Кухарка на задании - Инна Комарова

Все, кто когда-либо бывали в гостях у Алевтины Филаретовны, оставались под большим впечатлением. Одна только семейная портретная галерея будоражила сознание и восхищала гостей родословной графини Сперанской. А если учесть роскошное оформление дома, красоту и ухоженность усадьбы, становилось очевидным, что перед ними женщина необыкновенной, блистательной судьбы. Но и это не всё. Достаточно было взглянуть на неё, и многое становилось понятным. Невзирая на преклонный возраст, всё так же покоряли природное обаяние, привлекательность, изящность во внешности графини Сперанской. Присущая ей строгость и элегантность в одежде. И не только красота, унаследованная от родителей, но и широта души. Алевтина Филаретовна всегда стремилась приходить на помощь к самым обычным людям и делала это тихо, без помпы, никому ничего не рассказывая. Она была борцом за правду и не позволяла никому вершить самосуд над теми, кому социальный статус не позволял отстаивать свои интересы. В её душе прочно и глубоко был упрятан механизм, который указывал, где именно требуется её помощь. И что немаловажно, слуги почитали свою барыню.

………………………………………………………..

Но зря барышни так волновались. Кавалеров на балу собралось очень много. Они не церемонились, дожидаясь, когда их представят, сами приглашали приглянувшихся девушек на танец.

Среди молодых людей были сыновья господ, которых в свете очень почитали и поэтому все претенденты были достойными.

И действительно, в ожидании всех гостей и к моменту приезда на бал семейства графа Шувалова, Алевтина Филаретовна вела душевный разговор с сыщиком Пракшиным, который прибыл с корабля на бал, а именно после совещания у руководства Управления Правопорядка. Графиня близко была знакома с матушкой Осипа Даниловича. В его обществе она чувствовала себя раскованно и с удовольствием беседовала с ним на любую тему.

– Ma cher, и какой вы сделали вывод, прочитав этот роман? – спросил Пракшин у Алевтины Филаретовны в продолжении интересной беседы. – Я читал его давно, но по сей день помню,

поэтому мне будет интересно услышать мнение уважаемой мной дамы.

– Как какой вывод? Вы ещё сомневаетесь, дорогой сыщик?– спросила хозяйка бала.

– И всё же.

– Вердикт, который сделан в книге таков: благопристойное семейство славилось в обществе отсутствием грязных тайн и фамильных секретов и посему считалось тихим и унылым. На мой взгляд, эта характеристика в корне неверная. Я бы изменила её. Да-да, конечно, я понимаю, раз уж герои романа оказались в такой непростой ситуации, равнодушными не останутся, а значит, болото всколыхнется и наружу полезет много занимательного и любопытного для светской публики. Но почему достопочтимые дворяне были награждены такими нелестными эпитетами: тихий и унылый? Я с этим не согласна.

– Должен сказать, уважаемая Алевтина Филаретовна, мне ваше мнение, выводы и вариант финала пришёлся по душе. И всё же я полагаю, что на замысел писателя стоило взглянуть иначе. Тогда и выводы были бы другими.

И тут собеседники увидели графа Шувалова, входящего в зал, в сопровождении прекрасной супруги и любимицы Поленьки, которая сияла от счастья и выглядела превосходно.

Барон де Кардье былпервым, кто не на шуткурастревожился появлением Полины. До этого времени молодой человек томился в одиночестве и очень скучал. Мало того, что он был очарован красотой девушки, Антуан Витольдович души в ней не чаял, но признаться не решался. Эту тайну он молча хранил глубоко в душе. А в это время толпа кавалеров окружила семейную чету Шуваловых. Молодые люди, пытаясь опередить друг друга, наперебой стали приглашать Полину на танец. Графиня Сперанская, увидев эту сцену, не теряя времени, подошла к барону де Кардье и тихо проговорила:

– Милый мой, будете долго раздумывать, упустите единственный шанс на счастье, – после этих слов она удостоила его многозначительным взглядом. – Пойдёмте со мной, я вас представлю.

Её слова тотчас подействовали.

– Вас понял, сударыня, благодарю. Следую за вами. – Барон, взглянув на Алевтину Филаретовну, направился вслед за ней, отважившись подойти к толпящимся ухажёрам.

– Молодые люди, позвольте мне, – деликатно попросила графиня, желая подойти к семейству Шуваловых. От неожиданности толпа расступилась и освободила им дорогу. Графиня Сперанская и Антуан Витольдович приблизились к графу.

– Дорогие мои, Капитон и Василисушка, смею вам представить барона де Кардье – наследника уважаемой в обществе семьи и моих добрых друзей.

После представления молодой человек смело вышел вперёд и обратился к родителям Полины.

– Приветствую, Капитон Макарович! И вам моё почтение, любезная графиня, – он нагнулся и поцеловал руку Василисе Захаровне. Лишь после этого подошёл к их дочери.

– Полина Капитоновна, приглашаю вас на вальс. Прошу, подарите мне этот танец, – не дожидаясь ответа, тут же подал ей правую руку, чтобы девушка не успела отказать ему. Полина, немного растерявшись, вложила в широкую кисть мужской руки свою ладошку в перчатке и молодой человек повёл её в центр зала.

Разочарованные поклонники мгновенно растворились в толпе. Граф Шувалов с облегчением перевёл дыхание.

Дамочки, пристроившись по сторонам и тяжело вздыхая, не скупились на реплики:

– Смотрите, смотрите, какая красивая пара! – сказала одна из них.

– Они созданы друг для друга, – соглашалась собеседница.

– Можно подумать. И что в ней особенного? – сгорая от зависти, выплеснула наружу порцию яда маркиза Лавровская. Она протряслась в карете немало вёрст, желая привезти на бал своих дочерей. А на них никто даже внимания не обращал, что и отразилось на настроении дамы. Её старшая дочь давно засиделась в старых девах, и мать любую светскую новость воспринимала, как личную драму.

Граф Шувалов наблюдая за ситуацией в зале, тихо на ушко сказал супруге:

– Наша девочка сегодня нарасхват. Заметили, душа моя? Барон де Кардье не отходит от неё. Церемониймейстер не успевает объявить следующий танец, как кавалер уже спешит пригласить Полину.

– Вы правы, мой друг. Пришла пора и для нашей девочки выбирать кавалеров.

– Да, вы только посмотрите, молодые люди соревнуются, кто первый пригласит нашу дочь на следующий танец.

– Им ничего не поможет. Барон не уступит никому пальму первенства, взгляните на него, истинный рыцарь! – вкладывая особый смысл в эти слова, произнесла Василиса Захаровна.

– Вот именно. А что я вам говорила? – услышали они реплику графини Сперанской, которая незаметно подошла к ним. – Неспроста я устроила