Моя Академия 10 - Евгений Син

После нашей прогулки Майя, похоже, рада мне еще больше. А вот Олесе встреча нравится меньше. И девушка бросает на Майю недовольные взгляды.

— И тебе, — улыбаюсь в ответ.

Пожимаю руку маркизу.

Все вместе заходим в целительскую. Всё вокруг немного изменилось — посреди кабинета стоят два стула. Пилюлькин сидит за своим столом.

— О, студенты! Наконец вы пришли, — довольно потирает руки весёлый целитель и тут же, без всяких лишних пояснений, продолжает: — Так! Мальчики садятся на стулья и снимают свои амулеты. Процедура такая же, как при обследовании.

Переглядываемся с маркизом и занимаем предложенные места. Что сейчас будет происходить, не совсем понятно. Ждём хоть каких-то объяснений.

— Итак, все целители делятся на две категории: теоретики и практики. К теории мы ещё придём, — с энтузиазмом говорит Пилюлькин. — В вашем случае важна практика. Надеюсь, вы повторили те глифы, которые я вам давал?

Девушки и маркиз кивают.

— Замечательно. Так, а тебе, — показывает на меня. — С тобой всё намного проще. Ты же помнишь свой наработанный глиф?

— Помню, — отвечаю.

— Ну вот, с него и начнём, — говорит Пилюлькин. — Точнее, ты начнёшь. Так, Майя, теперь перейдем к тебе. Твой подопытный — Синегорский.

Девушка удивленно смотрит на маркиза и снова переводит взгляд на Пилюлькина. Определение «подопытный» её явно смущает.

— Потом поменяетесь, не переживайте, — усмехается целитель, замечая реакцию. — А твой, — говорит Олесе, — соответственно, Ларион. — Ну что, Ларион, — обращается ко мне Пилюлькин. — Можешь представить свой глиф? — Ждёт, пока кивну. — Значит, так, твоя задача — диагностировать. Задача Олеси — вылечить. Работаете на время, — улыбается целитель. — Поехали! — говорит он и мгновенно атакует нас с маркизом.

Глава 12

Получаю весть

Даже не дёргаюсь. Пилюлькину полностью доверяю — и то количество времени, которое он уже потратил на меня, о многом говорит. Целитель абсолютно точно не будет сливать столько вложенных сил ради непонятно чего. Вот только тело с этим не согласно.

Да и маркиз скрючивается на стуле.

Сразу понимаю почему. Все тело выжигает изнутри, и боль накатывает волна за волной. Благо, отстраниться от неё пока ещё получается. За маркизом уже не слежу. Полностью концентрируюсь на собственных ощущениях. Девчонки видят происходящее, и на их лицах мелькает растерянность.

Сколько проходит времени сказать сложно. Секунда-две, может, десять. Собираюсь с силами и формирую ранее изученный диагностический глиф. Довольно быстро понимаю, что со мной происходит. Пусть поверхностно, но даже таких сигналов вполне достаточно.

— Нервы, — шепчу Олесе.

Та понимает меня с первого раза. Вместо обычного целительского глифа и лечения, девчонка вбивает в моё тело обезболивающий глиф. Его узнаю сразу, хотя сам ещё особо не использовал. В прошлый раз, когда мы застряли на тропах с группой Виктора, мне ассистировала Ариадна. Менталистка как раз использовала похожий глиф.

Боль тут же прекращается. Майя, кажется, тоже успешно справляется с задачей, поскольку маркиз сидит на стуле более расслабленно и тоже переводит дух.

Девчонки с нескрываемым испугом смотрят на неожиданное задание Пилюлькина.

— Ну а что вы хотели? — спрашивает он. — По-другому вы не научитесь. Целитель учится только на живых моделях. Нельзя просто так взять и стать целителем — вы просто не сможете вовремя принять правильное решение. С манекенами у вас слишком много времени на раздумья. С животными пониженное чувство ответственности. А вот так столкнись с проблемой в реальной жизни — вы вообще не сможете принять никакое решение. У вас на руках будут умирать настоящие люди. С болью и криками: всё как полагается. Вам нельзя поддаваться панике или впадать в задумчивость. В подобных ситуациях нужно сначала принимать решение, и уже потом, с холодной головой, взвешивать последствия и понимать, что правильный выбор есть, но вы о нем не узнаете. Что-то решить придется так и так. А потом принять последствия. Чем больше таких ситуаций наработано, тем точнее и лучше выбор. Но для начала — наработка.

Снова накатывает волна боли, но в этот раз я к ней уже готов. Похоже, атака Пилюлькина многоуровневая. Снова формирую диагностический глиф. Чувствую излишнее стимулирование мышц — они напрягаются все разом, словно волной, как при тяжелой болезни. Постепенно накатывает окаменение. Всё тело напрягается с невероятной силой и застывает в таком положении. Кажется, будто трещат кости. Боль выносимая, но уже на грани.

— Расслабление, — успеваю сказать Олесе.

Девчонка слышит и по моему внешнему виду, кажется, сама понимает, что происходит. С первой попытки работаем синхронно и снова справляемся с волной боли.

Очевидно, что Пилюлькин преследует сразу несколько целей. Во-первых, показывает нам, насколько опасным может быть целитель. В его силах не только правильно соединять травы, корешки и снадобья, но и сформировать крепкую атаку. Во-вторых, Пилюлькин позволяет нам отработать глифы практически в полевых условиях. Всё происходит по-настоящему. Именно с такими ситуациями мы можем столкнуться в реале. Кроме этого, лично у меня получается открыть разные грани своего глифа. В какие-то моменты понимаю, что отвлечься от боли не так уж сложно. Вдобавок, можно практически сразу себя восстановить.

По крайней мере, Олеся успевает. Меня это радует. Не радует другое — индивидуальный урок никак не заканчивается. И, похоже, сейчас нам придется меняться друг с другом ролями.

* * *

Из кабинета Пилюлькина мы вываливаемся ошалевшие, в испарине, с подрагивающими руками. Переглядываемся.

— И что, теперь так будет каждый раз? — тихо спрашивает маркиз.

На парне нет лица — ему пришлось сильно сложнее, чем мне. Мы с Олесей, в отличие от их пары, понимали друг друга с полуслова. Действовали слаженно, а главное — быстро. У Синегорского и Майи всё шло не так гладко. Парень не мог толком объяснить, что чувствует, из-за этого целительница не могла понять, как именно с ним работать. Пилюлькин тоже усложнял процесс своими комментариями.

— Каждое ваше решение несёт последствия, — напоминал он, чем заставлял отвлекаться, ненадолго останавливаться и думать. Хотя я уверен, что он просто специально создавал помехи.

Я легким кивком головы, иногда через боль, подсказывал Олесе — она думает правильно. Да и у девчонки возникало намного меньше сомнений, чем у Майи.

Дверь целительской закрывается, и Олеся нервно вздыхает.

— Мне кажется, что с каждым разом будет только хуже, — добавляет девчонка.

— И сложнее, — подхватывает Майя.