Третий Всадник - Алексей Валерьевич Шмаков

него больше магии, и на выходе получить соответствующий результат. Правда, у него потом живот долго болит, и вместо качественной сути получается непригодная дрянь. Мы так уже пару раз срывали поставки в столицу. Неудачные эксперименты, — сказал Гришка и указал немного левее.

Там как раз остановился Гирос и принялся скакать, явно с чем‑то играя. Или, вернее сказать, с кем‑то.

Йорик, как и обещал, ждал нас вблизи от замка. Но идти нам до него ещё прилично, так что точно успеем поговорить о местной валюте и её образовании.

— Порождений в Пустоте действительно много, вот только найти суть магии, которую они производят, довольно проблематично. Если что, это со слов того же Йорика и ещё пары наших знакомых Стражей. Сами мы никогда этим не занимались. Смысла нет.

— Почему? — спросил Гришка.

— Потому что забрать суть магии из Пустоты не получится, как и притащить сюда суть магии из любого другого мира, — ответил Каспер.

Они с Вагнером вообще говорили по очереди. Один дополнял слова другого, и так по кругу.

— А ещё в Пустоте много существ, которые жрут эту самую суть магии, чтобы становиться сильнее. Так что Стражи и здесь помогают нашим мирам, забирая себе столь лакомый продукт для монстров.

— И становятся объектом нападения для особо отожравшихся тварей, — добавил Вагнер. — Поэтому выжить в Пустоте — крайне сложная задача, с которой справляются единицы. А тех, кто живёт здесь так же долго, как Йорик, вообще можно по пальцам пересчитать. Такие Хранители, как вы, никогда не осмелятся осесть в Пустоте.

Ну, здесь Вагнер явно недооценивает нас. По крайней мере, меня. И многое не договаривает. Он не упомянул о том, что все Стражи обладают силой сразу четырёх всадников. Да и, как я понял, в своих мирах они были одиночками, которые отправились в Пустоту без малейших сожалений.

Точно!

— А может, сюда приходят всадники, которые доживают последние годы жизни? Выходят на пенсию, если можно так сказать, — предположил я.

Как по мне, так это идеальный вариант. К тому же время здесь течёт иначе, и неизвестно, как долго ты ещё проживёшь.

Сколько было Касперу и другим всадникам, когда они все дружно отправились в мир иной?

Вроде по восемьдесят три года.

А тому же Йорику явно гораздо больше. В разы больше. Он и сам уже забыл, сколько лет торчит в Пустоте. Но наши наставники и Меллиниэль утверждают, что гном — один из старейших Стражей.

Хотя здесь небольшая неувязочка. Я совершенно ничего не знаю о гномах. О продолжительности их жизни и так далее. Возможно, они живут тысячи лет, и ничего.

Но это легко исправить. Вот только почему все молчат после моего предположения о пенсии?

И вообще, почему они остановились, а я один шагаю к Йорику?

Остановился тоже и повернулся, чтобы увидеть, как в нашу сторону несётся что‑то невообразимое. Несётся вдоль рва замка эльфийки, с оружейных башен которого уже стали срываться первые магические снаряды.

Разные молнии, фаерболы, ледяные копья и всё в этом роде срывались и били в пустоту, где мгновение назад находилась крылатая корова.

А это именно она устроила весь переполох, заставив Гришку и наставников остановиться, а защитные системы замка работать на пределе, высасывая магию из накопителей.

Если бы мне сказали, что Пегас — это корова, а не лошадь, то я плюнул бы этому человеку в лицо. Но теперь так точно не поступлю.

Обычная такая чёрно‑белая корова с огромными белоснежными крыльями, небольшими рогами, колокольчиком на шее и выменем с разбухшими сиськами, из которых брызгало молоко, оставляя за коровой соответствующий след.

— Походу, кто‑то совсем не заботится о скотине, — сказал Каспер. — Уже давно подоить надо было, вот она и не выдержала. Вымя того и гляди лопнет.

— Не лопнет, — сказал Гришка.

— Это ещё почему? — спросил Каспер, а за спиной у нас послышались крики Йорика.

Только их было совершенно не разобрать. Вроде предупреждал нас о чём‑то.

— Потому что лопнет сама корова.

Сразу после этого стремительная крылатая корова рванула ещё быстрее, крылья пришли в движение, она прыгнула, пролетела метров десять в высоту, раза в три больше в длину и… реально лопнула, усеяв своими останками не только ров, но и крепостную стену.

После этого раздался вопль, от которого заложило уши, а солнце резко исчезло, закрытое огромной тенью. И эта тень была очень похожа на того дракона, что растерзала Меллиниэль возле Восточной башни.

— Кажись, родственники мстить заявились, — констатировал Вагнер.

И действительно, за первой тенью появилась вторая, третья… А затем со всех сторон замка начали появляться драконы. Самые разные, но их было очень много.

— Зря они, конечно, полезли к возлюбленной Йорика, — с грустью в голосе сказал Каспер, явно жалея драконов. — Да и она сама отбитая на всю голову.

— Как бы нас здесь не задело. Что‑то мне это не нравится, — произнёс Гришка.

А я сам не знаю почему, но, наверное, впервые в этой жизни ощутил, что это охрененно!

И я хочу жить в Пустоте!

Твою же мать!

Глава 12

Вы когда‑нибудь видели ПВО вселенского масштаба?

Когда с неба падают огромные металлические глыбы, раскалённые до температуры солнца и уничтожают всё на своём пути?

Их не может остановить магия драконов, какие‑то защитные артефакты и даже мировые законы, которые сминает, разрывает в клочья и подтирается ими.

А вот нам с Гришкой довелось это увидеть.

Каспер был прав: у Йорика буквально сорвало крышу, когда драконы обрушили свою ярость на замок Меллиниэль.

Из гнома он превратился в настоящего исполина, сравнявшись размерами с замком. Даже самый здоровый из прилетевших мстить драконов оказался гораздо меньше бородача.

Хотя в своём увеличенном варианте это была уже не бородища, а так, лёгкая трёхдневная щетина. Да и сам гном из почти квадратного бочонка превратился в произведение искусства. Настоящий Атлант, держащий на своих плечах небо.

С него прям статуи ваять можно.

Древнегреческий бог, не иначе.

Сразу стало понятно, почему Каспер и Вагнер называют Йорика одним из древнейших и сильнейших Стражей Пустоты. Да и Меллиниэль явно позарилась не на его привычную форму.

Йорик был безжалостен и разрывал драконов, что смогли избежать удара его магической ПВО, словно они были мягкими игрушками. Но и его избранница не отсиживалась за стенами своего замка. Она с огромным топором в руках крошила драконов, не