Технарь - Константин Николаевич Муравьев

Так что я смело приступил к работам, правда, перед этим все-таки активировал нейтрализатор датчиков слежения, находящийся в мастерской.

Лишнего остальным я сообщать не собирался.

«Ну, что, приступим», — подумал я, размещая прибор сполотов на сенсорную панель встроенного идентификатора комплекса.

Ресурсы инженерного комплекса были загружены лишь на пару процентов, и потому с работой по идентификации и определению состояния этого неизвестного агрегата я бы не сильно затормозил остальные проводимые комплексом процессы.

Сам неизвестный предмет напоминал небольшую коробочку, размером двадцать на десять сантиметров и был похож на обычный персональный визор. Только вот визором он точно не был, хоть собственный, пока еще матовый и неактивный экран у этого оборудования присутствовал.

Кроме того, в нем не ощущалось того присутствия жизни, что я почувствовал в корабле сполотов. Однако сам материал этого непонятного планшета очень походил именно на тот, из которого были сделаны переборки на корабле. Поэтому я и был уверен в том, что это тоже детище сполотов. Только вот создано оно было на несколько более простом уровне и больше напоминало то, что производилось на территории Содружества.

«Хм. А может, оно и было именно для этого сделано? — пришла ко мне вполне такая здравая мысль. — Если оно и было создано для того, чтобы не выдавать свои основные секреты, но передать это оборудование кому-то в Содружестве? Только вот оно или не нашло своего адресата, или по каким-то причинам осело на одном из тех кораблей. Или оно нужно кому-то, кто не может работать с другим оборудованием сполотов, чье функционирование основано совершенно на иных принципах?»

Я задумался.

Вариантов могло быть множество, и догадки я могу строить бесконечно, но вот именно эти два мои предположения показались мне особенно интересными. Так как они могли быть как разрозненными и не имеющими друг к другу никакого отношения, так и объединёнными в одну ячейку.

Это оборудование создано специально для кого-то в Содружестве, кто не может работать с чем-то, так же как это делают сполоты.

«Хм. А вот это уже похоже на правду, — подумал я, — только вот все равно, мне не понятны основные принципы по работе с ним».

По факту, просто обычный планшет, только никаких сенсоров для его активации или гнезд для подключения к чему-то другому. Даже комплекс лишь по некому электромагнитному фону смог определить, что этот прибор работает, но что он делает, выяснить было невозможно.

Видимо, именно на этом этапе и техники Крогаса закончили работу с ним, однако меня это не устраивало. Я хотел узнать об этом приборе как можно больше. Но как оказалось, даже столь мощное и имеющее доступ к огромнейшей базе данных оборудование, такое, как этот инженерный комплекс, было не в состоянии опознать, что это за предмет и для чего он предназначен.

Поэтому, немного расстроившись, я вытащил его обратно и, подумав о том, что рано или поздно надо бы как-то его активировать, хотел уже убрать эту загадку к себе в карман комбинезона, когда экран непонятного планшета вдруг посветлел.

«И чего я сделал?» — подумал я, обращаясь сам к себе. Но так и не понял. Покрутился с ним, подвигал в разные стороны, но никаких дополнительных изменений не заметил, даже наоборот.

Через некоторое время экран опять потемнел.

«Так, „режим ожидания“ и переход в „режим сна“», — для себя определил я эти замеченные мною видимые изменения в планшете.

Дальше я ввиду непонятного результата, который можно было получить, пробовать не стал.

«Себе дороже. Тем более на глазах у всех», — решил я.

Вместо этого сделал еще парочку нейтрализаторов. Эти штуки оказались очень полезными вещами, да и время уже подходило к завершению часа, так что скоро нужно было доложиться о выполнении своей работы по обслуживанию первой партии дроидов.

И я только успел деактивировать нейтрализатор, как в мастерскую, без какого-либо предупреждения, заглянул мой новый начальник.

— Что у тебя? — спросил он.

— Как раз собирался сообщить, что все уже завершено, — доложил ему я.

— Хорошо, сейчас их отгрузим, — он указал на сдвинутые немного в сторону силуэты исследовательских дронов, — и можешь готовить следующую партию.

Я кивнул, соглашаясь.

Крена уже развернулся в дверях, собираясь выйти и закрыть их, когда остановился и, повернувшись ко мне, сказал.

— Когда подготовишь вторую партию дроидов, не уходи. Возможно, ты нам еще сегодня понадобишься.

— Понял, — ответил я.

Хотя, конечно, торчать тут без дела у меня не было никакого желания. Да и своими делами тут, похоже, особо не позанимаешься, они могут вызвать подозрение. Особенно, если местные вот так запросто входят без предупреждения. Надо бы об этом позаботиться. Ведь формально я не могу никак ограничить доступ в мастерскую для своего начальника и прочих. Но можно сделать и простую сигнализацию, сообщающую мне об «опасности».

До мастерской хоть и не очень далеко, если считать мерками лаборатории, но все равно можно настроить сигнализацию, оповещающую меня о приближении кого-то к двери. Только вот предупреждение должно приходить незаметно, по сути, лично мне и на нейросеть, чтобы местная система безопасности ее не обнаружила и не смогла засечь.

Этим я и занялся после того, как отгрузил уже готовых дроидов и запустил обслуживание следующей партии.

Но устанавливать ее, конечно, придется не сейчас, а позже, когда я появлюсь тут.

«Кстати, подобную сигнализацию нужно сделать активируемой по моему сигналу, чтобы она не беспокоила меня лишними сообщениями тогда, когда в этом нет особой необходимости. И разместить ее можно не только тут, в мастерской, но и по всей лаборатории. Особенно актуально это будет ночами. Тогда я смогу узнать о том, что кто-то хочет войти в помещение, еще когда человек будет находиться в коридоре».

Решив так, я выбрал наиболее незаметную и соответствующую моим требованиям из тех, что мне были известны, и запустил процесс их создания. За оставшееся время комплекс должен был изготовить порядка десяти комплектов.

Мне на нейросеть комплекс сообщил, что обслуживание дроидов завершено.

Я поглядел на двери. Никто в них не заглядывал.

«Видимо, про меня забыли», — усмехнувшись, подумал я и вышел в комнату, где находились ученые.

— Вторая партия готова, — сообщил я.

Но на мои слова никто не обратил совершенно никакого внимания. Да и вообще, никто не обратил внимания. Меня не замечали. Можно было, как мне кажется, делать все что угодно. И в творящейся тут суматохе и каком-то нездоровом энтузиазме никто бы не обратил на мои действия никакого внимания.

В мастерской была неплохая, даже очень хорошая, шумоизоляция, и поэтому я, находясь там, ничего не слышал.

Никто