Спасти СССР - Николай Петрович Марчук

Именно в Анголе был задействован наиболее многочисленный контингент советских военных советников и специалистов. Фактически в джунглях Анголы проходила очередная линия фронта советско-американского противостояния. Причины, побудившие крупнейшие мировые державы проявлять столь живой интерес к далекой африканской стране, заключались в стратегическом положении Анголы – одного из крупнейших государств Африки к югу от экватора, в богатых природных ресурсах, которыми изобилуют недра Анголы.

В Анголе воевали друг с другом три стороны: МПЛА, ФНЛА и УНИТА. Если коротко, то МПЛА – это «пешка» СССР и Кубы, ФНЛА – это «пешка» Заира и Китая, УНИТА – это пешка США и ЮАР.

МПЛА – контролировали столицу и центр Анголы, ФНЛА – «работали» на северо-востоке и востоке, в приграничных с Заиром провинциях, а УНИТА обосновалась на юге Анголы вдоль границы с Намибией и Ботсваной.

В некотором роде гражданская война в Анголе – это классический вариант «все против всех». Тут смешались в кучу все и все, получился такой ядреный винегрет, что порой было непонятно, кто хороший, а кто плохой, кто «за наших», а кто за «чужих», где белые, а где красные? А по сути, все были «зеленые» и преследовали свои интересы.

В Анголе сошлись интересы США, Франции, Израиля, СССР, ЮАР, Кубы, Китая, Заира и даже КНДР. Каждая из этих стран открыто помогала одним и тайно снабжала оружием других, зачастую одновременно поддерживая противостоящие стороны в конфликте.

ФНЛА – Национальный фронт освобождения Анголы, как стал называться Союз народов Анголы с 1962 года, после объединения с Демократической партией Анголы, отвергал любую возможность сотрудничества с левыми из марксистского МПЛА и претендовал на роль единственного законного лидера национально-освободительного движения страны. Однако вооруженные силы ФНЛА не отличались многочисленностью и высокой боеспособностью, поэтому фронт действовал на весьма ограниченной территории. Его вылазки отличались жестокостью по отношению к португальскому населению и к африканцам, не принадлежащим к народу баконго. В Луанде ФНЛА было создано подпольное подразделение, приступившее к террористическим актам против колониальной администрации. Внешнюю поддержку ФНЛА осуществлял соседний Заир, президенту которого Мобуту Сесе Секо импонировала традиционалистская идеология фронта.

УНИТА – Национальный союз за полную независимость Анголы. Это был левый «откол» от ФНЛА и, пожалуй, наиболее самобытная и интересная в идеологическом отношении и политической практике военная организация Анголы. УНИТА состоял почти исключительно из представителей народа овимбунду (южные мбунду). Этот народ относится к группе банту и населяет провинции Бенгела, Уамбо, Бие на плато Бие.

Заирские войска, воспользовавшись тем, что наиболее боеспособные части ВС Анголы и кубинские товарищи отбыли в южные провинции, сравнительно легко разогнали воинские подразделения Анголы в северных провинциях и заняли обширные территории вдоль южного берега реки Конго.

Свои действия Киншаса объяснила довольно просто: ангольский анклав Кабинда захватил часть заирской провинции Нижнее Конго, значит, Заир имеет полное право захватить ангольские провинции вдоль реки Конго. Вот вернет Кабинда нам наши земли на северном берегу реки Конго, тогда и мы уйдем с южного берега реки Конго.

Вот такой вот коленкор! Если до этого момента новообретенные земли СРК были в сравнительной безопасности, потому что до сухопутной части Заира было далеко и оттуда ничего, кроме ВВС, не могло прилететь, то сейчас заирская артиллерия, расположившись на противоположном берегу величественной Конго, вполне могла стрелять из любых систем с дальнобойностью от 15 километров. Именно такой была ширина реки Конго в ее полноводном эстуарии, а по некоторым участкам нашего северного берега реки могли работать и из минометов.

Напротив Бомы река Конго разливалась на добрые пять-семь километров, и противник мог закидывать с легкостью город снарядами и минометными минами.

В конце октября Заир начал десантную операцию по захвату плацдарма на нашем, северном, берегу Конго. Самый большой плацдарм был в районе города Бома.

Так началось сражение за город, которое за ожесточенность и кровопролитие прозвали – «Бомской мясорубкой», или «Сталинградом на Конго». Потери обеих сторон были просто ужасающие, город превратился в руины.

Мы были готовы к отражению вражеского десанта… нам казалось, что готовы. О планах противника по высадке десанта узнали заранее, благо там даже слепой рассмотрел все стадии подготовки.

В спешном порядке всех жителей Бомы и окрестных рыбацких деревушек принудительно эвакуировали в тыл на север. Железная и автомобильная дорога, идущая на север к городу Челе, проходили через несколько поселений: Люкула и Канг. Вот туда и свозили всех жителей Бомы. Уже привычно разбили палаточных город, наладили простецкий быт, обеспечили чистой водой и горячим питанием. Многих эвакуировали в Кабинду и Ландану, некоторых переправили в Республику Конго.

Это только на словах принудительная эвакуация гражданских на север подальше от опасных берегов реки Конго выглядит легко и просто, а на самом деле творилась настоящая жесть. Жители Бомы не испытали на себе ужасов войны в виде обстрелов города тяжелой артиллерией, как обитатели Моанды и Кабинды, поэтому многие бомцы планировали пересидеть боевые действия в своих домах и никак не желали их покидать. Приходилось действовать жестко, используя для вразумления палки, приклады автоматов и дубины.

Утром вывозили бомцев с городок Люкула, который расположен в тридцати километрах к северу, а они, гады такие, пешком шли назад и на следующий день уже снова оказывались в Боме.

Даже миролюбивый и всегда вежливый Мишель и тот разошелся не на шутку. Миша в дни эвакуации на привезенном из Союза автобусе КаВЗ-685 вывозил детей и одиноких женщин в тыл. У местных жителей весьма специфическое понятие о правилах хорошего тона: так, например, считается вполне нормальным, когда мужики лезут вперед, активно распихивая руками и ногами баб и детишек.

Когда в городской черте Бомы разорвались первые заирские снаряды, до жителей наконец дошло, что шутки кончились, пора делать ноги. Вот тут и полезли наружу особенности местного менталитета и воспитания. Солидные мужики лезли вперед, вереща, как истерички, расталкивая женщин с детьми. Миша орал на таких, а если не понимали криков, то стрелял в воздух из табельного ТТ. За сутки Мишель успевал совершать десятки рейсов, умело лавируя между потоками машин и людей. За три дня непрерывных поездок туда-сюда КаВЗ превратился в помятую, облезлую консервную банку, но автобус стали узнавать, и зная, кто за его рулем, часто уступали дорогу и приветливо сигналили.

Вооруженные силы СРК стянули к Боме войска, где в передней линии обороны, конечно, были «Вольные стрелки», а во второй и третьей ополченцы вперемешку с разношерстными военными подразделениями Кабинды, которых к тому времени