Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

— Восточная граница ближе всех, но даже так…, — Сусана что-то прикинула в уме, — им нужно было не меньше двух недель, чтобы подойти к Витории.

— Они уложились в девять дней, — подтвердила Элеонора.

— Но зачем ему войска у столицы? Он ждет очередного бунта легионов?

— Об этом знает только Император. Он не соизволил донести до легатов свои планы.

— Не может быть…, — Эдит Дальгор выпрямилась в кресле. Поймав какую-то мысль, она задумалась, теребя в руках маленькую серебряную ложечку.

— Говори уже, не томи, — попросила Сусана.

— Маги готовят переворот! — выпалила она. — Император знает об этом и тщательно подготовился. Вы еще не поняли? Асверы!

— Что асверы? — немного разочарованно, вздохнула Сусана.

— Знаете, сколько их сейчас в столице? В три, нет, в четыре раза больше, чем должно быть. Лиам, а, вы же его не знаете. Это капитан городской стражи. Он рассказывал, что никогда прежде не видел так много демонов в гильдии. И никогда не встречал таких страшных.

— Слышали, слышали, — отмахнулась Сусана. — У этой новости уже борода до колена. Не хотела говорить…, — она немного прикрыла рот ладонью, — информация из достоверных источников. Дом Белтрэна, как и лавку супруга нашей дорогой Бристл, спалил один из лидеров кровавого культа. Сахиб Хефаль, если вам хоть что-то говорить это имя.

— Песчаный скарабей в Витории? — удивилась Грэсия.

— Кто такой? — ни имя, ни прозвище ничего не говорили Бристл. Она посмотрела на Сусану, требуя разъяснений, но судя по выражению лица женщины, кроме имени и принадлежности к культу, та ничего не знала.

Все дружно посмотрели на Грэсию.

— Опасный человек, — ответила она. — Хотя, называть человеком я бы его не стала. Ему под силу подчинить любого, у кого не растут на лбу рога. Он настоящий мастер магии подчинения. Может заставить любую женщину отдаться первому встречному. При этом она будет думать, что сама этого пожелала. Может приказать убить, или рассказать любые тайны. Но это еще не все. Когда-то он изучал магию воды, с помощью которой изощренно пытал своих жертв. Он один из трех лидеров Культа кровавой луны. Вы его легко узнаете, если увидите. У него татуировка песчаного скарабея на шее. Только, в этом случае, встреча станет последней, что произошло в вашей жизни.

— И что, асверы не в состоянии поймать этого мага? — спросила Эдит.

— Они хотят устроить облаву, — предположила Сусана. — А легион нужен, чтобы он не вырвался из города.

— Получается, — подытожила Элеонора, — что в столице сейчас чрезвычайно опасный маг, который нацелился на…, — она посмотрела на Бристл.

— С Берси ему не совладать, — сказала Бристл. — Он постоянно под присмотром асверов.

— Но он может подчинить кого-нибудь из его близких, — впервые за весь разговор Эдит высказала здравую мысль.

Бристл не стала говорить, что за домом постоянно наблюдает пара асверов, поселившихся напротив. Но то, что на ее супруга нацелился один из лидеров кровавого культа, ей совсем не понравилось. Асверы, видимо, тоже не в восторге, раз согнали в столицу столько полудемонов.

«Что могу сделать я?», — задумалась она.

— Ты упоминала темного мага, — сказала Грэсия. — Сахиб никогда не увлекался тьмой. Было что-то конкретное или это пустой слух?

— Я не распространяю «пустых» слухов, — горделиво вскинула подбородок Сусана Фрай. — Недавно темный маг напал на гильдию целителей. На самого магистра Мэйта…

* * *

Поместье, принадлежащее герцогу Теовину, по площади могло соперничать с большой деревней или маленьким городом. Почти половину его занимал огромный сад, с беседками и небольшими домиками, скрытыми от посторонних глаз. В центре сада располагался пруд, не замерзающий даже зимой. По словам Илины императорская семья любила проводить в поместье время, особенно жарким летом. Юные Кара и Лейна находили забавным кормить уток в пруду или играть в прятки с няньками и многочисленными детьми рода Теовин. Что касается наследника, то здесь он впервые учился ездить верхом. В поместье были роскошные конюшни, в которых содержали лучших лошадей со всей империи.

Без преувеличения поместье можно было назвать летней резиденцией императора. Именно поэтому в конце весны сюда стягивались все родственники, хоть как-то связанные с Теовинами. И уезжали они только в середине осени, до последнего надеясь, что правитель приедет еще раз, или оставит детей погостить подольше.

— Представляю, как их дети водят хороводы вокруг наследниц, — хмыкнул я, слушая рассказ Илины.

— Даже близко не представляешь, — ответила она, выделив «не». — Если кто-то из них вздумает докучать любимым дочкам Императора, для всей его семьи поместье будет закрыто навсегда. Их просто перестанут приглашать. Правильному поведению молодых господ учат еще с пеленок. Как нужно попасть на глаза наследнице, чтобы тебя заметили и ты при этом не вызвал раздражения. Как быть приглашенным к их столу, как вести себя, о чем говорить. Внешне это выглядит так, словно дети ведут себя искренне и естественно, но каждый их шаг, каждое слово просчитано и взвешено взрослыми.

Дожидаясь полуночи, мы прятались в небольшой полоске леса на юго-западе от поместья герцога Теовин. Отсюда его практически не было видно. Разве что часть высокого забора, который окружал весь участок по периметру. Такой большой участок земли охраняло как минимум пара сотен гвардейцев герцога. Не потому, что герцог сильно переживал за свою безопасность. Просто территория была довольно большой.

— Сколько раз ты была там? — спросил я, крепче прижимая к себе Илину. Мы сидели под теплым плащом, обсуждая план проникновения.

— Дважды. Проще всего будет подойти со стороны сада. Там и снега меньше. Но следы все равно останутся. Утром об этом станет известно.

— Пусть. Главное пробраться незамеченными.

— Тебе не обязательно идти, — она вновь коснулась этой темы. — Мы управимся быстрее и оставим меньше следов.

— Я же говорил. На тайнике может лежать какая-нибудь пакостная магия. Попытаешься взять бумаги, а они превратятся в пепел. Или произойдет что похуже…

Мы одновременно почувствовали Луцию. Она хотела, чтобы ее отряд выдвигался в сторону поместья. Мы должны были идти следом, с небольшим отставанием. Илина провела горячей ладонью по щеке, коснулась губ. Взяла мою ладонь, приложила к своей щеке. Затем мы побежали. Насколько это было возможно ночью и по неглубокому снегу.

Сам забор и небольшой участок, разделяющий его и сад, мы преодолели легко. Охрана поместья патрулировала лишь ближние подступы к дому, расхаживая с небольшими фонарями в руках. Я толком ничего не видел, ориентируясь на звук и редкие огоньки этих самых фонарей, мелькавшие вдалеке. Герцог не брезговал магической защитой, расставив по саду целую вереницу сигнальных чар. Мало того, что я их прекрасно видел,