Искра Свободы 4 - Александр Нова

Настоятель Этьен во главе, словно это он будет допрашивать. Рядом с ним, чуть отодвинувшись, — святой отец Савар. Слева от них за маленьким столиком-пюпитром устроился писарь Мартин. Он выполнял роль официального протоколиста: перед ним лежал толстый журнал в кожаном переплёте, перо очищено, чернильница открыта. Чуть позади Мартина стояли ещё два незнакомых мне церковника. Свидетели.

Я сел напротив Этьена. Настоятель демонстративно снял амулет со своего виска, и я последовал его примеру. Так складывалось впечатление, что что допрос настоящий, а не постановочный.

Настоятель кивнул мне, потом посмотрел на Мартина и на две молчаливые фигуры у стены.

— Мы готовы, — сказал он спокойно. — Для протокола заявляю: я, настоятель Этьен, даю добровольное согласие на официальный допрос по делу Сен-Валери. Я говорю по собственной воле и готов нести ответственность за каждое слово.

Святой отец Савар чуть запнулся, но повторил ту же формулировку. Потом вписали в протокол имена свидетелей и самого писаря.

— Допрос будет вести Эллади Фир, агент инквизиции, — я представился последним.

Мартин скрипел пером. Я дал ему закончить запись, потом медленно обвёл взглядом всех присутствующих. Свидетели почти не шевелились. Савар смотрел в стол. Этьен — прямо на меня.

— Настоятель Этьен, в приватной беседе вы поведали мне о появлении новых фактов в деле Сен-Валери. Будьте добры, расскажите о них.

— Факты не совсем новые, но я больше не могу молчать и покрывать виновников, — пафосно, с точно отмеренной долей праведного гнева, начал настоятель. — У меня есть основания полагать, что на караван с эликсиром (D+) ранга напали люди барона Гильема де Монфора. А необходимые сведения ему предоставил нынешний епископ, Тибо де Бельмон.

— На чём основана ваша уверенность?

— Доказательства косвенные. Гильем пытался выведать у меня об Индульгенции Владыки, что уже само по себе требует вмешательства Инквизиции. Также, уже после вынесения приговора де Сен-Валери, он намекал на то, что эликсир (D+) ранга находился у него и спрятан в надёжном месте. Я просил барона отдать эликсир и обещал Полную Церковную Амнистию, но Гильем не послушал.

— Почему раньше не сообщили об этом?

— Всё-таки Гильем — мой брат. Свидетельствовать против родной крови я не хотел… Да и полной уверенности у меня не было. Я надеялся, что брат одумается и сам придёт с покаянием. Но вижу, что его безумие только усугубляется.

— В чём это выражается?

— Полноправным властителем этих земель является Жоффруа де Монфор, сын нашего безвременно почившего старшего брата. Но Гильем узурпировал власть и не передал её законному наследнику даже после того, как тот стал совершеннолетним. Притязания Гильема на баронство поддерживает его преосвященство, и только поэтому граф Эмери де Бове до сих пор терпит эту несправедливость.

— Какое это имеет отношение к делу Сен-Валери?

— Это показывает тесные связи между бароном и епископом, — ответил настоятель и кивнул Савару.

Савар поднял глаза не сразу. На миг он выглядел человеком, которого вытолкнули из тени на яркий свет, но это длилось ровно столько, сколько нужно хорошему актёру, чтобы зритель успел заметить его волнение.

— Тут лучше мне прояснить, — своим мягким голосом подхватил нить разговора святой отец. — Примерно месяц назад к нам с проверкой приезжал визитарий Конрад. У меня с ним состоялся приватный разговор, в котором он предложил мне списывать часть производимых в храме зелий и передавать ему для последующей незаконной перепродажи. Визитарий Конрад отдельно подчеркнул, что в случае моего согласия его преосвященство Тибо де Бельмон снимет Этьена с должности настоятеля и назначит меня на это место.

Вот это был хороший ход. Во-первых, все валили на мертвеца, и сказанного никак не проверишь. А во-вторых, появлялся реальный повод для Этьена пойти против епископа. Любой церковник, читая протокол допроса, не поверит в то, что Этьен беспокоится о наследовании баронства или о своём брате. А в то, что он испугался потерять место настоятеля, поверят все.

— Сообщил ли какие-то подробности визитарий Конрад?

— Да. Он сказал, что барон знает о происходящем и получает свою долю от этой торговли, поэтому о светских властях можно не беспокоиться. А также, что если я надумаю, то нужно связаться с управляющим строящейся мыловарни, братом Ламбертом.

— Подробнее про мыловарню.

— В связи с мыльным кризисом, его преосвященство в Рошериль строит мыловарню. Вернее, уже достроил, и она неделю как работает. Персонал исключительно церковный, все неместные, присланы из епископской епархии.

— Что-то ещё?

— Да, — святой отец облизал губы, словно нервничает, но взгляд его оставался холодным. Хорошо играет! Ему бы в театре выступать. — Визитарий Конрад говорил о том, что поставлять нужно не только церковные зелья, но и инквизиторские. А также упоминал о неком надёжном месте, где они хранят запасы алхимии. Думаю, оно в мыловарне.

— И вы полагаете, что надёжное место, о котором упоминал барон как о месте хранения эликсира (D+) ранга, и место, о котором говорил визитарий Конрад, — одно и то же?

— Именно так, — снова взял слово Этьен. — Мой брат всегда старался решать проблемы наиболее простыми методами.

В устах настоятеля это прозвучало как «был недальновидным дураком, складывающим все яйца в одну корзину».

— Вы полагаете, что поставки зелий на чёрный рынок делает епископ Тибо де Бельмон?

— Не лично, конечно же, через своих доверенных лиц.

Основная часть допроса завершилась. Она дала мне главное: официальный повод наведаться в мыловарню и провести там обыск. А также отправить своих людей следить за братом Ламбертом уже сегодня, не дожидаясь, когда Этьен промоет им мозги окончательно.

Для протокола я задал ещё несколько вопросов, получил на них ничего не значащие ответы, и на этом допрос завершился. Все поставили свои подписи на трех копиях. Одна ушла в архив, одна осталась у Этьена, одна — у меня.

Бумага, подписи, свидетели — всё это скучная часть любой операции. Но именно скучная часть потом решала, кто действует от имени закона, а кто по-бандитски вламывается в чужую дверь с оружием.

Я кивнул настоятелю и, отдельно, Савару, после чего пошел вниз к своим людям. Те как раз собирались выступать к мыловарне — план действий мы обговорили заранее. И Лис, и Селена полностью справились с задачами по улучшению навыков и установке модификаций.

Уже у выхода из храма я кинул послушнику, дежурившему у ворот:

— Проведу своих бойцов, скоро вернусь.

Примерно километр мы прошли в полном молчании. Наконец, я решил, что от храма мы удалились достаточно.

— Настоящий план немного другой. В первую очередь загляните в Сен-Бернар и найдите там Амели Ангваль. Она работает на искажённых. Скажите ей, что мне необходимо