Умирать, так с музыкой - Светлана Волкова

– Нет, и слава богу, – фыркнула тетка. – Если нет ничего, значит, утащили живым.

Да что себе эта ящерица златоглавая позволяет?! У меня кровь так и вскипела, ведь если раньше Лайз мне был, в общем-то, никем, то сейчас у меня на него закрепленные индейским обрядом права собственности!

– Мне нужно туда!

Отодвинув от себя тетушку, я бросила перчатки на стол и зубами решительно выдернула занозу, даже не ойкнув.

– Куда туда? Даже и не думай! – Ромэн прижал меня к стулу. – Сидишь тихо и не высовываешься. Мы сами все узнаем.

Я сделала вид, что поверила, а в голове принялась выстраивать план действий. Сначала оповестить наших, а потом вытащить горе-куратора оттуда, куда он вляпался. Я горгона или кто?

После того как все разбежались, я изображала деятельность по мытью посуды и ждала возвращения Рэнди, Мориса и Мии. Светку откровенно не хотелось брать на вылазку, но и оставить ее тут мне совесть не позволяла.

– Рита, ты знаешь? – встревоженный Морис показался в дверях кухни.

– Не шуми, – я поманила его мокрым полотенцем. – Да, Амилота пропал. Надо собрать наших и найти этого негодника, пока не стало поздно.

Голос не дрогнул и на том спасибо. Морис сел на табурет и с тоской покосился на пару недоеденных оладий. Я почему-то ясно увидела, как он, не глядя, берет одно щупальцем и отправляет в рот, при этом эмоционально жестикулируя в такт словам, но щупальца не появлялись, и, кажется, Морис подумал сейчас о том же самом.

В итоге оладью он все-таки взял руками, отломил, но есть не спешил.

– Я слышал, как Ромэн говорил с парнями, они собираются идти завтра на разведку.

– Надо идти сегодня, – решительно заявила я и швырнула полотенце на стол. – Предупреди Рэнди и Мию. Светке я сама скажу.

– Ты уверена?

– Ну не сожрет же она меня.

– Я не об этом. Ты уверена, что в таком состоянии мы сможем спасти кого-то крупнее котенка?

Я открыла рот, чтобы возмутиться, но не произнесла ни звука. Это для меня, хранившей память о прошлой жизни, стать простым человеком – это как снова сесть на велосипед, а им, быть может, лишиться паутины, щупалец, ночного зрения и прочего – это как стать беспомощными в совершенно чужом мире.

Я устало опустилась на табуретку.

– Не знаю, Морис. Я не знаю, как мы будем выкручиваться на этот раз, но пойми, не могу… А если бы на его месте был кто-то из вас?

Морис накрыл мои пальцы ладонью – все такой же гладкой и прохладной, что и прежде – и подмигнул.

– Ну я же не сказал, что отказываюсь. Когда это мы пасовали перед трудностями?

Я поджала губы, чтобы не расплакаться от облегчения.

– Рэнди, конечно, наше слабое звено, – вдруг заявил Морис громко. – Он столько ест, что в случае драки от него одна только польза – быть ядром.

В коридоре что-то крякнуло обиженно, скрипнуло дверными петлями, и на кухню ворвался насупленный Рэнди с красными от гнева щеками.

– А ты! А ты… Ты теперь даже на закуску к пиву не потянешь!

– О чем я и говорил, – довольно кивнул Морис, – одна еда на уме.

Рэнди обеими руками потянул вниз края футболки, и – о ужас! – над ремнем под тканью обрисовался кругленький животик.

– Так быстро?! – вырвалось у меня.

Рэнди стыдливо втянул пузико, но поздно, Морис уже возликовал.

– Вот ты жирный!

– Жир… ный? – мигом растерялся Рэнди и нахмурил брови. – Меня так уже кто-то называл.

– Кто посмел? – удивилась я. Пузико пузиком, но Рэнди как был мощами ходячими, так и остался. Некоторые парни так и толстеют, избирательно.

– Я… не уверен, – занервничал Рэнди. – Кажется, когда я был жив.

На его бесхитростном лице застыло недоумение.

– Ты вспомнил себя прежнего? – странно сиплым голосом спросил Морис.

– Немножечко. Это как будто…

– …кино, которое ты когда-то смотрел.

Они уставились друг на друга то ли с ужасом, то ли с восторгом.

– И про что было твое кино? – спросила я Мориса. Он сразу замялся, забегал взглядом по кухне, и я прям видела на его лбу маркировку 18+.

– Пусть лучше молчит, – догадался Рэнди, – не хочу окончательно испортить свое впечатление о нем.

– Чтоб ты знал, в моей жизни было полно красоток, – гордо похвастался Морис и добавил с улыбкой: – и их рогатых мужей.

– Только не говори, что сорвался с балкона любовницы, или обманутый супруг снес тебе башку, – хихикнула я. Морис легкомысленно пожал плечами.

– Кто знает, кто знает… Веселой жизни – веселая смерть, не находите?

– Эй вы, философы! – К нам на кухню ввалилась запыхавшаяся Мия, явно услышавшая последний перл Мориса. – Хорош трепать языками! Куратор пропал!

И вновь все разговоры были забыты, когда Мия напомнила о дурном.

– Надо его спасать! – воскликнула она, ошибочно решив, что мы молчим, потому что не хотим ничего предпринимать. Рэнди положил ладонь ей на плечо.

– Успокойся. Никто не собирается бросать куратора Амилоту в беде, тем более Марго.

Мия даже не скривилась, хотя я ожидала подобной реакции. Нет, она перевела на меня горящий взгляд и спросила:

– Ну? Какой у нас план?

Плана не было, о чем я прямо и сообщила, но Морис был тысячу раз прав, когда говорил – когда это мы пасовали перед трудностями?

– У меня сейчас приемные часы, после них встретимся на ближайшей автобусной остановке.

– А если спросят, куда мы все намылились? – уточнил Рэнди.

– Хотим придумать секретный номер для пятничного шоу, – легко сочинил враку Морис. – Уверен, после такого никто не станет нам мешать.

На том и порешили. Я переоделась в рабочее и отправилась просиживать зад в гадальную комнату. Только как вы прикажете гадать, когда внутри бушует пожарище, а мозг требует активных действий? Я уже тысячу раз поправила платок, платье, а бархат на скатерти вытерла до ниток. Как назло, ни одной дельной идеи, кроме «пойти в этот чертов лес и изучить там с лупой каждую травинку». А тут еще и всякие отвлекают от размышлений. Дурацкий колокольчик не умолкал, я старательно ловила крохи ускользающего терпения,