Расколотый мир. Наследник павшего Дома: Невозможный мир. Интриги Великих Домов Иллиона. Наследия краха - Александр Вайс

– Синяки от ударов залечить легко. Щитки дадут совершенно ненужное понимание, что какой-то удар можно принять на защиту. Но если тебе так угодно.

Я принял стойку, держа меч одной рукой, подняв острие.

– Это что за стойка? – возмутилась она. Правильно, их не такому стилю учили.

– Враг не обязан использовать стойку и стили боя, к которым ты привыкла.

Сестра сомневалась, но вновь напала. Металл лязгнул, когда Лили сделала выпад, и я легко блокировал удар. Я позволил ей ударить несколько раз. Все же фехтованию ее учили, вот только…

Пара ударов и снова смещаюсь правее, одновременно с силой отбив ее выпад. Просто отпрыгиваю от контрудара, замахиваюсь в обманном маневре. Лили готовится парировать, но я отвожу ее клинок, не позволяя ударить себя по ключице, и при этом меняю направление своего импульса. Небольшим усилием прорываюсь в совсем уж ближнее столкновение.

Лили удивленно отшатывается, но я уже хватаю ее правую руку и резко толкаю от себя и в бок, так что девчушка, взвизгнув, падает на пол. Опасный маневр, но я видел возможность. В настоящем бою через эту руку я бы непременно ударил магией, и она это понимает.

– Не честно! – вскрикнула Лили, оказавшись на полу.

– Когда бьешь людей заточенной сталью, объятой пламенем, им мало что покажется честным, – улыбнулся я, и сестра, поджав губы, уставилась себе под ноги.

– Я… такая слабачка, – хныкнула она.

Я присел рядом и погладил ее по голове.

– Лили, ты молодец, просто я слишком хорошо умею с клинком обращаться. А теперь… покажешь плечо? – мягко сказал я, и она замотала головой. – Потому что там синяки. И кто этот смертник? Почему не зашла к целителю?

– П-пожалуйста, не говори маме с папой. Им и так тяжело, а мы их не радуем.

Ясно, а целитель доложил бы.

– Лили, матушка будет любить тебя, несмотря ни на что. Отец строг, но справедлив. Но я им не скажу, обещаю, – мягко произнес я, видя, как девчушка переживает. – Так кто и каким образом?

– Это… Марил Остерман. Она насмехается над нами… я хотела ответить. А потом они на тренировках… и пока никто не видел. Они говорят, что Дом Ауэр больше ничего не стоит, – сказала она очень странно. Ясно, Великий Дом чует слабость поверженного противника, и даже младшие члены отыгрываются. К тому же Остерман в Литцене имеют хоть и не главное поместье, но старательно наращивают влияние.

– Ясно, и почему Остерманы такие проблемные, – покачал я головой, помня, что и Тиль начинал на Эйгона наезжать. Однако ВАМИ – нейтральная территория. Кое-кто огребет. – Что же, вставай. Марил отстанет, если пару раз получит в лицо. И приведи ее на трибуны на экзамен послезавтра.

– Ч-что? – подняла Лили глаза.

– Как что? Времени у нас мало, но я подскажу, как тебе, чистая душа, сделать так, чтобы тебя боялись. Я же позабочусь о том, чтобы имя Ауэр по-прежнему звучало гордо.

Последний экзамен на арене, и учащиеся любых курсов могут прийти поглядеть, как высокородные ученики набивают друг другу благородные физиономии. Нравится мне эта фишка местного образования.

– Н-но… ты думаешь, что выйдешь против Тиля? Он же…

– Так или иначе, маленький спор у нас возник. Вставай и не бойся по мне врезать. А потом вместе сходим к целителю и спишем синяки на спарринг.

Лили кивнула и поднялась. Я стал ей говорить о том, как иногда действовать «грязно», куда лучше всего бить в рукопашке и как проще всего отправить противника на землю. Ей немного не хватало физической силы и решительности, но я старался научить ее самому важному и подходящему ей. Стиль боя сломать и переделать я не пытался, это требует много времени, сложно и не нужно. Просто дополнял, подсказывал, когда и как она может ударить.

А потом снова спарринг.

Девчушка набралась решительности и теперь била без колебаний и с силой, пользуясь преимуществом скорости легкого клинка. Я позволил пару раз врезать себе, ее же если и касался оружием, то только плашмя, если остановить удар полностью не получалось.

Лили талантлива, схватывала на лету. И вот сейчас яростно наступала, минимизируя дыры в своей защите и не позволяя обезоружить себя. При этом сама пыталась меня обойти или врезать ногой. Конечно, умения не хватало, но я сдерживал себя, позволяя учиться и отрабатывать стиль боя.

Наконец, она извернулась, и я не стал парировать удар, позволив себе промедлить. Разные глазки округлились, и она дернулась в сторону, едва меня задев. Мне же пришлось ловить хрупкую на вид девушку, пока она не растянулась на полу. Мы оба тяжело дышали и взмокли.

– Ты молодец, прогресс даже за это время видимый. Остальное давай завтра вечером. Мне тоже нужно еще подготовиться к драке с Тилем, но сейчас мы устали, – сказал я. – Главное никогда не считай себя сильнее других, всегда найдется монстрик крупнее и зубастей.

– Спасибо большое! – заулыбалась она.

Мы зашли к дежурному магу исцеления, как без него да в главном поместье? Люди – хрупкие создания, вечно травмы получают, а чтобы уметь себя исцелить, нужно специальное ядро или расходники. Артефакты магию жизни плохо реализуют.

Пожилая женщина направила на нас изумрудно-зеленую магию, целиком окутавшую тела. Сразу ощутил, как приятная живительная энергия заструилась по телу. Силы стремительно восстанавливались, а пара синяков на руках быстро рассасывалась. Общая стимуляция организма. Не очень эффективно, но на мелочь хватит и не нужно показывать места ударов.

Лили обязательно бы спросили: «Где ты получила синяк?», а ответь она, что на тренировке в академии – встал бы вопрос: «Почему там после нее к целителю не зашла?» Конечно, могла бы якобы споткнуться на одиночной тренировке, а потом попросить общее исцеление, но просто боялась, что узнают и запуталась, не хотела показать слабость. Молодость, но ничего страшного.

Я освежился и, наконец, решил проверить догадку, запершись в комнате.

Глава 11. Развитие и гравитонная магия

Сосредоточился, прогоняя в памяти набор смыслов и припоминая правильное произношение.

– Ма’эрилих… – заговорил я, как бы добавляя в звучание голоса маны. Словесная магия, не требующая внешних рун и формаций. С ними было бы проще, но практика у нас мертва, и я ее почти не знаю.

Эта магия сливается с разумом пользователя и требует контролировать мысли, вкладывать в слова четкий смысл и задавать вообще все настройки таким способом. Магия разумных – результат, собственно, работы разума. Либо формации магии с рунами, где нужен четкий контроль маны с пониманием, либо