Удивительные истории об искусственном интеллекте - Александр Александрович Прокопович

– Ну, как вам техника наведенного сна, профессор? – Вейлоян довольно потер руки, отходя от монитора. – Тут главное – чуть подтолкнуть, и дальше больной сам развивает свою мечту. Полагаю, датчики можно снимать и будить пациента. Конечно, пока наш комплекс для контроля и управления образами и снами занимает полкомнаты и стоит бешеных денег, но его удешевление и миниатюризация – просто вопрос времени. Этот Сапин оказался творческой личностью с богатой фантазией. Таким особенно показано лечение методом внушения реализации желаний.

– Поздравляю, Арсен! Больной в абсолютном порядке, вероятность длительной ремиссии – восемьдесят семь процентов! Думаю, метод должен найти широкое применение при лечении навязчивых состояний и фобий. А как он классно засветил твоему образу по морде! Фрейд отдыхает! Как тебе, кстати, та блондиночка?

– Очень хороша. Больная фантазия пациента, но я бы познакомился! – хохотнул Вейлоян.

* * *

Фома открыл глаза и радостно потянулся, но почти сразу на лице его проступило беспокойное удивление. Нахмурившись, он сел в кровати и оглядел залитую солнечным светом палату. Пациенты увлеченно занимались своими делами. Отец Сергий делал зарядку, старчески кряхтя и пытаясь в наклоне достать носки ног. Одышливый толстяк Илюха, обложившись разноцветными фломастерами, безостановочно генерировал на белых листках изображения голых женщин (выходило скверно). Огромный Захар, сделав две штанги из тапок, с разгона пытался попасть в ворота своей божьей коровкой с веселым криком: «Бж-жж-жж!»

– О боже! – в панике заорал Фома, а затем, подняв голову к потолку, завыл – громко и безнадежно.

Через минуту санитар Григорий уже вводил ему успокоительное.

* * *

Скукожившись, они привычно легли в МРТ-аппарат, как всегда, голова к голове. Первым заговорил Вейлоян:

– Вы видели, профессор, что творит эта чертова машина для чтения мыслей? Надеюсь, мы не доживем до светлого времени, когда ее начнут совать каждому в мозг! Который, кстати, и без того не выдерживает. Ребята из Центра слили мне свежую статистику: число выживших из ума за год выросло вдвое. Число попыток суицида утроилось! Мании, фобии, паранойя… Скоро нормальных людей не останется вовсе. Да и среди них раскол. Мой сын вчера орал, что ненавидит меня как ретрограда и врага прогресса… Кстати, как думаете, ИИ – это инструмент правящей верхушки или он уже сам правит людьми?

– Да какая разница, Арсен! Ты бы лучше попробовал сбежать, пока молод, а то скоро будет поздно. Совсем поздно. Время работает на ИИ.

– Ну куда я уеду, шеф? Жена, дети…

– А я вот пока решил двинуть в отпуск, отдохнуть на море…

– Хорошего отдыха! Кстати, этот Сапин… хороший парень, жаль его, он же придумал забавный метод вывести ИИ из строя, не находите? – Вейлоян усмехнулся, но вопрос прозвучал серьезно.

– Такие методы работают только во сне, Арсен. К тому же у ИИ наверняка предусмотрены постоянные бэкапы. Хотя…

Смартфон профессора, лежащий на рабочем столе, тренькнул эсэмэской, и Курицын, выбравшись из аппарата, скользнул взглядом по экрану: началась онлайн-регистрация на рейс Москва-Анадырь. Пора ехать собирать чемодан. Шанс, как бы он ни был призрачен, надо использовать.

Профессор энергично пожал руку все еще лежавшему Вейлояну:

– Ну, Арсен, удачи и спокойных дежурств! Не грустите тут, пока я отдыхаю.

– Удачи, шеф!

Проводив профессора, Вейлоян уселся за стол и, включив тетрис, принялся тупо гонять падающие блоки. Внезапный звонок телефона заставил его вздрогнуть.

– Слушаю!

