Проект: "Возмездие" Книга 8 - Игорь Игоревич Маревский

— Мышь, это Фи. Фи, это Мышь, — познакомил я их друг с другом, не зная, что ещё сказать.

Девушка посмотрела на меня, перевела взгляд на ежа и, беззвучно хлопая губами, едва из себя выдавила:

— Но это… как… ты отправился за купол… один… нашёл… что?

И тут нервная система Фи дала сбой. Гипервентиляция лёгких, пускай, и ментальная, всё же погасила её сознание, и девушка попросту упала в обморок. Трев вовремя успел её подхватить, и мы отнесли Фи в комнату с диванчиками и стали дожидаться, пока она очнётся. Парень внимательно осматривал её с ног до головы, а затем озвучил то, что крутилось у него на языке:

— Опять девка?

— М? — непонимающе промычал я, стараясь отыскать Мышь в разделе «Слуги», где его, к сожалению, не оказалось.

— Опять девка, говорю. Скажи, ты специально, или у тебя само выходит?

— Она сестра Черники, если ты об этом. Он попросил меня об одолжении, к тому же, ты сам сказал, что тебе понадобится конструктор. А она полноценный и раскачанный даркраннер, я думал, ты будешь рад.

— Значит, само выходит… — недовольно пробубнил Трев. — Паршиво, я рассчитывал на первый вариант, но да ладно. Что насчёт Мыши будем думать?

Я выглянул из комнаты и заметил, как тот стоял на месте и крутил по сторонам головой, пытаясь понять, где он очутился.

— Думаешь, это действительно он? — спросил я в этот раз уже без подколок или самоиронии.

— Честно? Не знаю, Смертник, разум человека — сама по себе вещь сложная, а здесь речь идёт о матричном импринте. Ты единственный человек, который хоть что-то о них знает, даже среди всей это ученой братии ОлдГейта. Я хочу думать, что это он и есть, но, с другой стороны, меня пугает мысль о том, что всё естество, натуру и ядро человека можно поместить в один цифровой файл, — ответил он, проявив внезапную серьёзность.

— Ты всячески избегаешь слова душа.

— Потому что и тут я тоже полный профан, — проговорил тот с толикой грусти в голосе. — Ты слышал о двойственной системе мышления? Да? Ну так вот, быстрая интуитивная часть моего мозга говорит о том, что это Мышь, тот самый, который отдал за тебя жизнь под Чёрным узлом. Однако медленная и рациональная система заставляет меня, как и любого мыслящего человека, сомневаться в верности умозаключения из-за отсутствия чётких доказательств. Так что здесь, я думаю, тебе придётся решить за всех.

— За всех? Ты же знаешь, что у меня ватага самоходная, самомыслящая и способная принимать самостоятельные решения, — я решил озвучить ему очевидную истину.

— А ещё она прислушивается к каждому твоему слову, Смертник, так что, в конечном счёте, всё будет так, как ты скажешь. Не давай семени сомнения пустить корни, особенно в голове Элли. Девочка тяжело переживала потерю Мыши, хоть и всячески пыталась этого не показывать.

— Понял, спасибо за совет, Трев, но раз ему некуда пока уходить, присмотри за ним, пускай адаптируется к процессу. Попозже нагоним сюда остальных, пускай обратно знакомятся. Думаю, Элли будет не прочь заняться его воспитанием, естественно, в свободное от работы и прокачки ветки умений время.

Фи медленно приходила в себя и недовольно ёрзала на виртуальном диване. Девушка открыла глаза, посмотрела по сторонам, будто опасалась, что на неё напрыгнет Мышь, и увидела стоящих недалеко нас. Мы решили не нависать над ней и дать достаточно времени, чтобы переварить увиденное. Оно ей понадобится.

Через несколько минут Фи всё же встала с дивана, отряхнулась, поправив удобно сидящую чёрную курточку и уверенно заявила:

— Извините, со мной такое не часто бывает.

— Ничего страшного, — улыбнулся Трев. — Вопросы?

— Тонна, — открыто заявила та и тут же продолжила. — Но все они подождут. В первую очередь, я должна заняться делом и спросить об этом Смертника.

— О чём? — спросил я, удивившись такому странному выбору слов.

— Ясли! Ты действительно собираешься туда отправиться и прекратить похищения детей?

Для Трева это было новостью, но удивился он не сильно.

— Я же уже сказал, что да. Выбраться за границу города можно через Дивизион, так как фактически я всё ещё числюсь в ватаге Фокс. П.В. упоминал, что принтер, штампующий детишек, должен находиться где-то у стен Кокона, но точного местоположения нет.

— Тут могу я помочь, — согласно кивнула Фи, в то время, как все мы пошли в анализаторскую комнату Трева. — Данные, что я украла, хранили в себе точки и время поставок. Все они находятся за ОлдГейтом, на территории Старого города. Именно там Чёрная тысяча забирала груз, а затем провозила контрабандой на территорию ОлдГейта. Точек встречи всего было три.

На широкой стене появился массивный виртуальный экран, и я, кивнув Треву, позволил ему дать Фи частичный доступ к системе. Девушка быстро адаптировалась и, поняв принципе действия, начали вырисовывать карту.

— Все они находятся на одинаковом расстоянии в одиннадцать километров, что делает удобным обратный путь домой. Крысоловы — так называют тех, кто занимается поимкой детей — должны прибывать откуда-то с севера, из-за пределов Старого города, а ближайшая точка безопасной зоны находится в пятидесяти километрах от стен Кокона.

— А что дальше? — спросил я, примерно догадываясь, каков будет ответ.

— Всё, что только может остановить любую биологическую или виртуальную единицу, — пожала плечами девушка. — Байки насчёт неприступности Кокона на сто процентов верны. Ещё ни одному человеку не удавалось проникнуть внутрь, не получив сначала гражданство. Но я уверена, что крысоловы не из Кокона. Как только за спинами новообретённых граждан закрывается дверь, обратного пути больше нет. Да и вряд ли кто-нибудь захотел бы вернуться на рубежи.

— Значит, принтер находится за пределами Кокона, но не вплотную к стенам, в противном случае, это оставило бы брешь в идеальной обороне, — заключил я, наблюдая, как на экране вырисовывались новые и новые данные.

— Угу, — согласно кивнула Фи. — Плюс там настолько фонит от всевозможной радиации, что ни один ребёнок не выживет.

— Получается, турелей, заграждений и всего прочего им мало? — поинтересовался Трев. — Так они ещё и радиации сверху добавили?

— Радиация — это отходы Кокона,