Мастер Трав 12 - Ваня Мордорский

Я сел и глубоко вздохнул. Тело было деревянным. И дело вообще не в том, что мы с Грэмом вчера отмахали приличное расстояние. Мы каждый день столько проходили, а жива обычно успевала за ночь снимать все последствия таких походов. Нет, дело в чем-то другом…но в чем?

Я пока не понимал.

Подошел к окошку и взглянул на уже пробудившийся мир. На Древа Живы где-то там, вдали, на поселок, где уже сновали туда-сюда люди, и на Грэма, который словно бы и не ложился, а трудился над забором, часть которого уже представляла собой воткнутые в землю небольшие бревна, а другая пока еще ожидала своей участи. Я покачал головой. Да, старик словно обрел вторую молодость.

Я вытянул перед собой руку. Открытые вчера каналы за ночь перестали светиться зеленым светом.

Нет, это слабость тела, не в открытых каналах дело.

Значит…значит всё дело в новой сети.

Вздохнув, я сделал короткую, но интенсивную разминку, разгоняя кровь и лимфу по телу. Обычно после нее из тела уходила вся деревянность, но сейчас что-то было не так. Тело всё равно ощущалось побитым. Я снова вытянул руку перед собой, потом вторую. Они чуть дрожали.

Итак…что я знаю про сети-якоря? Очевидно, дело в них. Вернее, в ней. Сеть-якорь не занимает места в моей «голове» так, как это делают симбионты. Когда я создал связь с сетью я не почувствовал никакого особого напряжения. Оно и логично, эти молодые деревья — не мутанты, с которыми можно создать полноценную симбиотическую связь, они были обычными. Да, я вчера истратил Кровь на эту небольшую сеть, но разве из-за этого может тело одолевать такая слабость?

Я прошелся по комнате. Стало чуть легче.

Может, — понял я, — Якоря-дубы неактивны, они еще не полноценная сеть. Они просто «меченые», а эта сеть полностью завязана на мою кровь. Лишь благодаря крови, которую они впитали, я могу ее ощущать. Должно ведь это что-то у меня отнимать? Обычно когда я использовал кровь, она либо использовалась растением для своего усиления, либо я ее заставлял делать что-то конкретное. Сейчас же она просто продолжала существовать в деревьях.

Я сел за стол. Мне нужно было это проверить прямо сейчас. Я закрыл глаза и мысленно потянулся к своей молодой сети, оставленной возле оврага с дремликами. Заодно буду привыкать к погружению и посмотрю насколько хорошо я могу воспринимать мир на таком расстоянии.

Сознание скользнуло по невидимому каналу. Миг — и я оказался там. До того как закрыть глаза, я ощущал сеть смутно, теперь же я почувствовал каждое «меченое» дерево и мог перемещаться между ними.

Они меня не чувствовали. Потому что, как я уже знал по сети старых дубов, деревья ощущают живу. Да, их внимание можно привлечь кровью, но они интуитивно воспринимают ее как что-то делающее их сильнее, и тянутся к ней, а через живу они «видят» мир. Просто у старых деревьев это восприятие гораздо тоньше и чутче, нежели у мелких. Понял это я только сейчас, когда скользил от древа к древу и на минуту погрузился в одно из них. Почувствовал его корни, ветки, листья и других существ.

Виа была подвижной и видела мир в тепловом спектре. Тут же, через дерево, я ощутил кое-что другое. Мир был незыблем, а фон живы ощущался стабильным. Для деревьев это была словно карта, знакомая карта местности, а вот все изменяющиеся потоки живы, существа и прочее воспринимались следами на этой карте.

В первый раз я этого не понял. Можно углубиться в ощущения деревьев и чувствовать влажность почвы, а можно отстраниться и учиться видеть живу. И последнее для меня очень важно, потому что связано с моим собственным навыком «ощущения живы».

Но это потом, сейчас меня больше волновала моя Кровь. Я попытался найти ее, используя для этого ощущения самих деревьев.

Кровь они ощущали узлом, который врезался в их тела. И этот узел, — когда я прислушался к нему, — вибрировал.

Моя Кровь! — Пришло внезапное озарение. — Когда они впитывают каплю моей крови, они связывают себя со мной на физическом и энергетическом уровне.

Я вспомнил, как после повышения ступени Дара слышал гул голосов лесных растений, и над всем этим стоял гул огромных Древ Живы, как высоковольтных проводов. И моя Кровь тоже имела этот «звук».

Вот как я могу связываться с ними! Моя Кровь для меня же — частота, на которую я выхожу интуитивно. Она всё еще связана со мной. То, что ее впитали деревья, ничего не значит. Моя Кровь никуда не исчезла. С железными дубами точно так же, но там она словно заглушается огромным количеством живы и памятью самих деревьев.

И сеть из восьми деревьев усиливала этот сигнал моей Крови. Деревья резонировали друг с другом, многократно повышая ее уловимость для моего же Дара. Это было лишь предположением, но оно идеально ложилось на то, что я сейчас ощущал.

Вспышка головной боли напомнила мне, что находиться больше двух минут внутри сети на таком расстоянии нельзя. Вчера это было около минуты, а сейчас, по моим ощущениям, прошло около двух.

Расту.

Перед тем как покинуть сеть, я потянулся к корням, на которые вчера ставил ментальные закладки. Я не видел их глазами, но чувствовал их объем и длину в пространстве. Корни, направленные к Узлу Строителей и к старым дубам, удлинились, как минимум, вдвое.

Работают! Закладки продолжают работать и стимулировать рост в нужном направлении.

Внезапно перед внутренним взором вспыхнуло системное уведомление:

[Рост сети: +4.8%]

Я сам не заметил таких изменений, но системе было с чем сравнить. Значит моя жива успела за один день настолько ускорить рост.

Я вынырнул из сети. Голова снова отозвалась тупой болью, из носа опять капнула кровь, но в этот раз откат дался заметно легче, чем вчера. Выдохнув с облегчением, я вытер кровь и подождал, когда пройдет головная боль. Минута-другая — и она утихла.

Небольшая цена за возможность иметь глаза и уши в десятке километров от дома.

И вот откуда такая слабость в теле — Кровь работает. Постоянно. Она продолжает резонировать и это не может не сказываться на мне. Просто это фоновый процесс, который я не замечаю. Скорее всего, я привыкну к этому, как привыкаю к увеличенному количеству связей.

Я на миг задумался. А что, в сущности, такое — мои связи? Это нити или, вернее,