Сорок третий 2 - Андрей Борисович Земляной

и распорядители, разумеется, могли бы принять бумаги и без его появления, но ритуал требовал личного участия. Барон прибывает, кланяется, говорит пару правильных слов, получает пару правильных слов в ответ от герцога, и мир продолжает крутиться.

В приёмной он отстоял положенные двадцать минут под пристальными взглядами других посетителей. Те переглядывались: молодой, в форме, с орденами, явный военный, да ещё и с баронским гербом. Женская половина зала мысленно примеряла к себе фамилию, мужская ‑ прикидывала, сколько участие такого человека будет стоить в их играх.

А затем, по расписанию, его впустили.

Герцог Мардал всё так же держался в образе человека, уставшего от власти и искренне не понимающего, куда без него все денутся. Огромный стол, заваленный бумагами, положенные реверансы, всё тот же набор фраз, от которых у обоих слегка сводило скулы:

— Ваше сиятельство, позвольте выразить вам моё огромное почитание и глубочайшее уважение…

— Барон, всегда рад видеть столь достойного дворянина, ваша верность короне и герцогству вызывает у меня неизменное восхищение…

Обоим на это было глубоко плевать, но ритуал требовал. Они, совершив все необходимые телодвижения, обменявшись дежурными любезностями, подмахнув нужные бумаги и убедившись, что никто не требует немедленно жениться или идти на войну, расстались, в душе синхронно проклиная затейливый этикет.

— Хоть бы раз сказал: «здравствуй, заходи, красное иртимское будешь?» — мрачно подумал Ардор, выходя.

— Хоть бы один из них честно сказал: «мне от вас нужны только подписи и поблажки по налогам», — подумал герцог, глядя ему вслед.

После официальной части оставалось соблюсти ещё один видимый, но более приятный ритуал — ужин в Офицерском собрании.

Не банкет на весь гарнизон, а нормальный, званый ужин «для своих»: стол в малом зале, еда получше, чем стандартная офицерская, хороший алкоголь, а не то, что называют «для поднятия духа личного состава». Пригласил тех, с кем имело смысл поддерживать отношения, и тех, с кем просто было не скучно пить.

Его от души поздравили с Боевой Славой. Офицеры хлопали по плечу, поднимали бокалы, говорили:

— Ну, барон, ты даёшь…

— Мы, значит, тут по учебникам, а ты по сводкам живёшь.

— Скоро у нас у всех в пример будешь висеть, а мы мимо строем ходить…

А где-то глубоко внутри старый, земной генерал усмехнулся: «Я просто не умею жить тихо». Но вслух он этого, к счастью для окружающих, не сказал.

Глава 9

Уезжал Ардор совсем по-другому, чем приехал. Въезжал в баронию честный лейтенант. Мотоцикл, седельные сумки, в кармане — удостоверение и скромный набор железяк. А вот когда стал собирать багаж, оказалось — вполне солидный владетель с хозяйством, тремя вариантами формы, дуэльным оружием и вечным вопросом, откуда весь этот хлам взялся?

Ему срочно требовалось что-то более вместительное.

Обратившись за советом к офицерам Собрания, он ожидал услышать что-нибудь вроде: «возьми бэушный сарай на колёсах, пока не генералиссимус». Вместо этого получил весьма дельный совет:

— Ландарк 359, — авторитетно заявил подполковник из соседнего полка, человек с пятью детьми и тремя машинами. — Полноприводный, рамный, мотор — зверь, мосты не дохнут, если не совсем идиот. В деревне не утонешь, в городе не засмеют.

— И для офицера — егеря вполне уместно, — добавил майор из штаба. — Даже полковничьего или генеральского звания. Особенно если брать модификацию «люкс». Везде дорогая кожа, дерево и полированный металл. Конечно, такая машина сильно не по чину старшему лейтенанту. Но вот барону — вполне.

К счастью, кто-то из генералитета, служившего в Мардале, такую машину уже заказал и естественно «люкс», с полным фаршем, но в силу неизвестных причин отказался. В народе такие причины обычно делились на две категории: «жена увидела счёт» и «внезапно дали другое кресло, где машинами возят уже государственными». Суть одна — железо осталось без заказчика.

И заехав в один из двух магазинов автотехники, Ардор стал обладателем автомобиля вызывающего алого цвета.

— Нет, — сказал себе барон, обойдя автомобиль кругом. — Это не моё. Это какого-то городского идиота с кризисом среднего возраста. И через пару дней Ландарк уже выглядел как приличный служивый. Строгий тёмно-зелёный цвет, без лишнего блеска, но с той тяжёлой грацией, что сразу внушала уважение и вызывала некоторый мыслительный процесс у дорожных лихачей.

Затем барон заказал на дверцах машины эмблему егерского корпуса и знак рода: овальный верховой щит с парой белых гор, обозначавших северное происхождение, с двумя скрещёнными мечами остриём вверх, символизирующими потомственный род и службу в армии и маленькую трёхлучевую корону, сообщавшую что владение получено от короля.

Если бы лезвие или лезвия смотрело вниз, это означало бы службу в правоохранительных структурах королевства, а топоры, полагались только тем родам, кто служит непосредственно королю в военизированных организациях. Можно сказать, опричники и таких родов не сказать, чтобы много.

Своего рода «королевские бешеные собаки» пользовались его полным доверием, но и спрос с них, если что, случался полной мерой. В миг можно было сменить топоры на гербе на мечи, лишившись всех привилегий.

В общем, мечи вверх ‑ это «армия, дворянство, всё прилично». Мечи вниз ‑ «закон, сыск, полиция». Топоры ‑ «мы видели такие вещи, что вам и не снилось, и лучше не знать».

Кроме того, в машине сделали гнездо для телефона и маленький холодильник, чего ему категорически не хватало во время путешествия на мотоцикле.

Холодная вода, сок, солго в любую минуту. После Северных Пустошей, где холод присутствовал в избытке, но не там, где хотелось, эта роскошь казалась почти безнравственной, но очень приятной.

Ну и верх комфорта — кондиционер, конечно, полностью покорил барона. Лето двигалось в зенит, и температура днём легко уходила за сорок градусов. На таком солнце даже ураганный встречный ветер не спасал: он просто превращал тебя в вяленное мясо быстрее.

Тепловой удар выхватить, как раз плюнуть. А тут — нажал кнопку, и в кабине творится маленькое климатическое чудо. Снаружи ад, внутри — приятная прохлада, где можно даже думать.

— Вот что значит цивилизация, — пробормотал он, впервые проехав по жаре с включённым кондиционером.

А ещё в огромном багажном отсеке шестиметровой машины поместился весь тот мусор, который раньше требовал отдельного грузовика.

Парадный мундир и шпага на всякий случай — вдруг опять кто-то решит, что честь требует поединка? Комплект полевой формы, запасные ботинки, инструменты, набор запчастей к машине, аптечка размером с небольшой шкаф и ещё половина имения в виде «а вдруг пригодится».

Любимый Старгал занял место