в кожу. Для той, кто так трясется над своими шрамами, она слишком сильно любит их скрывать.

– Чересчур. – медленно повторяет она слово так, будто не понимает его смысла. – Яркое. Для тебя?

Я закатываю глаза.

– Мы из глуши, забыла? А это, – указываю на свое платье. – Не соответствует легенде. Оно дороже, чем вся твоя одежда вместе взятая.

Валери задумывается, поджав губы.

– Я кое-что слышала во время испытания от других сопровождающих. Феи из знати Америды. Феста, Сиена и другие обычно выбирают себе фаворитов.

Фаворитов.

От одного только слова несет гнилью. Будто мы какие-то животные, на которые можно делать ставки, или попросту отбирать точно племенных кобыл.

– Они могут помочь с дальнейшими испытаниями тем, кто приглянулся. Думаю, поэтому тот громила начал кромсать всех направо и налево. Хотел привлечь внимание к своим боевым навыкам. Впрочем, как и остальные.

Мои брови сходятся на переносице.

– Иными словами, – продолжает она и подходит к столу, откуда берет стакан и делает глоток воды. – Если кто-то из них заметит тебя и захочет себе, у тебя больше шансов выжить. А насчет денег всегда можно сказать, что мы откладывали именно на этот день ради тебя, чтобы впечатлить их превосходительства.

На последних словах она морщится, а мои кулаки непроизвольно сжимаются.

– И ты говоришь мне это только сейчас?

Да, вчера я была не особо в состоянии для серьезных разговоров и проснулась только ближе к вечеру. Однако с тех пор прошло несколько часов. Вместо того, чтобы шататься по Эларису, она могла бы сообщить мне такие ценные сведения.

Вал мгновение смотрит мне прямо в глаза, а затем на ее губах появляется долбанная улыбка. Серьезно, блять? Склонив голову набок, она скрещивает руки на груди и усмехается:

– Что? Не нравится, когда от тебя что-то скрывают?

Чтобы ее. Это…это же…Проклятье.

Делаю глубокий вдох и медленный выдох. Я не доставлю ей удовольствие своей реакцией. Разжав кулаки, я вскидываю подбородок и широко улыбаюсь в ответ.

– Хорошо, если ты так хочешь, я буду делиться с тобой всем.

Она неуверенно моргает, кажется, слегка удивленная таким поворотом.

– Но только мысленно. – добавляю я, и ее плечи опускаются, а лицо вновь приобретает это очаровательно хмурое выражение. – Доверие работает в обе стороны. Какой смысл мне что-либо тебе рассказывать, если ты все равно мне не доверяешь? А еще, я уверена, начнешь вставлять мне палки в колеса, пытаясь возвать к моему здравомыслию на каждом шагу.

Нет уж, спасибо. Никто и ничто не помешает моим планам.

Рот Вал приоткрывается, а кончики волос охватывают огненные искры.

– Я же… – плотно сжимает челюсти и опускается на стул. – Я ведь не специально это делаю, Эвива.

– Ага, – фыркаю, отбросив волосы назад. – Как же.

Сестра закатывает глаза и складывает руки на столе перед собой.

– Когда Камилла попросила не убивать тех волков, – поясняет она. – Я просто услышала ее. Вот и все. Тебя же я никогда не слышала. Ни разу.

Что?

А я ведь пыталась позвать ее мысленно. Множество раз. И всегда натыкалась на пустоту. Даже не стену, а именно пустоту, будто на том конце никого нет. С Ками все иначе, я всегда чувствую этот воображаемый мост между нами. Сейчас он как будто бы скрыт от меня магической завесой, но я все равно могу его нащупать.

– Я не закрываюсь намеренно. – раздраженно выпаливает Вал, запустив руку в капну своих огненных волос. – И меня уже достало то, что ты вечно попрекаешь меня этим. Потому что я ровным счетом ничего не делаю. Думаешь, я не понимаю, что было бы проще, если б мы общались мысленно? Особенно сейчас.

Черт.

– Давай. – машет она мне. – Выкладывай. У тебя наверняка есть занятная теория на этот счет.

Она комично ставит руку на стол и подпирает ей подбородок, будто в ожидании занятной истории.

– И в самом деле. – бормочу я, опускаясь на стул напротив нее. – Теория есть.

Когда впервые услышала Камиллу, дело было именно в ней. Она образовала эту связь, дала нам возможность общаться таким образом.

– Ками связующее звено. – размышляю вслух, сцепив пальцы в замок на столе. – Она тянулась к нам обеим, а мы…

– Не тянемся друг к другу. – заканчивает Вал, выпрямившись.

– По всей видимости, здесь, – стучу по своему виску. – Я тоже тебе не доверяю.

Она ничего не отвечает и коротко кивает, просто принимая этот факт. Мы не знаем друг друга. Шесть лет долгий срок. Логично, что связь между нами не желает проявляться. Никто не хочет обнажать душу незнакомцу. Все, что у нас по сути имеется это детские воспоминания, и то, в них всегда есть Камилла, наша единственная ниточка друг к другу.

– И что ты предлагаешь? – тихо спрашивает Вал.

– Устроим чаепитие, поговорим по душам и заплетем друг другу косички. – серьезно предлагаю я, и Вал хмурится сильнее.

Эта ее морщина между бровей наверное уже никогда не разгладится. Из меня вырывается смешок.

– Я шучу. Но в этом есть смысл. Мы должны хотя бы что-то узнать друг о друге. Особенно о том промежутке в шесть лет.

Она заметно напрягается и отводит взгляд. Солнце только только село, так что у нас еще есть