Эхо отражений - Геннадий Борисович Марченко

комнате и на которых застыло время смерти Марии Андреевны. Сейчас они вполне бодро идут, показывая… Ну да, начало первого. Так же, как и на моём смартфоне, который я всё-таки прихватил в прошлое вопреки предостережению Росси. Я же не собирался ходить с ним по улицам. На мне и одежда была моя, из будущего, трикотажный костюм с триколором на рукаве, хотя тут больше подошёл бы с надписью СССР во всю грудь. Ну или даже латиницей USSR… Впрочем, за латиницу в 38-м, наверное, можно было огрести.

Жаль, нельзя включать свет, но у меня в смартфоне имеется фонарик, как раз в тему. Направил луч на книжный шкаф. Его содержимое, естественно, разительно отличалось от содержимого шкафа из моего времени. Вот, к примеру, книга в белой обложке за авторством самого Сталина «Об индустриализации страны и о правом уклоне в ВКП(б)». Однозначно на дворе 38-й.

В этот момент с улицы послышался шум двигателя. Я подошёл к окну. К тому самому дому, на углу которого была прилеплена адресная табличка, подъехала чёрная легковушка, выглядевшая, как обычно изображают в исторических фильмах машины этой эпохи. Наверное, знаменитая «Эмка», другого ничего в голову не приходило. Разве что ЗИС, но это уже, кажется, что-то более представительное.

И ещё в голову пришло словосочетание «чёрный воронок». А что ещё могло прийти, когда из припарковавшейся у парадной машины с заднего сиденья выбрались двое в форме, а с переднего пассажирского — мужчина в гражданском. Про тех двоих сразу подумал — НКВД. Уж больно форма была похожа на виденное в тех же исторических фильмах. Один из них открыл дверь парадной, пропуская вперёд гражданского и своего коллегу, вошёл последним, прикрыл дверь. Я замер, почему-то боясь даже дышать, и уже предвосхищая про себя. Что должно последовать дальше.

Где-то минуту спустя в одном из окон четвёртого этажа вспыхнул желтоватый свет. На фоне окна заметались тени. Я живо представил ужас обитателей квартиры, к которым среди ночи постучались энкавэдэшники. А дальше что, обыск и арест?

Сам толком не понимая, зачем это делаю, включил камеру в режиме видео, направил на стоявший напротив дом. Наверное, сработала блогерская привычка, да и куда нынче представителю поколения миллениалов (тем более на границе с поколением зумеров) без этого⁈

Я держал запись включённой, размышляя, видно ли с улицы меня в тёмной комнате… Да нет, навряд ли. В любом случае, мне до зеркала несколько шагов, уколоть палец — и вот я уже в своей комнате. Не успеют взять.

Снова всё внимание приковано к дому напротив. Теней стало меньше, что-то мне подсказывало — финал истории совсем близко. И я не ошибся. Дверь парадной распахнулась, первым появился тип в гражданском, за ним шёл ещё один гражданский, явно немолодой и какой-то весь согбенный, то ли годами, то ли обстоятельствами, то ли тем и другим. Замыкали процессию энкавэдэшники. Задержанного они усадили на заднее сиденье, сами влезли туда же с разных сторон, гражданский вернулся на переднее пассажирское. Машина тронулась в сторону Адмиралтейства и, доехав до ближайшего перекрёстка, скрылась за углом здания. Только после этого я выключил камеру.

Да-а, вот это реально жесть… Представил себя на месте того несчастного, за которым приезжал «воронок», и в груди похолодело. Одно дело — видеть такие кадры в кино, понимая, что это игра актёров, пусть зачастую и основанная на реальных событиях, и совсем другое — оказаться очевидцем.

Так, ладно, хватит уже себя накручивать. Я уколол палец ручкой-прокалывателем, приложил палец к зеркальной поверхности… Мелькнула мысль — а ну как не сработает, и останусь я на веки вечные в этом прошлом с его «воронками» и грядущей войной? Аж сердечко ёкнуло. К такому повороту я был совершенно не готов.

Облегчённо выдохнул, когда капля крови растворилась в зеркальной поверхности, та задрожала и портал открылся. Так что в свою комнату я попал без проблем.

Добрался до дивана, сел, попытался собрать мысли в кучу. Только что я побывал в 1938 году. И это не плод разыгравшейся фантазии. Вот она, видеозапись на смартфоне.

Я снова пересмотрел видео, потом скинул его в ноутбук, где отрезал лишнее, оставив последние пару минут, а самое главное — момент посадки арестованного в «воронок» и отъезд машины. Вот только кому я это покажу? Доказывая, что это не результат работы нейросети с заданным промтом, мне пришлось бы раскрывать секрет зеркала. На это я пойти был не готов. Разве что сам буду время от времени пересматривать, с ностальгией вспоминая свой первый визит в прошлое.

Адреналин понемногу растворялся в крови, и меня как-то незаметно потянуло в сон. Да и то, часы показывали уже начало третьего, а утром я планировал отправиться на Московский вокзал, и поездом сразу же уехать в Москву. А уже из столицы вечером поездом в Зарыбинск. Как ни крути, а домой следовало наведаться, тем более что в четверг меня ждут на работе. Да, придётся увольняться и перебираться в Питер. Но отпустят меня, думаю, только после обязательной отработки, или раньше, если найдут мне замену. Впрочем, я сам найду. В этом плане у меня имелся вариант со старым товарищем, тоже компьютерщиком, который надоело быть фрилансером. Тот всё говорил последние полгода, мол, уволишься — рекомендуй меня на своё место. Вот и дождался ты, Серёга, своего часа.

Поставил будильник в смартфоне на 6 утра с расчётом, что в половине восьмого должен уже быть на вокзале, и завалился спать. В отличие от прошлой ночи, провалился в темноту мгновенно, похоже, сказалось психологическое перенапряжение, слишком много на меня свалилось всего за сутки, вернее, за две ночи. Хотя визит Валяевых, пожалуй, тоже потрепал мне нервы, но по сравнению с путешествием в зазеркалье и в прошлое это были цветочки.

Пробуждение далось нелегко, было желание швырнуть настырный смартфон в стену, но разум всё же возобладал над эмоциями. Чтобы окончательно проснуться, принял душ, была даже мысль постоять под контрастным, но на ледяной так и не решился. На завтрак яичница и большая чашка кофе, после которой я окончательно пришёл в норму.

Пока возился с готовкой на кухне, повидался с Тамарой Яковлевной. Предупредил, что уезжаю в Зарыбинск, но через несколько дней, максимум неделю вернусь, причём уже окончательно. Поэтому ключи не оставляю, беру с собой.

— Ага, езжай, только не пропадай, — закивала старушка.

Выходя из арки двора, невольно поглядел на дом напротив, к которому ночью приезжал «воронок». Теперь при относительно ясной погоде адресная табличка была видна чётко, и