Обратный отсчет - Токацин

но вот работа… Сармат размял неловкие пальцы, подобрал перо, заправленное жёлтым красителем, повертел его в руках и сдержанно хмыкнул. «Разметить шкалы несложно. Главное — определиться с нулём…»

— Очередные странные вещи… — прошелестело над плечом. Гедимин, не отрывая руки, закончил ровную черту и досадливо сощурился. «Кут’тайри. Давно не вылезал. Соскучился?»

— Термометры, — буркнул он. — Измерять темп… тепло и холод.

— Измерять? — повторил за ним Сэта, подбирая с поддона готовую шкалу. — Я видел мерные тросы и палочки. Но как их приложить к холоду?

Гедимин отложил последнюю шкалу и повернулся к печи. «Расплав дозрел,» — он подобрал обрезок сырого гриба и насадил на штырь. «Дегазация… а потом долгая неприятная возня. С дозиметрами разберусь быстро. А вот термометры… Инструменты не годятся. Придётся крутить из защитного поля.»

— Как у вас измеряют тепло? — спросил он, глядя, как из расплава бурно выходят пузырьки. — Есть какая-то единица? Прибор?

Кут’тайри повёл ухом и наклонил голову набок. Вид у него был озадаченный.

— Ты говоришь — вещь, чтобы… чтобы отличать тепло от холода? Для чего? Для печей? Знать, хорошо ли они нагреты? Тогда берут кованый штырь и держат до нагрева — и по цвету…

Гедимин качнул головой.

— Этот способ я знаю. А если речь не о раскалённых штуковинах? Здесь, в цеху, тепло. Снаружи холоднее. Как вы измеряете, на сколько?

Сэта шевельнул ухом.

— Я бы ответил, если бы понял, о чём ты, — осторожно сказал он, глядя на свою ладонь. — Хотя… Вы, закованные в броню, не чувствуете ни тепла, ни холода? Нет… Я видел, как ты проверяешь жар рукой. Тогда — о чём ты? Что надо… измерять?

Гедимин досадливо сощурился и снял со стойки стеклодувную трубку. «Всё ясно. Мог бы и не спрашивать. Лучше займусь делом.»

…Защитное поле растворилось. Тонкий слой стекла остывал стремительно — сармат даже не выносил заготовки на прохладный воздух, выдерживал их в горячем потоке, в нём же и переносил в отсек постепенного остывания, но за эти секунды яркое жёлтое свечение успевало превратиться в тускнеющее красное. «Готово. Теперь…» — сармат вернул инструмент на стойку и медленно поднял генератор защитного поля. «На материальной опоре… ага, вот так, вдоль ладони. Нарастить длину… ещё дециметр…» — он поднёс прозрачную «трубку» из защитного поля к проёму в респираторе и осторожно дунул. «Тут литейную станцию бы, а не дикарские штучки…»

Капля расплава растянулась в длину. Гедимин поджал её щипцами, ужимая в форму — миниатюрная колба внизу, дальше — тоненькая трубка. «Сойдёт. Ещё две…»

— Кувшин для цветочника? — Сэта заглянул через плечо. — Тоньше самой тонкой кости…

— Цветочник? — Гедимин закрыл отсек для остывания и шумно выдохнул, растворяя остатки «инструментов». Во рту пересохло — больше от волнения, чем от горячего воздуха. «По крайней мере, стенки не схлопнулись. И толщина вроде подходящая. Остынет — опробую. Посмотрим, что у меня вышло. И что там нахимичил Альгот. Хоть кто-то из филков занят делом…»

— Маленький зверь, — Кут’тайри отмерил пальцами пару сантиметров и тут же широко развёл их. — С очень длинным ртом. Тонким, как волос.

— А-а… — протянул Гедимин, думая о колбе из чёрного стекла. Подобрав с поддона обломок чьей-то раковины с отростками-шипами, он задумчиво повертел его в пальцах и развернул шипами кверху. «Это — для барака. Пару дырок в стене — и пусть висит. Где вешать? Наверное, сразу за шлюзом, у комендантской. Интересно, коменданта предупредили?»

— Очень много странных вещей… — пробормотал Кут’тайри, отходя от печи. Ещё пара секунд — и за ним закрылась дверь склада. Гедимин покосился на неё, не отрываясь от работы, — он вытачивал в костяной плашке желобок. «Шкалу размечу по ходу дела. Надо ещё проверить, при какой температуре этот их спирт замерзает. Альгот инструкций не оставил. Или они у Гварзы. Поискать? Лучше перепроверю. Мало ли.»

…«Спирт» был тёмно-зелёным, с резким запахом, смутно напоминающим какие-то «мартышечьи» специи; Гедимин ждал, что при охлаждении он загустеет или начнёт разлагаться на фракции, но кристаллизовался он мгновенно и по всему объёму. Сармат посмотрел на щётки зелёных кристаллов, торчащие из кюветы, сверился с термометром и одобрительно хмыкнул. «Минус сто тридцать три. Надеюсь, такие холода тут редкость. До сих пор не было, но местной зимы мы не видели.»

Он вынул кювету из охладителя и, накрыв защитным полем, поставил под вытяжку — и, беззвучно выругавшись, потянулся за анализатором. «А ведь на взаимодействие никто не проверял… А, нет, никаких следов. Не разъело… Видимо, Альгот проверил.»

Кто-то потянул на себя край полога. Гедимин, смахнув защитное поле поперёк «двери», откинул крючки. На пороге стоял взъерошенный пернатый сармат, пытающийся уложить крылья.

— Звал-звал — никто не слышит, — Эгнаций дёрнул плечом, но крыло, вместо того, чтобы лечь на спину, оттопырилось ещё сильнее. — Там, если что, зелёный фонарь повесили. Можно спускаться. У тебя тут опыты?

«Чего… А, понял. Текк’ты уползли, пещеры свободны. Кто, интересно, вешает сигналы? Гварза?» — Гедимин благодарно хмыкнул и шагнул к двери.

— Перья мешают? Хочешь — расплавлю, — предложил он. Эгнаций поспешно замотал головой. Крыло, оставленное в покое, хлопнуло по скафандру и улеглось на спину параллельно второму.

— Не мешают. Даже забавно. Только — всё равно непонятно, зачем они.

…Вспомогательный и жилой корпуса понемногу заметало песком. Гедимин прошёл по ним, сгребая наносы и сгоняя их к туннелям, — набралось на полный мешок.

— Как реку вычёрпывать, — пробормотал он, закрывая очередную ячейку склада, наполненную доверху. Места было ещё много — объём складов сармат рассчитал верно. «Ещё бы рассчитать, как всё это поднять, пока все корпуса не засыпало…»

Эгнаций шумно встряхнулся. Жёсткие перья затрещали, укладываясь на броню.

— Вроде бы в песок не лезешь, а всё равно он везде.

— Это с меня насыпалось, — отозвался Гедимин, с досадой глядя на мелкие щитки на ступнях. «Издержки подвижной конструкции. Постоянно что-то куда-то забивается. В другой раз обернусь защитным полем. Сквозь него не просочится.»

— Ну что, наверх? — Эгнаций украдкой попробовал на вес поршневую машину и крепче обхватил обвязанные тросом детали привода.

— Давай, — рассеянно кивнул Гедимин, оглядываясь на ангар горячего цеха. «Детали небольшие, слой тонкий. Должны были остыть. Соберу на пробу. Надо будет показать Вепуату… да, зайти к Вепуату. Посоветоваться.»

— Тебе передатчик очень нужен? — спросил он уже наверху, забирая у Эгнация нетяжёлый, но