Землянка для адмирала - Ксения Старк

— Лера, этот урод что-то активировал. Мы не знаем, что именно. Может, сигнал тревоги, может, координаты для подкрепления. Если его сородичи уже в пути…

— Тогда у нас есть немного времени, — она перебила меня, подняв голову. Ее глаза горели. — Ты сам сказал — мы не знаем. А значит, может быть и час, и пять минут. Но мы не оставим его умирать.

Я замер, глядя на нее.

Она была вся в царапинах, с перепачканной в грязи одеждой, с растрепанными рыжими волосами. Но в этот момент она выглядела…

Черт.

Я развернулся и направился к кораблю.

— Саргон?! — ее голос дрогнул.

— Может, аптечку найду, — бросил я через плечо.

Я шагнул внутрь корабля и... ничего необычного. Ну почти.

Ожидал увидеть какую-то инопланетную диковинку, а тут — обычные панели управления, знакомые сенсорные экраны, даже вентиляция гудит так же, как на земных судах. Разве что дизайн другой — плавные изгибы стен, странные углы, но в целом... да та же самая техника.

Медицинский отсек меня приятно удивил. Думал, будет как у нас, ведь для такого корабля это роскошь. Но нет — полноценный медблок, хоть и компактный. Стеллажи с препаратами, диагностический сканер, даже что-то вроде портативного хирургического модуля. А для испытания неплохо он снарядился. Слишком сильно себе облегчил задачу.

— Ну хоть что-то на этой чертовой планете пошло нам на пользу, — пробормотал я, хватая универсальную аптечку.

Лера сидела на корточках рядом с Пушистиком, гладила его по обожженному боку. Зверь скулил, но не вырывался — видно, доверял ей.

Я опустился рядом с Лерой, раскрывая аптечку. Внутри — странные ампулы с прозрачным гелем и несколько устройств, напоминающих инъекторы.

— Дай-ка проверим, — сказал я, протягивая одну из ампул её нейроинтерфейсу.

Экран мигнул, замерцали строки данных: «Анализ состава… Обнаружено: биосовместимый регенерирующий гель. Подходит для большинства гуманоидных форм жизни, а также для местной фауны. Применение: нанести на повреждённый участок, активировать термическую реакцию».

— Ну хоть что-то простое, — проворчал я, выдавливая гель на ладонь.

Лера осторожно раздвинула шерсть Пушистика, обнажая ожог.

— Держись, дружок, — прошептала она, а я нанёс гель прямо на рану.

Гель моментально зашипел, слегка задымился, а затем… втянулся в кожу, будто его впитали. Пушистик дёрнулся, но не зарычал — лишь удивлённо хмыкнул, наблюдая, как ожог начинает затягиваться прямо на глазах.

— Чёрт, — ахнула Лера. — Это же…

— Нанорегенерация, — закончил я. — Только эффективнее наших аналогов.

Нейроинтерфейс снова пискнул: «Предупреждение: заряд ниже 10%. Рекомендуется срочная подзарядка».

— Вот блин, — Лера постучала по экрану. — Держись, малыш, ещё чуть-чуть.

Я выдавил ещё немного геля и нанёс на её запястье — там были царапины, которые оставил тот урод.

— Эй, мне не нужно… — начала она, но я уже втёр гель в кожу.

— Молчи.

Она скривилась, но не сопротивлялась. Через несколько секунд синяки начали бледнеть, а царапины — исчезать.

— Ладно, теперь ты, — она выхватила у меня ампулу.

— Мне не…

— Заткнись, — передразнила она, хмуро выдавливая гель мне на плечо, где ещё не до конца зажила рана от неудачного приземления.

Гель жёг, но боль тут же сменилась приятным теплом.

Пушистик тем временем уже встал на ноги, осторожно потягиваясь. Его рана затянулась, оставив лишь розоватый след.

— Ну вот, — Лера улыбнулась, почесав его за ухом. — Теперь ты как новенький.

Он радостно лизнул её в щёку.

Мы стояли у корабля, и Пушистик смотрел на нас своими огромными, светящимися глазами. Он, кажется, понимал, что мы уходим. Его шерсть уже почти восстановилась, но след от ожога всё ещё был виден — розоватый шрам, который, возможно, останется с ним навсегда.

Лера присела перед ним, обняла его мохнатую шею и прижалась лбом к его морде.

— Ты спас нас, — прошептала она. — Спасибо.

Он урчал в ответ, тычась носом в её плечо, будто говорил: «Да ладно, это мелочи».

Я наблюдал за ними и чувствовал что-то странное — не раздражение, не нетерпение, а… что-то тёплое. Глупое.

— Ладно, хватит сюсюкаться, — буркнул я. — Если его сородичи уже в пути, нам лучше не задерживаться.

Лера вздохнула, в последний раз потрепала Пушистика по загривку и встала.

— Береги себя, ладно?

Он ткнулся мордой ей в ладонь, потом повернулся и неспешно зашагал в джунгли, лишь раз обернувшись, прежде чем исчезнуть в зелени.

Лера смотрела ему вслед, а я смотрел на неё.

— Ну что, инженерша, — сказал я, — пора осваивать корабль.

Она резко развернулась, и в её глазах вспыхнул тот самый огонь — любопытство, азарт, жажда разобраться в том, что работает не так, как она привыкла.

— Давай уже, адмирал, — ухмыльнулась она и шагнула к трапу.