Доспех духа 1-11 - Фалько

— Разворачивайтесь, — сказал полицейский. — Дальше закрытая зона. Императорская территория, туристам нельзя.

— Вон, наш пропуск едет, — я показал на черный минивэн, объезжающий автобус. Но к этому времени к шлагбауму уже бежал второй полицейский, размахивая руками. — Так даже проще…

Дальше мы поехали следом за минивэном. Дорога шла по длинной дуге. Слева и справа был огороженный низеньким забором. В конце дорога упиралась в небольшую площадку перед одноэтажным голубеньким домом с колоннами. Слева виднелся длинный трехэтажный дом, в арку которого ныряла дорога, справа длинная стоянка, куда мы свернули. Здесь размещались небольшой микроавтобус и с десяток разномастных машин, в том числе и совсем недорогие экземпляры.

— Приехали, — сказал Николай. — Царское село, Екатерининский дворец. Прадедушка очень его любил, вложив огромные по тем временам средства, на обновление, ремонт и содержание. А вот отец во дворце почти не бывал, хотя здесь отличный сад и очень тихо.

— Ага, — ответил я, глядя на дворец. Здание, которое начиналось слева, было чем-то вроде пристройки к главному строению.

— Мы почти на заднем дворе дворца, — он рассмеялся. — Смешно звучит, двор дворца. Я бы проехал дальше, чтобы нам пешком не идти, но можно и прогуляться.

— А это все машины слуг?

— Служащих, — поправил он. — Некоторым разрешено жить во дворце, но у многих квартиры или дома рядом. Почти все живущие в городе, так или иначе, связаны с дворцовой жизнью. Просто так купить или получить здесь жилье нельзя.

— Зонтики брать? — спросила Алена.

Юй Фэйфэй что-то сказала на китайском, показала экран телефона.

— Пикник? Нет, для него погода не та, да и сыро, чтобы на траве посидеть, — я покачал головой.

— В саду есть беседки, а еще летний домик, где можно попить чай, — сказал Николай. — Но давайте просто погуляем, а потом я приглашаю вас на чаепитие.

— Хорошая мысль. — поддержал я.

Чтобы попасть в парк, пришлось огибать дворец, а он был, должен сказать, немаленьким. Пару раз на глаза попались те самые служащие. Кто-то убирал листья, кто-то подметал дорожки, еще несколько мужчин были заняты совсем непонятным делом, или его имитацией. Парк мне исключительно понравился. Здесь было тихо, уютно, много зелени, скульптур, поздних цветов. А еще огромный пруд, в центре которого стоял небольшой домик. Утки, как и было обещано, водились и зеленые, и серые, и даже оранжево-красные. Николай показывал нам достопримечательности, рассказывая, как они здесь появились, и какая из императриц заказала построить ту или иную пристройку. Сам же дворец поражал своей архитектурой, колоннами и геометрическим садом перед зданием.

Почти в самом начале прогулки Алена взяла меня под руку и старательно ее не выпускала. Косилась на Катю, иногда бросала взгляды на Ташу.

— Коля, можно глупый вопрос, — сказал я, поравнявшись с ним. — Просто любопытство утолить.

— Можно, — улыбнулся он.

— А весь этот комплекс и дворец кому принадлежит?

— Вопрос сложный и простой одновременно. Дворец и прилегающие земли — это собственность империи. Если брать картины, золотые подсвечники, мебель и прочее, что можно поднять и из дворца вынести, то это собственность нашей семьи. Как раз в Санкт-Петербурге располагается главное отделение особой службы, ведущей подсчет имущества. От столового серебра и сервизов на пятьдесят персон, до яхт и самолетов. Как говорил отец, у них на счету каждый бриллиант в золотой подвеске семнадцатого века, хранящийся в изумрудной комнате Московского Кремля. Этих подвесок раньше было две, но из второй моя бабушка приказала сделать бриллиантовый пояс. Если я принесу во дворец фарфоровую статуэтку и поставлю ее в какой-нибудь гостиной на старинный секретер, то уже к вечеру ее внесут в общий перечень предметов. Присвоят категорию, представляет она исторический интерес или это просто безделица, оценят и так далее.

— Теперь понятно. Просто думал о том, сколько дворцов вокруг…

— Дворцы — это очень дорогое удовольствие, — сказал Николай. — Все расходы из казны строго регламентируются. Не укладываешься, будь любезен заплатить из своего кармана. И последние сто с лишним лет, мы всегда в эти расходы не укладываемся. Поэтому и новых за это время не построено. Вон, смотрите, мраморный мост.

Впереди действительно показался небольшой каменный мост с парой павильонов и колоннадой, соединяющей их. Он ускорился и вбежал на мост. Алена же придержала меня, повлекла за собой к воде.

— Смотри, скользко здесь, не упади, — предупредил я, используя доспех, увеличивая точку опоры под ногами. Со стороны моста послышался смех Таши.

— Хотела спросить, я тебе нравлюсь? — она подняла на меня глаза.

— Глупая, — я тихо рассмеялся. — Конечно, нравишься. Я же тебе говорил, помнишь?..

— Что возьмешь меня второй женой?

— Я сейчас не совсем про это… но да, говорил. Хорошо, вот сейчас я обещаю, что возьму тебя второй женой и никого другого. Хотя Таша очень красивая девушка… ай, больно, не бей меня, я же пошутил… у меня ребро еще не зажило, ай…

— Нельзя такое говорить девушке, она может обидеться, — Алена демонстративно отвернулась, но руку сжала крепче, прижимаясь плечом к моему плечу.

— Только тебе нужно будет как-то восстановить отношение с дедом и семьей Наумовых, — сказал я. — Ведь второй брак может быть только «политическим». Или придется ждать, когда я стану главой собственного рода и получу право жениться аж три раза. Только, как говорил Петр Сергеевич, многоженство — это плохо.

— Плохо, — вздохнула Алена, — если ты первая или единственная жена. А если…

— У твоей мамы братья и сестры есть?

— Нет, — вздохнула она. — Только по линии отца. Но мы не общаемся. Никогда не общались. Знаю только одно имя, и только потому, что он нам денег немного отправлял через банк.

— Значит, ты единственная внучка и наследница ректора МИБИ, великого мастера…

— Мне ничего не надо от них, — хмуро ответила она. Пнула камешек в воду.

Мы постояли так немного. Николай с девушками ушел немного дальше. Даже сестры Юй правильно поняли, что надо бы оставить нас ненадолго наедине. А вообще хорошо, пахнет зеленью, прудом, чем-то еще приятным и незнакомым. Ни холодного ветра, ни дождика. А еще я заметил, что Алена использует почти такие же духи, как у Таисии. В них чуть меньше сладости, но больше цитрусовых ноток. Я, когда первый раз уловил, даже подумал, что Тася с ней поделилась. Скорее всего, фирма одна и та же.

— Поцелуй меня, — тихо сказала Алена, повернувшись ко мне. Ухватила второй рукой ворот куртки, чтобы не вырвался.

— Мне кажется сейчас не самое подходящее время. За нами столько глаз наблюдает, что чувствуешь себя героем кино или телесериала.

Она печально вздохнула, опустила голову,