Крадуш. Чужие души - Болдырева Ольга Михайловна

Свете, усталый и загнанный, я ничего не мог им противопоставить. Здесь же у меня были шансы подготовить достойную встречу. Перворожденных мало — Владычица вряд ли послала за мной больше пяти-семи эльфов. И если они не вернутся, ресурсов собрать вторую группу у Первоземья уже не останется.

— Допустим, что погоня исчезла. Зарезали в пьяной драке, отравили мышьяком в таверне... не важно, как именно, но их земной путь оборвался, и никто не успел передать в Первоземье, в каком направлении исчез Кериэль Квэлле.

Хорошо-то как! Я с удовольствием представил все вышеперечисленное и даже заулыбался.

— За тобой направят кого-то еще?

— Вряд ли. Я думал над этим вопросом. Ответить сложно, не зная, кто участвует в погоне. Двоих я убил по дороге, но даже не понял, сколько эльфов осталось в группе. Может, Владычица больше не захочет никем жертвовать.

— Предположим тогда, что этой погони больше нет, а новую не послали. Чем займешься?

Жизнью?

Было бы здорово.

Хотя я не очень представляю ту самую «жизнь». Свой дом? Работа целителя по будням и прогулки по городскому парку в выходные? Может, встречи с какими-нибудь знакомыми, если они появятся. Одному так-то тоскливо, я все-таки эльф общительный. И конечно, охота раз в пять-семь лет, чтобы продлить свою жизнь.

— Ну-у, — попытался как-то сформулировать промелькнувшие мысли, — я вообще не очень разбираюсь, чем можно заниматься, когда сверху не контролируют каждый шаг, и не живешь от приказа до приказа. Зелья бы начал варить, в этом я хорош. И исцелять умею — устроился бы в больницу или частную клинику, не знаю, как у вас здесь принято. Накопил бы на дом, может. Или ты спрашиваешь, не начну ли я убивать всех направо и налево, пытаться захватить власть и свергнуть императора, а заодно придумать новую религию?

— Последние два пункта звучат интригующе. Но я о другом, Кериэль. Не захочешь ли ты вернуться, чтобы закончить начатое? Интуиция мне подсказывает, что у тебя остались дела в Первоземье. Купишь дом, устроишься на работу, а через месяц тебя потянет домой.

— Дела действительно остались. Но не потянет, даже не надейся. Это все слишком давно во мне копилось, и тоски по родным краям не хватит для возвращения. Слушать сказки про эльфов интересно, но самому быть такой сказкой — врагу не пожелаю. Изнутри выглядит всегда иначе. Город мне нравится. Здесь, конечно, ужасно жарко, но, думаю, я привыкну.

— Что ж, я услышал все, что хотел. Спасибо за откровенность, Кериэль.

— Спасибо за понимание... Карел. — Я попробовал на языке имя лорда Мертвеца, и мне понравилось.

Его попытку заплатить за двоих я пресек. Во-первых, если бы я знал, что он предложит объединить счет, взял бы что-нибудь подороже, уж баклажаны мне не грозили разорением. А во-вторых, было как-то неудобно. Сначала мы переходим на «ты», потом пьем вино из одного бокала, дальше он предлагает заплатить за меня... Нет, спасибо, мы не так давно общаемся, чтобы я был готов принять такой широкий жест.

Карел пожал плечами и попросил официанта разделить счет.

Глава 6.2

Всего через полтора часа я вышел из регистрационной конторы — серого трехэтажного здания, в котором, кажется, занимались абсолютно всеми вопросами, связанными с жизнью города. В руках я держал новую, только что изготовленную карточку, удостоверяющую личность и имперское гражданство. Последнее меня действительно удивило. Насколько я знал, процедура смены подданства была мучительной волокитой и растягивалась на несколько лет. В моем случае хватило приказа лорда Мертвеца и нескольких его подписей. И самое прекрасное — никакого обмана. Карточку выписали на мое настоящее имя, и она содержала данные магического слепка и моего родового перстня. Штатные регистратор и артефактор, проведя необходимые манипуляции, подтвердили, что я действительно являюсь эльфом высокой крови и князем Эрна.

Настроение было прекрасным. То, что я рассказал Карелу, и его реакция сыграли роль некоторой разгрузки: я выговорился и вместо приглашения на эшафот заручился поддержкой. Еще и документы получил! Гражданство, конечно, накладывало сопутствующие права и обязанности. Налоги в городе оказались немаленькими, и необходимость платить их меня так-то не очень вдохновляла. Но зато сразу в комплекте с карточкой по приказу лорда Киара мне выдали лицензию на целительскую практику.

Единственное, что меня беспокоило — я не мог быть до конца искренним с Карелом. Даже то, что лорд Дебро, очевидно, давно всем надоел, и, обнаружив труп, стражи порядка только выдохнули, ничуть не исправляло ситуацию.

Я понимал, что император не будет удовлетворен, пока не найдут убийцу его «любимчика». Триединый, какое отвратительное определение! А попадаться стражам никак не входило в мои планы. Может, подставить кого-нибудь? Идея была неплоха. Тем более я собирался подыскать еще несколько жертв. И для этого мне отлично подойдут личности, похожие на Дебро. Нет, не в смысле, приближенные к императору! Упаси и Триединый, и Триада! Для ритуала мне вполне сгодятся садисты и нечестные на руку личности. И город почищу, и запасы пополню. Двух зайцев одним махом!

Оглядевшись, я попытался сообразить, в какую сторону следует идти.

Хорошо, Карел прихватил в регистрационной конторе карту города и на прощание вручил мне. Теперь я не боялся заплутать и сгинуть в трущобах. Проведя пальцем маршрут до «Женского дома», я нашел на карте крестик, обозначающий костел. Заодно узнал название, оказывается, он был посвящен святому Михаэлю — архистратигу воинства Триединого. А с виду такой маленький, невзрачный костел, даже без витражей! Сад я собирался навестить не просто так, обещал ведь полить розы, а сейчас как раз наступило подходящее время. Дневная жара уже спала, вечер захватывал власть над городом, расписывая небо фиолетовыми и серыми тонами. Где-то в отдалении гулко зазвонил колокол кафедрального собора, созывая прихожан на вечернюю службу. Ему тут же ответили громкими криками портовые чайки.

Купив по пути сахарный крендель и стакан пряного кахве, я никуда не спешил и с любопытством рассматривал и улицы, и людей. Первые были узкие и очень уютные: разноцветные опрятные дома украшали узорные плитки и вазоны с фиалками, фуксиями и гибискусами. Большие окна были приоткрыты, и из них доносились ароматы готовящихся ужинов, смешиваясь со сладким запахом цветов. По стенам змеились лозы дикого винограда и плюща, забираясь на покатые черепичные крыши, а во дворах росли глицинии и апельсиновые деревья.

Люди значительно отличались от привычных мне по Старому Свету смертных. Они казались счастливее и свободнее. Это отражалось на лицах — нигде ранее я не видел столько