Оборотень для ведьмы - Елизавета Владимировна Соболянская

— Сюда! — скомандовал маг, и к нему неровной кучкой подошли «звезданутые» в своих странных балахонах. Колпаки они сняли, и стало понятно, что это по больше части прыщавые юнцы, неуверенные в себе девочки-подростки и парочка слюнявых стариков самого неприятного вида. Обычные люди. Не маги. Зачем они здесь? Ведьма напряглась. Простые люди в некромантских обрядах участвуют только как жертвы…

Однако пока все было мирно. Маг продолжил бормотать свою абракадабру, тени добрались до ультравысокой ноты и замолчали. Оглушительная тишина забила уши, но через минуту стало слышно тяжелое дыхание «звезданутых» и легкий храп тигра.

— Встаньте по номерам! — скомандовал некромант так же отстраненно.

Парни и девушки разошлись, чтобы встать в изголовьях саркофагов. Старики замешкались — один встал рядом с бледной девочкой, другой в головах у мальчишки-оборотня.

Еще несколько минут бормотания и приказ:

— Первый!

«Звезданутый» — нервный парень в крупных веснушках — ударил молотком по склянке с кровью, лежащей в саркофаге, потом несколькими движениями искрошил в порошок зубы. Дымная рука протянулась из центра к останкам магического существа, подхватила нечто невидимое и потянула к некроманту. Тот медленно, словно сквозь сон пробормотал что-то вроде «иди ко мне», и ведьма ахнула! По воздуху перемещался клубок силы! Вот он приблизился к саркофагу, ударил в грудь некроманта, и маг выгнулся с болезненным стоном.

Дарье захотелось похихикать. Она-то знала, что передача силы — болезненный процесс. И чем сильнее отдающая — тем опаснее. Принять тоже надо умеючи. Потому ведьмы часто готовили преемниц исподволь, а отдавали — внезапно, чтобы будущая сильная ведьма не зажималась и не навредила себе волнением и стрессом. В семьях потомственных ведьм почти все девочки рождались с талантами, но родственницы все равно могли отдать им свой дар или его часть. Вот Даше годика в три-четыре перепала от бабули способность чувствовать «нить». Так называли срок жизни человека, тесно связанный с его судьбой. Нить могла быть яркой или тусклой, гладкой или узловатой. Родственница надеялась, что Даша станет лекаркой или травницей, но ошиблась. Однако боль от передачи дара молодая ведьма помнила до сих пор.

Некромант очухался довольно быстро. Разжал зубы, сплюнул кровь из прокушенной губы и снова забормотал заклинания. Тени завыли. Где-то вдалеке что-то загрохотало, но никто не обратил на это внимания — по сигналу кругленькая девчонка в грубых черных тряпках разбила очередную пробирку и плеснула что-то на тощую детскую косу. На этот раз дымная рука появилась быстрее, но тащила больше и дольше.

Дарья безучастно смотрела на все и прислушивалась к своим ощущениям. Головная боль утихла, зато где-то на периферии зрения возник огонек… Теплый, как будто родной. Огонек перемещался, мигал и приближался! Между тем некромант «переварил» очередную порцию силы, и… следующей должна была стать Ираида Грозовая. Молодая ведьма напряглась, пытаясь разорвать свои путы, но некромант выкрикнул другой номер саркофага. Еще один с пробиркой и зубами. Даша перевела дух, понимая, почему неизвестный ей маг так поступает. Ему проще контактировать с силой мертвых, живых он оставляет «на сладкое».

Огонек все приближался, вилял, девушка нервничала, а некромант уже вобрал в себя силу шестерых неживых и почему-то решил продолжить тигром. У ведьмы заколотилось сердце. Кошак все еще сопел, не пытаясь вырваться из пут!

— Артем! — не выдержала напряжения Дарья, когда «звезданутый» поднял кувалду, чтобы размозжить оборотню голову.

И тут произошло сразу несколько событий! Тигр с рыком поднял голову, его верёвки упали, перепиленные исподтишка когтем, и зверь махнул лапой так, что «звезданутый» улетел в стену, к теням. Из ближайшей арки входа послышался шум, раздались голоса, потом как горох посыпались шушарики, ползуны и клевцы — мелкая нечисть, живущая в заброшках.

Некромант приподнялся и рявкнул что-то затейливое, отгоняющее мелочь назад. А тигр уже вскочил, пошатываясь, и просто упал на саркофаг мага, забивая его рот своей шерстью, не давая произнести заклинание или отдать приказ. Тени взвыли, бросились в круг, но Ираида Грозовая преподнесла свой сюрприз и, подняв освободившиеся руки, разогнала призраков точечными молниями. Звезданутый, стоящий у изголовья Дарьи, вдруг поднял молоток, собираясь ударить ведьму, но его тощие ручонки перехватила тяжелая длань в плотной перчатке:

— Стоять! Магспецназ! Всем лечь на пол и не шевелиться!

У Даши на глазах выступили слезы облегчения, а ее маменька неспешно села, опираясь на низкие бортики, поправила волосы и заявила ворчливо:

— Могли и побыстрее! Этот мудак успел шестерых выпить!

Мужики смутились, но прямо над головой Дарьи раздался знакомый голос:

— Ох, Гроза, сколько лет прошло, а ты все не меняешься! Где лезвие прятала?

— А то ты не знаешь, Вий! Как всегда! — ведьма тряхнула головой, и ей на грудь упала тонкая косичка, переплетенная узкой черной ленточкой с чем-то блестящим на конце.

Дарья смотрела во все глаза. Эта вот энергичная женщина, прячущая в косе заговоренную сталь — ее мать? А вот этот крепкий мужчина в магброне — отец?

Между тем бойцы освободили Илью и сунули красноглазому чудовищу склянку с кровью. Через минуту дымящиеся ожоги от серебряной цепи пропали, а еще через тридцать секунд на месте кровососа стоял сероглазый мальчишка со светлыми вихрами и озабоченно одергивал слишком просторную рубаху.

— Ну вы даете, родственники, — ошеломленно выдохнула ведьма и тут же попросила жалобным голосом: — Развяжи-ите веревки!

Рука в перчатке протянулась к Даше и с некоторым трудом разрезала веревку длинным тяжелым ножом. Девушка встряхнула руками — их тут же закололо от тока хлынувшей крови:

— Спасибо! Ох! — от боли ведьма жалобно вскрикнула, тигр дернулся, поднимая голову и тем невольно освобождая некроманта. Маг не упустил счастливый для себя момент — швырнул на земляной пол пробирку с кровью Даши и выкрикнул заклинание! Оборотень рыкнул и снова придавил мага, вонзая в него когти. Бойцы магспецназа замерли, глядя на пробирку, в которой появилась ма-а-аленькая трещинка. Быстрее всех сообразила Ираида Грозовая — она спрыгнула со своего каменного ложа, схватила хрупкий флакон и бросила его в грудь дочери со словами:

— Держи!

Рефлекс сработал. Дарья поймала пузырек, который разлетелся в ее руках, забрызгав кровью. Молодая ведьма успела только зажмуриться, чтобы осколки не попали в глаза. А потом… Ее придавило силой! Огромной! Холодной, как ледяные ветра над Альпами. Мокрой и горькой, как морская вода. Вонючей, как болотная тина. Тяжелой и пыльной, как руда в шахте. Колючей, как песок, и мягкой, как теплый ветер…

Тело девушки выгибалось на ледяном шершавом камне, а Ираида