Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

— Но…

— Но мы этого делать не будем. Пусть просто лежит. Я думаю, вы все прекрасно успеете, даже если сделаете все завтра, как планировали.

— Мы заплатим.

— Это пока гипотеза.

— Ну и что. Заплатим как за копье. А я буду информировать тебя, как оно себя ведет.

— Это я тогда должен тебе платить.

— Тогда копье со скидкой. И ты мне ничего не платишь.

— Ну давай так, — согласился я. Все-таки придется делать себе новое копье, а еще наделаю отдельных бляшек, положу в наше озеро. Посмотрим, насколько это поможет.

Больше всего в пещерной истории мне не хватало какой-то вундерфафли. Все какие-то полумеры. Драк может все сжечь, но тогда гибнет вода. Барух может кого угодно сожрать, но и твари могут его уничтожить. Термит ограниченно полезен. Бантий тоже. Ладно. Еще очень интересно, что происходит с внутренней структурой Баруха, когда он так растет. Но это пока подождет.

Пока остальные рассаживались на огромной кухне Рамзесов, мы прошли с Каримой в кабинет, и она перевела мне деньги сразу за все. Сегодня точно возьмусь за новые штуки с Бантием, даже если придется работать ночью.

— Марк, а когда ваши стажеры уедут, вы будете брать еще учеников? — поинтересовалась Карима.

— Не планировали, а что? Мы вообще архитектора ждем, Котий вроде думает его в их домик поселить потом, — вспомнил я и подумал, что мне не судьба въехать туда со своей мастерской.

— Да нет, я не про жить. Жить нашим есть где. Я хочу своих куда-то пристроить, чтобы они не только с нами торчали. Вы столько разных замечательных вещей придумываете.

— Детей я точно не смогу ничему учить, ну сама смотри — где я, а где безопасность. Приезжайте просто в гости. Опять же я слышал, что к зиме школа должна открыться.

— Ага, они в прошлом году то же самое говорили.

— Правда?

— Да. А потом опять увлеклись другими проектами.

— Понятно… — я почесал в затылке. — Слушай, я не знаю, правда, приезжайте все. Из нас из всех Котий реально самый полезный. Я сам каждый день столько всего узнаю от него.

На этом и договорились.

Пока мы обсуждали деньги и образование, все наши, включая министра, расселись на кухне. Вместе с министром, оказывается, еще приехал молоденький ассистент, но его в пещеру не пустили, оставили на связи. Теперь он страшно сожалел, что пропустил все веселье и выспрашивал подробности у Стефана с Георгием.

— А я придумал название новым тварям! — прозвенел голос самого младшего Размеса.

— Ну-ка, ну-ка, давай, — заинтересовался Котий. — Мы ведь их действительно в каталог не занесли.

— Поскольку они такие неубиваемые, их можно назвать Несмертинами. И разбить потом по подвидам. Этот будет Несмертин Медуза. А ваш, вчерашний, еще как-нибудь.

— Пусть будет Несмертин Кальмар, если мы взялись за морскую тему, — ухмыльнулся Драк.

— Отличная идея, — поддержали все новое название. Драк пообещал сегодня внести оба вида в каталог, раз уж она так удачно познакомился с обоими.

***

В штаб-квартире Института справедливого развития царило уныние. Только любимый серебряный какаду Директора сохранял хорошее настроение и время от времени вбрасывал реплики. Сам же Директор мрачно слушал отчеты о панике в Ремоуте и понимал, что хороший план опять пошел прахом.

— Мы не можем перекупить Минандао? — с тайной надеждой спросил он своего заместителя.

— Нет. Они разочарованы результатами нашего прошлогоднего сотрудничества. В данный момент мы не можем их ни в чем убедить, и технически не можем сменить менеджмент.

— Ладно, — вздохнул Директор и вызвал секретаря, — Мадлен, я просил связать меня с министром.

— Я связалась. Ассистент говорит, что сейчас с ним нет связи.

— Как нет связи? Как на Меркаторе может не быть связи? — завопил директор.

— Он не на Меркаторе, — бодро сообщила секретарша. — Он на Домино.

— Как на Домино?!!! Кто позволил??? Чьи это происки??!! — директор схватился за сердце. — Нет, не говорите, я знаю чьи!! Джейсон, прими меры немедленно!

— Всех, всех закопать! — крикнул какаду.

— Джон, мы не располагаем возможностями.

— Ну, разумеется, не буквально, — рассердился Директор. — У тебя своей головы нет что ли. А, кстати, что мы можем?

Тут заместитель снова подал признаки жизни:

— Мы можем очень многое за пределами операций с Минандао. Постепенно продвигаясь к цели, мы получим результат.

Директор кивнул и махнул рукой, давая сотрудникам понять, что они могут быть свободны.

***

Министр оказался классным. Сверкал золотыми очками, сухо шутил. Вообще, кажется, лучше всего они нашли общий язык с Котием. Котий приятно зеркалил чиновника, пока Рамзес разливал всем домашний лимонад, который был так удачно подготовлен к нашему приезду. Мелкие Рамзесы скоро соскучились и уволокли Стефана с Георгием как наиболее близких по возрасту смотреть спортивную площадку, которую им сделал отец. Там они и зависли.

День проходил необычайно приятно, но дела все же сами себя не сделают. Поэтому мы распрощались с хозяевами, Балакирев тоже забрал министра с ассистентом, и мы разъехались.

***

— Теперь ты понимаешь, почему я настаивал, чтобы ты увидел все своими глазами? — спросил Балакирев, пока они выруливали на дорогу.

— Понимаю, — улыбнулся министр. — Но скажу тебе честно, что если бы я тебя не знал, я бы ни за что не поехал.

— Да ладно, — качнул головой Балакирев. — Я уверен, тебе и самому было любопытно. Я, правда, не рассчитывал на такую эпическую битву, думал, они сюда за туманными червями приехали.

— А что они с ними делают? — заинтересовался министр, который до этого не особо верил, что такого рода событие прошло без режиссуры Балакирева.

— Видел то создание, которое доедало медузу? Оно сделано из туманного материала. Кстати, на аппарате, который притащили сюда земляне, но толком использовать не смогли. А наш Марк смог. Теперь это ручная боевая машина с уникальным функционалом.

— Пожалуй, ваш Марк заинтересовал меня больше всего.

— Да? А я думал, Котий.

— С Котием я и так знаком.

— Да ты что? А я думал, это я сегодня тебя удивляю.

— Он был у нас на студенческой конференции много лет назад. Я его прекрасно помню. Во время его выступления сработала пожарная сигнализация, и мы имели возможность насладиться не только вылетом экрана отсечения огня, но и внезапным появлением огромного кота на трибуне. Причем с трибуны он не ушел. Только присмотрел себе дверь для выхода. А, когда экран убрали, снова продолжил доклад в человеческом виде. Мы потом обменялись письмами, и пока он еще публиковался, я за ним следил. Так что и он меня помнит, не сомневайся.

— Марка мы еще увидим, если ты задержишься.

— Да нет, у меня в