Генеральный попаданец 7 - Ал Коруд

«доллар — золото». Известно, что с некоторых пор цена на жёлтый металл сильно занижена. К тому максимуму золотой цены, который был достигнут в начале 1980 года (850 долларов за тройскую унцию), рынок пока еще не приблизился. Замечу, что речь идет о ценах сопоставимых, а не номинальных, уже переваливших за 3000 обесцененных долларов. Отсюда вроде бы следует вывод о выигрыше Рокфеллеров и ослаблении позиций Ротшильдов. Однако велика вероятность того, что это лишь тактическая уловка Ротшильдов, вознамерившихся превратить своё временное отступление в стратегический проигрыш Рокфеллеров.

Есть много косвенных признаков того, что Ротшильды участвовали в игре на понижение золота, что автоматически вело к усилению доллара, но это не финансовый мазохизм. Последние два десятилетия Ротшильды, используя различные теневые и криминальные схемы, скупали драгоценный металл, для чего им, естественно, нужны были максимально низкие цены. На это, между прочим, работал и Лондонский золотой фиксинг. Золото качали из разных источников, но главными были золотые резервы центральных банков и казначейств. Наиболее крупным резервом был запас Казначейства США (по официальным данным, 8100 тонн), хранящийся в Форт-Ноксе. Аудиту хранилища Форт-Нокса не подвергались со времен Второй мировой войны, и вероятность того, что кто-нибудь найдёт там те самые 8 тысяч тонн золота, которые фигурируют в официальных документах ФРС и Минфина США, ничтожно мала.

Глава 8

14 октября 1976 года. Район Харбина. Сны о чем-то большем

Я сидел возле окна и меланхолично смотрел на незнакомые пейзажи, расстилающиеся по обе стороны железной дороги. Это уже не сибирские леса и не забайкальские степи. Позади остались горные хребты и сопки. Местность стала ровнее. Редкие заросли незнакомых деревьев, поля, небольшие поселки. Людей значительно больше, чем до советско-китайской границы. Климат все-таки лучше, да и с юга много народу переехало под защиту братьев с севера.

В китайском обществе заметно изменилось отношение к нам. Многие их бросили, а русские, забыв о прошлых разногласиях, пришли на помощь. Сотни тысяч беженцев успели поработать у нас, ознакомились с нашим бытом и обществом. Увидели, что мы относимся к ним, как к хорошим союзникам по строительству коммунизма. Кругозор у людей стал заметно шире. Так что агитация старых представителей китайского истеблишмента уже не работает. А хунвейбины стремительно потеряли авторитет.

Впереди сложные переговоры с китайскими товарищами. Решил взять на себя эту обязанность. Бедному Машерову и так хватило в последние недели горячих точек. Кто бы мог подумать, что международная политика станет такой малоуправляемой. Единственное, в чем я преуспел за десять лет правления — мы сумели спаять воедино социалистический блок в Европе. Не мытьем, так катаньем удалось перестроить международный отдел ЦК на новые рельсы и заставить МИД плотно работать с соцстранами. Пристальным вниманием к «союзникам» удалось избежать инициированных извне волнений в Чехословакии, а также бузу в Польше. Зато после насильного смещения Чаушеску получили небольшой мятеж в Румынии. Но там Тито помог. Его спецслужбы тесно сотрудничали с Секуритате. Так что «Гения Карпат» здесь не получилось. Румыния для меня вообще мутная страна с непонятной историей. Самый жирный минус — что она находится между нами и Болгарией. Хочешь не хочешь, но приходится с Валахией работать.

Но успех на Западе материка отозвался дичайшими событиями в Китае. И вся эта чехарда с убийством Мао и дальнейшей эскалацией заставляет думать о том, что имело дело внешнее вмешательство. Мы же с ним почти договорились. У каждого свой социализм, но общий враг. Мао Цзэдуна согласился на то, чтобы политическая риторика велась между идеологами. А мы оставались при этом государственниками и решали более глобальные задачи. Но не сложилось. Кто-то пробует воспользоваться глубокими трениями внутри компартии. И я этот момент прозевал. Малое количество агентуры и постоянная закрытость китайцев мешали разобраться в хитросплетении связей внутри огромной страны. Тут бы с собой разобраться!

Первые успехи по блокированию национализма вскоре наткнулись на пока непреодолимые препятствия. Машеров точно спасует, литовских нациков зачистили мы. Так что срочно ищу ему помощника. Речь нового Генсека о славянском братстве на Украине приняли прохладно. Щербицкий поддержал «Киевских» и слишком ревниво относится к своей республике. Снова замелькали блакитные «шаровары». Резко снимать былого передового назначенца нельзя. Будет скандал. Белорусского лидера пока не воспринимают, как всесоюзного. Я такую ситуацию предвидел и поэтому рассчитывал на кого-нибудь другого, чтобы дать Мироновичу крепко обосноваться в Москве.

Все поменялось во время одного из «кризисов», когда я снова загремел в Барвиху. Как бы ни следил за здоровьем, но оно уже подводит. Чазов утверждает, что впереди при должном уходе достаточно лет жизни. Но нервов тратиться больше, чем у того Ильича. В этом мы с ним разные. Сие обстоятельство отметили все родственники. С братом у меня нового отношения не сложились. Но тут он мог сослаться на должность. Мол, загордился Ленька. С Викторией Павловной отношения в целом прохладные. Но таковыми они были давно. Вскрылось тут, что Ильич был бабником отменным. Пришлось пару раз разрулить пару весьма щекотливых ситуаций. Жаль тут, пока нет генетической экспертизы. Похоже, что потомков у него больше.

Так что из подходящих кадров оставался лишь Машеров. Нет, были более деятельные и яркие люди. Имеющие больший опыт. Но я смотрел дальше. «Технический Генсек» с нашей привычкой к византийским интригам мог завести совсем не туда. А у меня могло уже не быть сил и влияния. Хотя нет, это останется до конца. Материала и компромата на всех с излишком. И не все заветные папочки донесены до Машерова. Пусть переварит сначала что есть. Но чем меня привлек этот долговязый мужчина?

Харизма! Очень яркая и, даже, можно сказать, солнечная. Я часто замечал, как вокруг него тут же начинаются улыбаться люди. Это не заработать политическими очками или воссоздать политтехнологиям. Это должно быть в человеке изначально, и над этим следует работать всю свою жизнь. Так что у меня и выбора, собственно, не существовало. Даже после кардинальной перетряски основная кодла Политбюро выглядела несколько уныло. Были неплохие специалисты, крепкие секретари с нужной закваской, но не имелось ярких личностей. Не вырастили на шестом десятке лет существования государства.

И что еще более важно: нужен был срок, чтобы вырастить Машерова в полноценного лидера. И у меня он еще имеется. Как и должность Председателя КПСС с существенными полномочиями. И вот в подобных китайскому «узких» местах я его старался подменять.