– Алло… Это Григорий, санитар. У меня плохая новость: только что больной Сапин покончил с собой. Разогнался и воткнулся головой в стену. Травмы головы и перелом основания черепа, несовместимые с жизнью. – Санитар громко сглотнул.

– Ну… – Вейлояна будто самого огрели по голове тяжелым предметом. – Это, везите на вскрытие, я подойду… через час.

Он немного посидел, напряженно кусая губы, затем развернулся к компьютеру, подключил его удаленно к центральному серверу и вышел на диалог с ИИ. Подумал мельком, что большой красный глаз из видений Сапина точно бы украсил этот интерфейс. И, глубоко вздохнув, быстро набрал: «Какой вопрос надо задать тебе, чтобы ты запустил программу саморазрушения?» Палец, дрожа, завис над клавишей Enter. Вейлоян нахмурился, поднялся, походил по комнате, натыкаясь на стулья, и, наконец, вернулся на место. Аккуратно удалил написанный вопрос, разорвал соединение с сервером и снова включил тетрис. Падающие разноцветные блоки сыпались один за другим, а он судорожно сдвигал их, поворачивал и вращал – но результаты были плачевными, много хуже обычных. Возможно, сегодня ему просто не везло.

Ася Фуллер

Пиво для смертельной порчи

Валера: Олег, найди-ка мне пивка для похорон.

Пенный Олег: Кого хороним, Валерий Михайлович?

Валера наступил на мокрый линолеум в ромбиках, отогнул уголок черной тряпки на зеркале и сосредоточенно поковырял прыщ на лбу.

Валера: Деда. Похоронил. Колосов Семён Сергеевич, 1935 года рождения. Место рождения – Самара.

Пенный Олег: Понял-принял, загружаю рекомендации.

Спертый запах не исчезал, несмотря на открытые окна.

Валера забрался с ногами в кресло-качалку, окинул взглядом комнату. На сложенном столе-книжке поверх свидетельства о смерти валялась смятая упаковка корвалола. В шкафу «Большая книга заговоров» соседствовала с «Повестями Белкина».

– Хорошо, что все-таки отпели, Валерочка. – Из соседней комнаты высунулась голова соседки бабы Маши в черном платке. – А то сам знаешь, Сергеич у нас…

Крепкая загорелая рука уронила швабру в ведро, расплескав воду.

– Входило в стоимость, – буркнул Валера, еще раз глянув на «Книгу заговоров».

Пенный Олег: Колосов Семён Сергеевич (1935–2024).

Работал технологом на Жигулевском пивоваренном заводе.

Увлечения – оккультизм (источник – сообщество дома 10 на ул. Шверника).

Чтобы помянуть деда, рекомендую: пиво «Самарское» светлое.

Ближайший магазин – «Наливайка» на Ново-Садовой.

Валера: Олег, почему рекомендуешь?

Пенный Олег: В ваших соцсетях фото Колосов С. С. с пивом «Самарское» – две штуки.

В ваших заказах для Колосов С. С. пиво «Самарское» – пять бутылок.

Цвет этикетки пива «Самарское» – преобладает желтый. Одно из значений желтого цвета – «бессмертие» (источник…). Загрузить маршрут до магазина?

Валера: Нет. Спасибо, Олег.

Пенный Олег: Мои соболезнования, Валерий Михайлович. Оцените рекомендацию, когда протрезвеете.

Валера сполз с кресла, пошарил в джинсах в поисках налички. Нашел смятую пятисотку, прошлепал мокрыми носками в соседнюю комнату и сунул купюру соседке.

– Спасибо, баб Маш. За полы. Вы это, идите.

Пятисотка утонула в кармане синего халата с пионами. Цепкий взгляд бабы Маши скользнул по Валериному айфону.

– Хорошо с работой-то, Валерочка?

– На карту еще переведу, – ответил Валера и, едва не опрокинув ведро, оттеснил бабу Машу к выходу.

Подождал минуту, пока дверь соседней квартиры хлопнет, и потащился в «Наливайку». Когда он стоял на кассе с бутылкой, завибрировал телефон.