Ноша хрономанта 10 - Владимир Михайлович Мясоедов

попытался собраться с силами…Но пошедший на второй заход мужик с огненным копьем тупо разрезал его вертикальным взмахом своего оружия на левую и правую половину, наплевав на то, что древковым оружием вообще-то положено убивать несколько иначе.

— Умереть не встать, — подумав, высказал свое честное мнение я, ощущая такую гамму эмоций, что разобраться в ней вряд ли бы сумел даже при помощи психиатра. Удовлетворение от того, что у меня с головой точно все в порядке, смешивалось с опасением перед будущим, которое теперь точно полетит в тартарары не просто очень быстро, а буквально с ракетным ускорителем, вставленным в задницу. Сожаление о годах, потраченных впустую на зарабатывание денег, грозящих быстро стать бесполезными фантиками, соседствовало с робкой надеждой на то, что теперь, когда правда вскрылась, то все…Пусть не наладится, но изменится. По крайней мере, людям станет понятно чего бояться и появится некоторое представление о том, как защититься от той дряни, которая с каждым годом все активнее и активнее проявляет себя. Присутствовала некоторая доля жалости к тем, кто случайно попал под удар или окажется жертвой мировых потрясений, но имело место и злорадство по отношению к погибшим в виде высокопоставленных чиновников не сильно дружественной страны. А ещё я хотел силы…Той самой силы, одно лишь лицезрение которой захватывало дух…И боялся того, куда меня это может привести.

Открыв вторую ветку я практически сразу же наткнулся на…интервью. Интервью, которое кому-то из дежуривших рядом с Капитолием буквально на всякий случай репортеров разных мировых агенств давал облаченный в покрытые какой-то странной вышивкой штаны и рубаху высокий четырехрукий громила, чья кожа по цвету напоминала полированную бронзу, а на лбу в окружении каких-то татуировок недобро прищурившись смотрел на мир третий глаз. Светящийся изнутри синим и с квадратным черным зрачком.

— Слушай сюда, урод, и передай остальным уродам, чтобы слушали! — Орало на английском прямо в камеру существо, столь похожее на человека, и в то же время так от него отличающееся. Ещё в кадр попали чьи-то ноги, висящие на заборе, окружающем Капитолий и капающие кровью из того места, где какого-то человека в прямом смысле слова порвали на две части. Верхнюю пару рук исполина, кстати, покрывали темные потеки… — Я капрал Джон Макферсон и я пришел себя, чтобы устроить этим чертовым политикам ад на земле! Такой же ад, как тот, в который они засунули меня! Тридцать пять лет я служил своей стране, отправляясь по её приказу в такую срань, где крысам срать противно! Убивал её чертовых врагов и трижды сам чуть не сдох, как поганая собака! А потом, стоило лишь мне заболеть, как меня выпнули пинком под зад! Без пенсии! Без страховки! Заживо гнить в вонючей дыре, лишь для конспирации называемой не тюрьмой, а домом престарелых! Целыми месяцами лежать собственном дерьме не зная, что прикончит меня раньше, сраная болезнь или банальный голод! Воды! Я, блядь, иногда целыми днями страдал, не видя самой обычной, мать её, воды из-под крана!

Кто-то, кого камера не засняла, вдруг открыл шквальный огонь по…Все-таки человеку? Во всяком случае, я не думаю, чтобы четырехрукий и трехглазый индивидуум мог служить в вооруженных силах США тридцать пять лет и остаться незамеченным. А даже если бы он стал таким мутантом в ходе какого-то правительственного эксперимента, то после отправки его бы отправили куда угодно, но только не в дом престарелых…И, кстати, каких-либо следов дряхлости или недугов на теле этого гиганта заметно не было даже близко. Даже после того, как в него послали несколько десятков пуль. Небольшие искорки света вспыхивали то и дело вокруг тела существа, назвавшего себя капралом Джоном Макферсоном, но и все.

— Да не трясись ты, трус! Тебя я тоже от пуль прикрываю! Я хочу, чтобы все знали, кто сейчас снесет с лица земли чертов белый, мать его, дом! А также, почему я это делаю! — Кадр резко уехал в сторону, показывая лишь ноги гиганта, обутые в некое подобие кожаных мокасин. Во всяком случае я не знал как по другому назвать обувь из мягкой кожи, расшитую каким-то светящимся бисером. — Да, блядь, отвык я от этого мира за эти годы…И пусть в той дыре, куда меня закинуло благодаря ритуалу из сна, подохнуть проще чем высморкаться, а души лишиться шансы выше, чем получить на улицах Нью Йорка штраф за неправильную парковку, но там все как-то честнее…

Две мускулистых и словно бы отлитых из бронзы руки подняли оператора в прямостоячее положение,а после силой развернули в сторону Капитолия. Оттуда короткими перебежками и рассыпным строем приближалось примерно человек сорок или пятьдесят. Некоторые были в деловых костюмах и с короткими пистолетами-пулеметами, вероятно удобными для повседневного скрытного ношения на виду у первых лиц государства, некоторые были упакованы в полный штурмовой обвес из тактических шлемов, бронежилетов, налокотников с наколенниками и каких-то приблуд, которым я и названия то не знаю…Стреляли все и, кажется, стреляли метко, поскольку в воздухе сплошным потоком полыхали яркие росчерки сгорающих пуль, а из случившихся поблизости людей пока только один упал, громко крича и истекая кровью из-за куска свинца, видимо отрикошетившего от земли где-то рядом с границей действия зашиты, чтобы попасть в ногу зеваке, напрочь лишенному инстинкта самосохранения.

— Жалкие глупцы, годные лишь на то, чтобы стать кормом для крыс! — В словах четырехрукого громилы по отношению к опытным сотрудникам спецслужб и каких-то спецподразделений, занимающихся охраной первых лиц государства, ненависть мешалась с презрением. — Такие как вы никогда не смогут противостоять верховному магу Сияющей Башни!

Из третьего глаза гиганта вырвался луч света, что утолщался с каждым пройденным метром и прошелся по лужайке перед Белым Домом, а также бегущей в атаку толпе подобно какому-то футуристическому лазерному оружию. Люди даже не вспыхивали под его воздействием, их вместе с оружием и амуницией мгновенно испепеляло разлетающимися в разные стороны хлопьями пепла…Но одновременно с этой впечатляющей расправой что-то сверкнуло совсем рядом с террористом и невольно взявшим у него интервью кинооператором с такой силой, что даже моим глазам стало больно. А еще там громыхнуло очень даже громко и ближайшую часть ограды, идущей по периметру территории Капитолия, посекло на части осколками разломало на части взрывной волной.

— Ладно, блядь, признаю…Некоторые шансы за счет удара в спину у вас все-таки были, ничтожества! — Прогремел взбешенный и громкий голос существа, которое из-за внезапной атаки видимо сначала испугалось, а потом и разозлилось. — Но двух танков для этого мало!