Мастер Трав 12 - Ваня Мордорский

меня срастить части растений? Достаточно взять у сети деревьев корни и путем сращивания добиться от них нужной мне длинны. А новые корни они себе отрастят очень быстро с такой подпиткой живы, которую я дам им.

Я покачал головой. Нет, то, что я освоил закладку это, конечно, хорошо, но плохо, что упустил из виду очевидное решение: если сделать всё быстро, то и наполнить Узел я смогу быстрее, чем рассчитывал изначально.

Положив руку на очередное дерево, я начал Поглощение. Подходить к Морне и к дремликам нужно с полным запасом энергии. Да и секиру Грэма нужно подзарядить.

Надеюсь, сегодня Рыхлый будет у Морны, потому что Грэм вчера из-за его отсутствия не смог получить сеанс лечения, а с черной хворью пора заканчивать.

Когда мы приблизились к знакомому дому, окруженному хищной изгородью, я на пару мгновений остановился. У Морны были гости.

У крыльца на перевернутом бревне сидел Рыхлый, задумчиво ковыряя землю палкой. Неподалеку, прислонившись к стене дома, стоял Клык, протирая для виду свое костяное копье. Рядом лежал уже готовый (с виду) костяной молот. А еще чуть в стороне, на большом валуне, сидел Могильщик.

— Интересная компания собралась, — тихо, но напряженно заметил Грэм, перехватывая секиру поудобнее.

— Здравствуй, охотник, — ровным голосом произнес Могильщик, заметив нас.

Думаю, он заметил нас еще шагов за пятьсот, если не больше. Хорошо я оставил Виа подальше и позволил ей охотиться.

— Зикар, — кивнул в ответ Грэм.

Рыхлый с Клыком поприветствовали нас следом за Могильщиком.

И в этот момент, когда мы сделали с десяток шагов и были вблизи изгороди я ощутил, что что-то в Могильщике кардинально изменилось. Очень сильно.

Я остановился как вкопанный. Прикрыв глаза, я обратился к «ощущению живы». И если раньше глядя на Зикара, я не чувствовал почти ничего, кроме странной пустоты, то сейчас… Сейчас там, где сидел старый гнилодарец, полыхал колоссальный столб энергии, плотным коконом окутывающий его тело. Не чувствовать этот избыток энергии было невозможно.

Я открыл глаза. Впервые за всё время пребывания в этом мире я почувствовал такую первобытную опасность, которая ощущалась все телом. По спине пробежали мурашки. Даже от Целителя, когда он очутился вблизи меня, не исходило такой подавляющей, тяжелой ауры.

Варианта два: либо Могильщик всё это время умело скрывал свою силу, либо…он как-то резко стал сильнее. Намного сильнее. Честно говоря, я не представлял как можно скрыть подобную мощь. Да и если он мог скрывать свою силу раньше, почему не скрывает ее сейчас? Или всё дело в нестабильности Сердца Роя внутри него?

А затем мой взгляд приковался к его руке. Той самой, которую ему оторвала Черная Химера.

Это был больше не протез из спрессованных жуков и других насекомых. Из короткого рукава его хламиды торчала Кость. Да, по-другому и не скажешь. Было ощущение, что кость вообще не его. Длина ее была больше, чем у другой руки Могильщика. Эта кость была обтянута мертвенно-черной, пергаментной кожей, с почти полностью отсутствующими мышцами. Но от этой иссохшей конечности исходила такая жуткая, концентрированная мощь, что у меня на пару мгновений перехватило дыхание.

Я бросил взгляд на Грэма и, похоже, он ощутил нечто подобное.

— Я вижу, — стараясь держать голос ровным, произнес я подходя, — руку вы себе всё-таки отрастили.

— А…это? — переспросил старик и поднял руку, где была кость. — Ну рукой это сложно назвать, но возможно приживется со временем. Как знать…

Мы с Грэмом молча сели на ближайшем бревне во дворе.

Услышав наши голоса, на крыльцо из дома вышла Морна. Она выглядела уставшей, но спокойной. Впервые за недели ее звериная ярость не пыталась вырваться наружу.

— Элиас, Грэм. — кивнула она нам по очереди.

Мы ответили тем же.

Детей пока не было видно. Возможно были на заднем дворе, на пасеке.

— У меня к тебе есть предложение, травник, — сказал Могильщик.

Я же пододвинулся поближе к хищной изгороди и прикоснулся к одной, из торчащих лоз. Так…на всякий случай. Да, я прекрасно понимал, что если этот «обновленный» Могильщик захочет нас убить, никакая изгородь меня не спасет. Но сам факт того, что под рукой есть потенциальное оружие, немного успокаивал взбесившиеся нервы.

— И что за предложение? — осторожно уточнил я, глядя прямо в его немигающие глаза.

— Деловое, — скрипнул Могильщик. — От которого выгода будет и тебе, и мне.

Что за предложение у него может быть? Скорее всего, ему для чего-то нужны мои навыки алхимика. Возможно он узнал, что я сумел обратить вспять озверение Морны и он стал на меня смотреть иначе. Не как на слабого алхимика.

К моему удивлению, Грэм поднялся и подошел поближе к Зикару, остановившись возле Рыхлого. Скорее всего, старик хотел поближе разглядеть эту жуткую руку-кость, и оценить уровень угрозы.

Ну а еще я помнил слова Грэма, что любые управляющие насекомыми, или зверьми — слабы вблизи. Именно там, где силен охотник.

Грэм заранее сокращал дистанцию.

Зикар тонко, безрадостно улыбнулся.

— Я вижу, вы как будто стали значительно сильнее за эти дни, — не удержался я от комментария.

— Ты заметил? — его голос шелестел, как сухие листья. — Это действительно так, травник. Слабым быть сейчас нельзя. Времена меняются. Кто слаб…тот мертв. А я не хочу быть мертвым.

Он тяжело вздохнул.

— Так вот, насчет моего предложения…

— Да, — внезапно раздался знакомый, насмешливый голос со стороны леса. — Я тоже с удовольствием послушаю твое предложение, учитель.

Я резко повернул голову. Из подлеска неторопливо выходил Гнус. Его лицо выражало абсолютное спокойствие.

— Проходил, знаете ли, мимо, — небрежно бросил бывший страж деревни, направляясь к нам. — Шел на новое место, обустраиваться, и решил заглянуть на огонек.

Я поймал себя на мысли, что искренне рад видеть Гнуса. В его присутствии баланс сил на поляне хоть немного выравнивался. А вот Могильщик, судя по тому, как дернулась черная кожа на его новой руке, был этому визиту совершенно не рад.

— Незаметно подобрался, — холодно констатировал Зикар.

— От тебя научился, — парировал Гнус, как бы невзначай проходя мимо старика. Он подошел ко мне и, кряхтя, уселся прямо на траву по левую руку от меня, опираясь на свою трость. — Так что ты там Элиасу предложить хочешь?

Значит, Гнус специально ждал, пока Могильщик не заговорит со мной, и кроме того сумел скрыться от его чутья и его насекомых?

Кажется,