Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

холма. Там­ран по-прежнему нёс Ариэну на руках. Попробовав идти сама, она тут же зашаталась от слабости. Схватка с демонами тьмы была по­страшней, чем схватка с дюжиной таких, как Алима.

– Мы уж испугались, когда увидели, что солнце взошло, а замок не исчезает, – сказал Матарус. Он встретил беглецов вместе с сыновьями и ещё несколькими мужчинами у развилки между ли6еновой рощей и деревней. – Но если это твоих рук дело, царица, значит боя­ться нечего. Ты всё же привела на Ди-Милон свой народ.

– А разве мы не стали димилонцами? – слегка обиженно спросил Аменад, бывший дружинник Тамрана. Два года назад он получил в 6ою тяжёлое увечье. От смерти его спасло лишь магическое лекарство Ариэны. Аменад был одним из тех немногих диввинов, которые реши­лись перебраться на Ди-Милон.

– Вы уже давно здесь свои, – заверил его Тэкус. – Но сегодня действительно можно сказать, что диввины заселяют острова.

– Вы по-прежнему не против? – осторожно поинтересовался Taмран.

– Если эти люди ваши друзья, царь, то мы им рады, – ответил Матарус. – Им здесь понравится.

– Если честно, – усмехнулся один из старейшин Ур-Саммела, – мир ещё никогда не казался мне таким прекрасным, как здесь и сейчас.

Глава 7. Последние дни войны.

Беглецы, только придя в посёлок, заметили, что один из них всё же не вернулся в этот мир. Никто не мог найти Каэну.

– Как такое могло случиться? – недоумевал Тамран. – Мы же с то­бой были последними…

– Нам не в чем себя винить, – успокоила его Ариэна. – Она ушла сама. Свернула из тоннеля в тот коридор, который вёл в её мир. Она должна была уйти. И хотела.

Присутствовавшие при этом разговоре лиммерины с пониманием закивали. Они знали не один пример такого ухода.

– Она ушла, что6ы там умереть? – спросил кто-то из детей.

– Нет, – ответили ему. – Она ушла, что6ы там жить.

Ариэна грустила о своей старой подруге, но в этой грусти не бы­ло ни тоски, ни отчаяния. Она вспоминала Каэну на пороге сияющего замка. На пороге смерти, которая была всего лишь дверью в другую жизнь. Каэна ушла туда, повинуясь таинственным неумолимым законам судьбы, и оставалось только надеяться, что в том, другом, мире она будет счастлива.

Здесь, на Ди-Милоне, не хотелось думать о войне. И вообще о плохом. Здесь море и небо уходили в вечность, и всё вокруг дышало таким покоем, что недавние события казались кошмарным сном, кото­рый лучше забыть. Но забывать было нельзя.

Ариэна на следующий же день сделала магическую дверь, и не6ольшой отряд отправился в Фиолею на разведку. Вернувшись, летуны рас­сказали, что от замка остались одни руины, лес же почти не пост­радал. Во всяком случае от огня. На этот раз удары были направле­ны только на Круглую Башню. Посёлки Саммеланы враг не тронул, по­скольку знал, что все их обитатели укрылись в царской резиденции. От огня лес не пострадал, но Ариэна знала, что 6ольшой его участок вокруг замка отравлен смертоносными лучами, и вся живность надол­го покинет эти места. Скот, который отпустили беженцы, уже при6ил­ся к небольшому селению в окрестностях Ур-Маттара. Когда же один из царских отрядов и родственники тех, кто жил в Саммелане, прибы­ли на место бедствия, чтобы помочь раненым и похоронить поги6ших, их изумлению не было предела. Они не нашли не убитых, ни раненых. А три посёлка стояли совершенно пустые. Тут же поползли разговоры, что царица-полукровка увела всех своих подданных во дворец Гиама­ры и сделала призраками. Многие проклинали и Ариэну, и царя Тамрана, который, идя на поводу у колдуньи-жены, вовлёк страну в пучи­ну бед. Разведчики-летуны едва ли не каждый день бывали на Боль­шой Земле. Иногда с ними отправлялся Тамран. Ариэну он без особо­го труда уговорил сидеть дома и отдыхать. В последние дни её то и дело мучила тошнота, о причине которой она догадывалась. Ей было знакомо это состояние.

В Див-Аранхе продолжались бои. Новые Аранхиты и Дети Маттар сражались то друг с другом, то с отрядами раннадов. Среди Новых Аранхитов наметился раскол. Одни продолжали поддерживать Ариэну и Тамрана, другие ставили на молодого командира Селимера – ­одного из лучших царских военачальников, который давно уже пользо­вался всеобщим уважением. Тамран ценил его, но полностью никогда ему не доверял. Ариэну радовало спокойствие, с каким он реаги­ровал на последние события.

– Не имею ни малейшего желания снова ввязываться в драку, ­– признался он однажды. – Среди Новых Аранхитов теперь кипит борь­ба за корону. Претендентов всё больше и больше. Каждый собирает вокруг себя сторонников… Мне это совершенно не интересно. Мы разворошили гнездо лжецов, но лжи не стало меньше. Что ни сдела­ешь, всё обрастает сплетнями, клеветой. Знаешь… По-моему, в ца­рей мы уже наигрались. Мне хочется жить, а не играть. Мы играли по честному… Во всяком случае, старались. Всё сдвинулось с мес­та – и то хорошо.

Благодаря летунам весть о том, что все жители Саммеланы целы, невредимы и находятся на Ди-Милоне, быстро разнеслась по всей Див-Аранхе. А особенно всех поразило то, что беглецы не желали возвра­щаться обратно. Они передавали с посланцами письма своим родным, в которых звали их на Ди-Милон и рассказывали о здешних красотах. Возвращаться в Сaммелану не имело смысла. Посёлки уцелели, но земля там была отравлена. Некоторые могли переехать к родне, живущей в других урах, но даже таких всё больше воодушевляла перспектива обосноваться на Ди-Милоне и построить свой дом на своей земле. А свободной земли на трёх островах хватало.

Когда весть о том, что Ариэна спасла всех обитателей Саммеланы от гибели, облетела страну, отношение к полукровке снова улучши­лось, но поползли и другие разговоры. Дескать те, кто побывал в призрачном замке, – уже не люди, а призраки, одетые плотью, и су­ществовать вдали от дворца Гиамары уже не могут. Потому-то и не хотят покидать Ди-Милон.

– Великая Паутина! – смеялся Тамран. – Что они ещё придумают? Прямо, хоть записывай…

– Именно это я и делаю, – сказала Ариэна. – Понемногу. Когда всё более или менее утрясётся, засяду основательно. Вся эта история должна остаться для наших потомков. Я напишу обо всём, что мы пережили. О друзьях и врагах, о правде и лжи.. По­стараюсь ничего не упустить. Я сама сделаю к этой книге иллюстра­ции и назову её «Хроники последней войны».

– Ты