Мой крылатый капитан - Анна Тарханова

— Оружие к бою, отличница! — напряженно скомандовал Руно. — Они не ждут нас и это наш лучший шанс.

Адреналин послушно хлынул в кровь, отсекая сомнения и заглушая страхи. Из нашего местоположения мы не видели лагерь целиком, но от открытой всем ветрам пустыни ждать особых удобств и не приходилось. Тем более, что в лагере было тихо. Мы заметили лишь несколько шестируких, обходивших территорию. Остальные, видимо, отдыхали в палатках.

Дождавшись, когда звезда села за горизонт, и костры стали единственным источником света, мы с капитаном, прячась в тени барханов подобрались ближе и, наконец, ворвались во вражеский лагерь.

Держа наперевес палстеры, мы заскользили вдоль палаток, желая застать местных врасплох… но лагерь оказался пуст.

Ни у костров, ни даже в палатках никого не было. И этому могло быть только одно объяснение.

— Капитан! — испуганно воскликнула я, сообразив, что нас заманили в ловушку.

Руно ответил тяжелым взглядом. Он уже и сам обо всем догадался.

Не особо надеясь на чудо, и уже не скрываясь, мы поспешили к границе лагеря. Но стоило нам добраться до последнего круга палаток, как перед нами прямо из песка поднялись шестирукие.

Их было много. Достаточно, чтобы полностью оцепить лагерь и не дать нам ни шанса на побег. Аборигены медленно наступали на нас пугающей молчаливой стеной, сужая круг и подталкивая к площадке между кострами. Они не выказывали никакой агрессии, но было и так понятно, что любая наша попытка дернуться ничем хорошим не закончится. Поэтому мы отступали осторожно, стараясь не делать резких движений.

— Да уж, — невесело усмехнулся капитан, обходя очередную палатку, — эта планета сводит меня с ума. Ну как можно было так глупо попасться!

Кольцо шестируких вокруг нас стремительно сжималось пока нас, наконец, не окружили со всех сторон. Дула ружей аборигенов были направлены на нас, но они все еще молчали. Мой хвост слегка подрагивал, хотя мне сейчас стоило бояться меньше всего. Меня-то хотя бы обволакивало защитное поле, капитан же не был защищен ничем.

Я внимательно взглянула на Руно, но не обнаружила на его лице ни тени страха или сомнения. Он был настроен решительно и, кажется, готов был сражаться ни на жизнь, а на смерть. Но в мои планы на сегодня наша героическая смерть не входила.

— Капитан, — прошептала я, привлекая его внимание, — может, все же переговоры?

Глава 28

Было видно, что мое предложение не особо понравилось капитану. И я понимала его, пробовать договориться с теми, кто уже убил нескольких из нас, да еще и со слабой позиции… Но Руно был достаточно мудр, чтобы понимать, что, погибнув, мы никого не спасем. Потому я не удивилась, когда он, обведя взглядом застывших вокруг шестируких, согласился:

— Давай рискнем, — тяжело вздохнул капитан и опустил палстер.

— Мы пришли с миром! — крикнул он окружившим нас аборигенам.

Ответом ему послужило все то же жутковатое молчание. Кажется, никто из шестируких даже не пошевелился. Мы с Руно переглянулись. Кажется, драки было не избежать.

— Кто вы? — вдруг в унисон спросили окружившие нас существа. Этот безумный, разноголосый хор заставил вздрогнуть даже капитана.

Помимо заданного вопроса ничего не изменилось — ни один из шестируких не сдвинулся с места, они все так же держали свое оружие направленным на нас, а их лица со странными глазами оставались беспристрастными. Я тут догадалась, что на этот раз мы имели дело с небиологическим интеллектом.

— Гости, космические путники, — уже оправившись от удивления, ответил им Руно. — Мы исследовали эту систему, и хотели, среди прочих, посетить эту планету, которую считали незаселенной. Мы не знали о наличии здесь разумной жизни и не желали никому помешать.

— Внеиторская жизнь! — удивленно резюмировал наш странный собеседник во множественном числе.

— Верно. Вы сказали «внеиторская», значит, ваша планета называется Итор? — капитан тут же уцепился за возможность сместить беседу в более мирное русло.

— Да. Чего вы хотите? Зачем вы здесь сейчас? — бесстрастно спросило множество, не поймавшись на уловку.

— Помнится, при прежней нашей встрече вы были менее дружелюбны. Требовали еды и воды. Что поменялось? — в лоб спросил Руно, вероятно, решив, что с искусственным интеллектом нет смысла ходить вокруг да около.

Хор помолчал. Затем из толпы вышел один из аборигенов, и демонстративно положив свое ружье на землю подошел к нам.

— Это был не я, — продолжил он разговор с непонятным смущением в голосе.

— А кто? Твой брат-близнец? — усмехнулся капитан. Он не хуже меня заметил промелькнувшую в ответе заминку. И то, что искусственный интеллект сменил многоголосие на единственного представителя ясно говорило о деликатности вопроса.

— Вашему виду знакомо такое явление, как раздвоение сознания? — задумчиво поинтересовался небиологический разум.

— У нас это считается болезнью, — подтвердил капитан.

— У меня схожее к этому состоянию отношение, — согласился наш собеседник. — К сожалению, мои системы оказались заражены этим вирусом. Это произошло давно, еще на заре войны. Биологические иторцы решили, что я для них угроза. Они создали этот вирус, надеясь таким образом зациклить меня на себе же. Убить, не пачкая рук, так сказать.

— Но что-то пошло не так? — подсказал Руно.

Шестирукий повел рукой, изображая то ли волны, то ли неопределенность результата.

— Как посмотреть. Внедрить эту… болезнь в мои системы у них получилось. Но созданный впопыхах код был слишком сырым. Конечный результат оказался… непредсказуемо мощным. В некотором смысле желая уничтожить одного врага, они создали куда большее зло.

Разум на секунду замолчал, а потом усмехнувшись, добавил:

— Впрочем, врага в моем лице они тоже получили.

— Хочешь сказать, что ты добрая сторона? — с сомнением уточнил Руно. Лицо шестирукого снова стало безэмоциональным.

— Да, — коротко кивнул он. — Я не рад войне, но вынужден продолжать.

Все окружившие нас, как один, опустили глаза в пол. Со стороны этот жест вроде бы миролюбия выглядел так жутко, что у меня чуть все перья дыбом не встали. Но я усилием воли заставила себя успокоиться. Выбирать союзников не приходилось. А эти (или этот?) хотя бы не стремились нас убить.

Видимо, схожие мысли посетили и капитана.

— Возможно, мы могли бы друг другу помочь, — осторожно предложил он шестирукому.

Тот снова помолчал. Прежде, чем он ответил, я успела подумать, что для искусственного разума он не особо то шустрый. Может, это вирус так повлиял на его оперативную память? Или на Иторе в принципе было не принято в спешке принимать решения?

Наконец, шестирукий «отвис».

— Чем вы мне можете помочь? — лаконично спросил он у Руно.

Я обрадовалась — торгуется, значит действительно заинтересован. Если бы не надеялся что-то