Битва за Лютоград - Максим Шторм

Но здесь от них мало что зависело. Он одновременно и надеялся, что длительное ожидание чрезмерно не затянется и страшился его окончания, не зная, с чем им всем придётся столкнуться…

Кречет стоял над запертыми воротами. Одна из множества фигур, усеявших стену и прячущихся за парапетом. Закованный в громоздкую несокрушимую броню, гигантский Часовой пристегнул шлем к поясу и повернулся к Рогволду. Они вдвоём поднялись на стену с первыми проблесками зари и оставались наверху вот уже почти два часа. За это время фактически ничего не изменилось. Все то же угрюмое и тягостное ожидание.

Свист холодного ветра, давящие на плечи сизые тучи, доносящаяся от огромных бурлящих чанов едкая вонь смолы и подгоревшего масла. Хмурые и нестороженные лица десятков и сотен, расположившихся по всей огромной каменной стене защитников города.

— Если наша, хм, разведка не подвела, то подхода врага следует ожидать не раньше следующего дня, — осторожно заметил Рогволд, провожая прищуренным взором пролетевшего высоко в небе стервятника. — И от Бестужева ни слуху ни духу… Не нравится мне все это, Ярик, ох, как не нравится.

Кречет, загудев броней, поднял закованную в металл руку и указал на запад.

— Наши воздушные разведчики пока тоже молчат. Однако ночью был доклад о налетевшей на приграничную зону грозе. А корабельные маги как-то одновременно почувствовали себя очень нехорошо.

— Гроза? — недоуменно вскинул брови чародей. — Нехорошо себя почувствовали? Были бы на рейдерах путевые маги, они бы сказали на порядок больше. Проклятье, от нас до чёртового котлована слишком большое расстояние, чтобы я мог что уловить! Олухи! Нехорошо себя чувствуюешь, если тухлой селедки объешься!

— С вашего позволения…

Командующий Стражей и главный боевой чародей Цитадели круто повернулись и грозно уставились на подкравшегося со спины тощего юнца, с нелепо оттопыренными ушами и лысой головой. Он кутался в толстый чародейский балахон и едва не тонул в большой, явно не по размеру, проклепанной кожаной куртке.

— Твардовский, каких бесов ты подслушиваешь? — с досады едва не сплюнул Рогволд.

Юноша, упрямо выпятив подбородок, сжал тонкие губы и, немного боязливо посматривая на подобного железному колоссу Кречета, торопливо сказал:

— Я не специально! Просто услышал, о чем вы говорите с капитаном, мэтр Рогволд. Я… В общем, накануне вечером, когда смеркалось, я тоже почувствовал некие возмущения в магическом эфире. Сглаженные расстоянием, приглушенные. Но они были.

Кречет с подозрением покосился на едва не втянувшего голову в плечи юношу и проворчал:

— Рогволд, парнишка хочет сказать, что учуял то, на что не оказались способны ни ты, ни Трофим.

Рогволд, вопреки ожиданиям капитана Стражи, придирчиво смотрел на Твардовского.

— Ты уверен? Не приснилось, часом? Мне, бывает, тоже всякое снится.

Корабельный маг вспыхнул до кончиков ушей, но твёрдо сказал:

— Не приснилось. Больше всего это было похоже на точечный, резкий выброс энергии, одновременно с самой мощной грозовой вспышкой. Словно что-то оседлало молнию и в течении секунды вырвалось на свободу, усиленное во множество раз. Один стремительный молниеносный выпад.

Рогволд, как-то странно посмотрев на Твардовского, вместо ответа прошёл к парапету и, остановившись между зубцами, сложил руки на груди. Наклонил голову набок, повертел в разные стороны, словно к чему-то прислушиваясь. Чародей что-то неслышно бормотал.

Недоуменно смотревший на него капитан Кречет перевел тяжёлый взор на окончательно сникшего Михаила.

— Я что-то не то сказал? — сдавленным голосом просипел тот.

