Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

Оружие я здесь увидел двух типов: знакомые короткие хадсоновские «хаудахи» — интересно, кто у кого подсмотрел, уж не общаются ли местные с команчами? — и револьверы, отсюда не вижу какой марки. Длинноствольное нарезное, так же как и в Швейцарии, редкость: Кураторы ограничивают народ в стремлении убивать друг друга издалека и с повышенной эффективностью. Но Мустафа уверяет, что у тех, кто страдает особо и готов к тратам, имеются и винтовки, и даже пистолеты-пулеметы.

Река за моей спиной — все тот же старина Рейн, шанхайцы называют водную магистраль ровно так, им не жалко. А чего им жалеть, если прямо напротив города в Рейн впадает бессмертный Великий Ганг!

Вот такой тут перекресток. Водный Т-образный.

Мне говорили, что численность Шанхая превышает численность всего швейцарского анклава, — это не так. Она превышает число базельцев и «викс»-селектов раза в полтора-два как минимум, и это только с первого взгляда; скорее всего — людей здесь еще больше. Уникальный естественный аккумулятор выживших и освоившихся.

К этому природному перекрестку до поры приплывали по Рейну сплавляющиеся лосты, пока «виксы» совершенно по-скотски не перекрыли артерию. Так в том числе здесь появились и швейцарцы, которые тоже есть в Шанхае. Здесь тормозились те, кто вышел к реке и пошел по берегам, вниз по течению — в поисках людей.

После того как мы вчера прибыли в Шанхай и пришвартовались бортом к «Меконгу», стоявшему у собственного дебаркадера, состоялась вечерняя встреча с капитаном этой широкой и плоской посудины, Мустафой, продлившаяся под вкусную еду и легкие возлияния до глубокой ночи. В неторопливой беседе мы узнали много нового. Как быстро выяснилось, в сонном Базеле никто ничего толкового про Шанхай не знает. Селекты, точнее, головка кластера какую-то информацию, естественно, имеет, а вот всем остальным жителям это просто до феньки — какое дело развитым и продвинутым европейцам до форм и способов организации варварских, в их представлении, народов и племен! Ничего удивительного. Помнится, в старом мире даже президент США путал страны и народы, а уж образ штампованный России с «балалаистыми медведями под водку» заучивался западниками намертво еще в начальных классах.

Новость первая: Шанхай — не индийский анклав, он полностью автономен.

И все те монокластеры, про которые скупо и невнятно рассказывала новичку памятка, данная мне на КПП любезным Рольфом, никакого отношения к Нью-Дели не имеют. Видать, Берну удобней и политически выгодней именно так представлять Шанхай гостям и подданным: не самостоятельной политической и административной единицей, а мелким грязным «отстойником», не заслуживающим большого внимания у приличного человека, — а нечего туда соваться! Тем более драпать на всех парах.

Впрочем, как я понял, и рядовым жителям Шанхая на все глобальные знания и особенности геополитического окружения своего анклава глубоко плевать, они знают лишь своего вождя, соседей по территории и местные проблемы.

Я вчера специально выписал в записную книжку генезис объединившихся в союз шанхайских монокластеров:

1. Бангладеш

2. Бирма, ныне Мьянма

3. Бруней

4. Бутан

5. Гуркхи

6. Камбоджа

7. Лаос

8. Малайзия

9. Непал

10. Сингапур

11. Таиланд

12. Шри-Ланка

Двенадцать штук, по 24 человека в каждом!

Удивил монокластер гуркхов — Писатели отчего-то посчитали необходимым учесть их отдельно. Тибетцев нет, эти, скорее всего, где-то рядом с китайцами, селективный кластер которых находится неведомо где. Швейцарцев в анклаве не четырнадцать человек, как я думал, а уже больше двадцати, прокрались как-то. И неудивительно — мы вон так целый флот угнали… Не думал Берн, что кто-то захочет по своей воле ехать на помойку. Но здесь не помойка… нет, ошибаетесь вы, братцы «виксы»… В Шанхае живут и лосты-индусы — их не очень много, десятка три. Потом лосты прибавлялись новыми волнами, и попаданцы обнаруживаются по сей день, увеличивая численность этого чудного города. «Меконг» этим делом и занимается — курсирует по нехитрому маршруту, обследуя берега речного перекрестка, привозит людей сюда.

В Индии же присоединенных монокластеров очень мало, как и единичных лостов, тут они от «виксов» недалеко ушли. Поэтому все нерукопожатные и двинули по торной грунтовой дороге от Нью-Дели в Шанхай, где принимают всех, любой веры и с любым прошлым: никто никого ни о чем не спрашивает, не проверяет. Пришел — и хрен с тобой, живи, как сможешь.

— Так что, чувак, мы на берег сходить будем? — осторожно поинтересовалась Ленни сбоку, закуривая сигарету.

— Торопишься?

— Просто мне надоело торчать на судне, — негромко пояснила подруга. — И поесть хочется чего-то нового, освежить рецепторы… Видишь дым? Сразу за тем зданием с длинной трубой справа есть отличная харчевня. И недорогая.

На подходе мы с Zicke что только не передумали — всякие варианты развития событий прикидывали… И пороховницы на влажность проверили, и пути отступления намечали. Хоть шкипер «Клевера» и уверял нас в жизнеспособности предлагаемой им схемы действий — один хрен, сомневались. И даже ночью, после пояснений и множественных уточнений Мустафы, я все еще мучился опасками. Теперь уже нет. Как проснулся, вслушался в себя, ойкнул в очередной раз, выматерился в голос — и окончательно решил.

— Будем, дорогая, будем… Нас ждут великие дела, — стараясь не слишком сильно раскрывать рот, с большой внутренней задумчивостью молвил я, глядя, как пятнистый шелудивый пес таскает по береговой грязи здоровенную берцовую кость. Лосиная, похоже… Из таких таежные народы раньше самые настоящие мечи делали.

Мне, ребята, на берег надо. Позарез!

У меня, мать его, зуб болит. Да так болит, что уже сил терпеть нет! «Восьмерка», сам не осилю, и никто из дилетантов не поможет, «типа спросим у пассатижей». «Восьмерку» надо вырывать профессионально. Шкипер «Меконга» утверждает, что в Шанхае проблема решается на раз и за копейки. Зубников в городе аж две штуки: швейцарец и бирманец. Мустафа советует обращаться к последнему — мол, лекарства одни, а выходит дешевле. К нему и побегу, но не из-за жабы — контора бирманца ближе к причалу.

— Когда?

— Вот дождемся Ули, послушаем, что он скажет, посоветуемся — и двинем.

Маурер обтирает вопросы с Мустафой. В основном по «крыше» и топливу.

Ленни обреченно вздохнула: вот же как ей не терпится, заботливо передала мне полчашечки остывшего кофе, поцеловала в щеку, прошептала на ухо «ну, потерпи чуть-чуть» и ушла в кубрик, досыпать.

Большая часть кластеров базировалась вокруг будущего Шанхая изначально.

Им очень повезло. Со стороны реки никакая опасность попаданцам до поры не угрожала, а с запада несчастный Нью-Дели почти сразу принял на себя первые удары группировок диких племен, с