Комбриг - Александр Вячеславович Башибузук

— Госпожа Лан, как прелестно… — наконец, покинувший свой вагон Чан рассыпался в комплиментах. — Ах, как вы прекрасно выглядите, словно древняя воительница. Это ваша охрана? Гм… я бы тоже не отказался от таких…

Неожиданно бабахнул глухой взрыв, а из-под передней платформы повалил вонючий желтый дым.

Перепуганного Чана сразу закрыла свои телами охрана, а Лекса едва не поседел от ужаса. Один из прицепленных к бронепоезду вагонов был битком забит минометными минами, присланными из Союза вместе с батареей экспериментальных минометов системы Доровлева для полевых испытаний. А мины были снаряжены новейшим гексогеном. Если бы они взорвались, все вокруг превратилось бы в марсианский пейзаж.

Как чуть позже выяснилось, хреновы диверсанты все-таки успели заложить под рельсы самодельное адское устройство, но, к счастью, основной заряд не сдетонировал, да и особой мощностью мина не отличалась. Взбешенный Чан тут же приказал казнить на месте весь гарнизон станции, Лексе едва удалось их спасти.

Следом сразу пришлось заняться выяснением обстановки, а к обеду уже стало ясно, что дела идут далеко не столь радужно, как раньше. Всего за сутки отсутствия Алексея наступление местами превратилось в самое настоящее отступление.

Отбросив милитаристов к Учану, передовые подразделения: четвертый, седьмой и восьмой корпуса тут же с налета ринулись штурмовать город, но сразу же качественно получили по морде. Город представлял собой настоящую крепость, а милитаристы успели приготовиться к обороне. Дело еще сильно осложняла местность, покрытая густой сетью болот, речушек и рек. Вдобавок фынтянцы успешно организовали удар во фланг силами двух дивизий. Потери сразу превысили весь начальный период операции. И только напряженные усилия заместителя Алексея комбрига Примакова и других советских специалистов, позволили сохранить обстановку контролируемой и даже восстановить положение. В общем, все получилось, как всегда в Китае. Лекса даже особо не удивился.

После личной рекогносцировки стало ясно, что брать город прямым штурмом в ближайшее время даже не стоило мечтать. Его стены оказались не в пример толще и новей, чем, к примеру, у Даньшуя, к тому же, перед стенами проходило несколько линий обороны с множеством укрепленных пулеметных ячеек.

Осадная артиллерия, как и раньше, в армии Гоминьдана отсутствовала, как класс, поэтому Алексей решил не спешить и приступить к делу основательно.

Формально китайскими войсками рулил командующий Западной группой войск генерал Тен Шенчжи, он же на оперативном совещании изложил предварительно согласованный с Алексеем план. А точнее, план самого генерала Лана. Но излагал бодро и решительно. Можно даже сказать истово.

Чан Кайши тоже присутствовал на совещании и осуществлял общее руководство. То есть сидел и важно надувал щеки.

Четвертому корпусу поручалось взять города Ханькоу и Ханьян, перерезав все дороги на Учан, а остальные подразделения в это время должны были завершить полную блокировку города и начать планомерную осаду. В это же время вся наличная артиллерия приступала к планомерным бомбардировкам города. В том числе прибывшая из Союза батарея новейших минометов.

— Оборудуйте закрытые позиции, строгий контроль за прибывшими расчетами, так как они особого опыта не имеют, — инструктировал Лекса Никифорова и Тамма. — Особенно следите за теми двумя очкариками и третьим, как его, ну, у которого бородка, как у телушки сами знаете где — эти вообще гражданские шпаки. И внимательней, китайцев к оружию не допускать. Особенно к боеприпасам, они секретные и экспериментальные, повышенного могущества, как вы уже знаете. Огонь ведите по одному району, вплоть до получения видимого результата, не распыляйтесь. Охранять вас я выделил целую роту. И запомните, оружие и боеприпасы, ни в коем случае не должны попасть в руки противнику. Почаще меняйте позицию. Пара-тройка залпов и на новое место. Вперед. Надеюсь на вас. Налажаете, самолично гузно на кайзерский крест порву.

Сразу после совещания Алексей направился в расположение авиационных сил Гоминьдана. Самолетов наличествовало целых четыре, все советские Р-1, конструкции товарища Поликарпова. Неказистые полотняные бипланы, но, на удивление надежные машины, отработавшие начало компании в качестве разведчиков и легких бомбардировщиков просто безукоризненно, и даже без поломок. Пилотировали аэропланы тоже советские специалисты. Базировалась авиация в чистом поле, благо самолетики садились и взлетали с чего угодно и куда угодно.

Аэродром оттянули в тыл на пару десятков километров, ради пущей безопасности, так что ехать пришлось верхом. Отправились туда вместе с Гулей и ее эскортом «половчанок», так их сразу назвал Лекса. С собой он так же взял неплохого химика инженера военспеца Половцева, так как собирался устроить милитаристам небольшой сюрприз.

— Все плохо, родной, — рассказывала Гульнара по пути. — Дизентерия свирепствует, уже и холера десятками случаев пошла. Тут впору эпидемию объявлять. Лекарств не хватает, пользуем народными средствами. А народишко темный, об элементарных правилах гигиены даже не подозревает. Я тут списочек приготовила, поспособствуешь, чтобы приказом по армии гигиенические правила установили? Хорошо?

— Обязательно, — пообещал Лешка, любуясь женой. Гульнара верхом в своей папахе, чапане и с саблей у пояса выглядела, как самая настоящая древняя и прекрасная воительница.

— Куда это вы так смотрите, товарищ комбриг? — лукаво улыбнулась Гуля. — Соскучились, что ли? Ну подождите до вечера. Только воды мне побольше доставить прикажите.

— Угу… — Лешка готов был приказать вычерпать целую реку.

Смазливый на физиономию и белобрысый Половцев по пути явно нервничал, так как всю дорогу «половчанки» пожирали его жадными плотоядными взглядами и красноречиво переглядывались.

Лекса только посмеивался, а когда преодолели два кольца охраны и добрались до аэродрома, первым делом услышал хорошо знакомый голос.

— Три, три, обезян неразумный, чтобы, как у кота яйца блестело! — уверенно чеканил звонкий нагловатый тенорок. — Это тебе цельный аэроплан, а не телега, прости господи! Я их разбил больше, чем тебе годков!

— Етить! — радостно улыбнулся Лекса, еще не видя обладателя тенора. — Какими судьбами?

Но ошибся, увидев вместо старого знакомого еще по Туркестану военлета Поповича, совсем молодого парнишку в одних подштанниках и кожаном летном шлеме.

Парень сидел на ящике с бомбами и с аппетитом трескал здоровенный ломоть арбуза, а рядом с ним драил тряпкой выхлопные патрубки двигателя аэроплана какой-то китайчонок.

— Епта! — увидев Алексея военлет вскочил и заполошно отдал честь. — Товарищ комбриг, личный состав сводной эскадрильи занимается обслуживанием техники. Военлет Попович доклад окончил!

Китайчонок перепугался и вообще шмыгнул в кусты.

— Попович? — Лекса внимательно посмотрел на военлета. — А часом вы не родственник Алексея Михайловича Поповича?

— Агась, товарищ комбриг! — просиял военлет. — Батюшка мой, сам меня учил летать. В