— Да все в порядке, — успокоил его Кречет. — Рогволд просто не может сдержать слез от осознания того, какая у нас, оказывается, талантливая молодёжь подрастает. А ведь мы уже давно решили, что нам сюда только вторсырье присылают!

Вытаращив глаза, не зная, обижаться или смеяться, Твардовский счёл за лучшее вообще промолчать. Рогволд, резко отвернувшись от парапета, с огромной тревогой на враз побледневшем лице громко сказал:

— Мальчишка прав, капитан! Не знаю, как ему удалось, но… Дьявол!

Чародей схватился за виски и чуть смежил веки. Через многовение он распахнул глаза и, ошарашенно глядя на Кречета с Твардовским, воскликнул:

— Сообщение от наших разведчиков! Началось!

Твардовский едва не пошатнулся. Кречет, подхватывая боевой молот, быстро спросил:

— Детали?

Рогволд, делая разминающие жесты руками, скривившись, произнёс:

— Наши разведчики уже мчатся обратно. Скоро мы их увидим. Армия Рух уже пересекла границу и движется в нашем направлении. Идут, никуда не сворачивая. Миновали Имение Бестужевых на севере, Латку. На их пути только Кленовка и осталась.

Кречет понимающе кивнул, чувствуя, как по венам забурлил адреналин, а в голове проясняется, как всегда с ним случалось в предверии скорого боя.

— Торопятся и не желают отвлекаться на лишние мелочи. Хотят нас нахрапом взять, чуть ли не с марша. Велика ли армия, не передали?

Рогволд, снова зажмурившись и касаясь пальцами висков, прошептал:

— Наши на этот раз не сплоховали, задали дёру, как только увидели приближающуюся нечисть… Опережают их на несколько миль…

Внезапно замолчав, Рогволд с недоумением посмотрел на в нетерпении скрипящего металом бронированных перчаток по железной рукояти молота капитана Стражи.

— Они успели приметить Рух. Два десятка хагеров…

Кречет невесело присвистнул. Двадцать хагеров это серьёзно. Но не смертельно. Далеко не критично для хорошо защищённой крепости. А вот то, что Рух лично возглавила войско, уже намного хуже.

— Что за чудовищ она ведёт? Сколько их?

Рогволд, вытерев рукой внезапно вспотевший лоб, совсем тихо произнёс:

— Либо я что-то не так понял, либо наши ротозеи сами не поняли, что увидели. Говорят, что идущих вслед за Рух тварей всего три десятка.

Твардовский, подавившись так и не высказанным вопросом, неразборчиво замычал. Кречет недоверчиво нахмурился. К ним уже начали с любопытством поислушиваться отирающиеся неподалёку бойцы из десятка сержанта Дорофеевой и парни из ближайшего артиллерийского расчёта.

— Три десятка всего?!! Быть того не может.

— Очень огромные, говорят, — с нарастающей тревогой выдавил Рогволд. — Дескать, таких мы еще не видели. Громадины. Настоящие великаны.

— Прямо уж и великаны! — снова недоверчиво хмыкнул Кречет. — Неужто больше мясников или ездовых тварей Ведьм?

Рогволд, пригладив висящие на груди амулеты, дёрнув щекой, сказал:

— Навскидку до двадцати метров в высоту. А то и выше.

Твардовский не удержался от испуганного возгласа. Кречет, мрачно посмотрев в сторону невидимой отсюда осквернённой границы, перевёл взгляд на внезапно показавшиеся ему не такими уж высокими и несокрушимыми башни, и, стиснув зубы, процедил:

— Еще никогда в жизни я так не желал, чтобы наши разведчики ошибались…

Повернувшись к подбежавшему на его сигнал воину, капитан скомандовал.

— Трубить боевую тревогу по всем бастионам! Готовность номер один. Капитана Рохлина и сержанта Корнедуба срочно ко мне. Рогволд, передай сообщение на «Громовержец». Дождались таки, язви