Первый Предтеча 5 - Элиан Тарс

плена! Слушайте меня, неумехи! Первый ушёл, Пухляш дышит. Первый нижайше просил меня проследить, чтобы вы тут не сдохли раньше срока. Так что давайте, двуногие, шевелите крыльями, сторожите кладку! Кто сдох — тот лох!»

С неба ударила вторая полоса огня ровно туда, где скапливалась вражеская штурмовая группа. Кто-то из брагинских пал замертво, а те, кому повезло меньше, заорали и начали кататься по асфальту, тщетно пытаясь сбить пламя.

Один из брагинских с другого направления оголтело закричал, замахиваясь гранатой. Но прямо перед ним мигнул прокол, и вылезший мощный клюв размозжил его голову, а граната так и осталась лежать в руке трупа, пока не взорвалась.

«Умнеет красотка», — раздался гордый голос Руха у всех в сознании.

— А наши мысли ты тоже слышишь, Конь… как он там?.. — быстро спросил Лапа, рванув к пулемёту.

«Коннетабль, неуч! И да, конечно слышу! Ты сейчас думаешь, как быстрее бы всех завалить и пожрать от пуза!»

Лапа испуганно выпучил глаза, пялясь на пролетающую мимо огненную птицу, как на высшее божество.

Тем временем натиск врага ослаб. Одарённый, ещё недавно швырявший комья асфальта, сменил позицию и затаился. Поперёк подъезда дымился обгоревший таран, а возле машин лежали обожжённые фигуры.

Оборона понемногу оживала: Василий вновь тихонько насвистывал себе под нос какой-то пошлый мотивчик, а Глеб наконец-то позволил себе размять затекшую шею.

Увы, передышка была недолгой.

«Со стороны шоссе ещё машины, — произнес Рух уже без веселья. — Много. Среди них чую двоих сильных. Цаплю я приберегу для гостинцев, но всех не пережгу даже я. Вам тоже придется поработать».

Святогор снова пересчитал магазины и пока нетронутые пистолеты. Выходило минут на десять боя, если экономить.

Или на семь, если считать по-честному. Потом — рукопашка. Да они с Лапой могут и голыми руками забрать на тот свет немало бандитов. Вот только вряд ли брагинские, у которых нет проблем с боезапасом, дадут им подойти ближе.

Да и усталости накопилось немало.

— Даже с птицей… — начал было Виталя — второй боец Глеба, тяжело вздохнул и не стал договаривать.

Святогор молчал. Он уже мысленно просчитывал пути отхода: отступать в торговую галерею, подняться на второй этаж, заблокировать лестницы…

В общем-то можно попробовать — враг поверит, что победа близка и меньше будет разрушать здание одного из Совета Двенадцати. Тогда есть шанс порубить нескольких в рукопашку.

Но, опять же…

— Командир!.. — внезапно ожила вдруг рация. Сквозь треск и чужую одышку пробился знакомый голос: — Это Клин, как слышно⁈ Повторяю, это Клин…

Свят на секунду прикрыл единственный глаз и ответил:

— Святогор на связи, слышу тебя, Клин.

— Фух! — не скрывая облегчения, выдохнул его заместитель. А затем четко произнес. — Прорвались через перекрытую улицу, едем к вам!

Лапа перехватил пулемёт поудобнее и ухмыльнулся во всю бороду:

— Ну! Я же говорил, рано ещё помирать.

* * *

Горстка гвардейцев рода Северских удерживала пятачок между гаражами и берегом Волги.

Бирюк уже заметно подустал — несколько раз он использовал свой огненный Дар, отрезая врагам возможность подступить ближе.

Гвардеец Сыч разместился на крыше одного из гаражей, стреляя по машинам из подствольного гранатомёта, но боеприпасы уже кончались.

А стоявший в кузове «Волка» Вяз работал пулемётом по подступам, и уже прикидывал, когда у него закончатся патроны.

Врагов становилось все больше и больше — из дворов подтягивались новые стрелки, патроны таяли, а в рации сквозь помехи прорывалась далёкая канонада. Где-то в глубине района воевал кто-то ещё.

— Экономим! — рявкнул Вяз, меняя магазин. — По одному, прицельно!

Они не знали, сколько им нужно держаться. Не знали, будет ли подкрепление. Но Хабаровский рубеж научил каждого из них выполнять приказы беспрекословно, и сейчас они просто делали свою работу.

И делали ее безукоризненно.

Но всё-таки в глубине души каждый надеялся на чудо. Их господин уже не раз демонстрировал настоящие чудеса — гвардейцы видели это своими глазами и верили, что Антон Игоревич всегда знает, что нужно делать.

Но время шло, брагинские бандиты упорно не хотели заканчиваться.

Вяз получил ранение в плечо, новобранец Фин — контузию от взрыва гранаты. Бирюк выдержал атаку вражеского одаренного и добил его ударом артефактного ножа, но потратил на это весь свой запас Источника.

Остальным десятерым пока везло… если не считать то, что и силы, и боезапас подходил к концу.

С каждой следующей минутой бой проходил всё тяжелее. Однако гвардейцы Северских не думали сдаваться. Несмотря на всю тяжесть, они продолжали биться, веря в успех, и…

Со стороны реки вдруг донесся звук приближающихся моторов.

— Что за?.. — пробормотал раненый Вяз и обернулся.

По утренней Волге к берегу шли катера. Три… четыре…

— Не стрелять! — рявкнул Вяз, уже догадываясь, кто на катерах.

Одним махом он влил в глотку восстанавливающий эликсир и продолжил всматриваться в катера.

С первого спрыгнул здоровяк и оказавшись по пояс в воде непоколебимо, как ледокол, направился к берегу. Он был полностью лысым, без бровей и щетины, отчего лицо его выглядело до странности младенческим.

Плечи при этом в дверной проём вошли бы только боком.

— Северские! — заорал «младенец» совсем не детским голосом. — Не стрелять! Свои!.. — он на миг задумался и поправился: — В смысле, Шрам прислал!

Бойцы на катерах были в сине-белом камуфляже. Стрелять они начали уже с воды — и стреляли крайне метко.

Правда, и брагинские не отставали, тут же открыв огонь по вновь прибывшим.

По здоровяку попали дважды — в плечо и в грудь. Однако он даже не сбился с шага — с его плеча посыпалась серая каменная крошка и растаяла в воздухе, а сам он, проходя мимо гаража, на ходу вырвал металлическую дверь и побежал на брагинских, прикрываясь ею как щитом.

Люди Шрама высаживались на берег в разных местах — кто-то на сто-двести метров в стороне, а какие-то группы прямиком рядом с бойцами Северских.

— Броневик к воде! — закричал один из них. Вяз продублировал приказ и гвардейцы начали отгонять «Волка».

С катеров вылетела тройка артефактных снарядов, точно ударивших по машинам брагинских. Рвануло так, что часть гаражей просто снесло вместе с содержимым. Снопы разноцветных искр разлетелись по округе, как от фейерверков.

Подкрепление давило противника по всем фронтам, и гвардейцы рода Северских смогли позволить себе выдохнуть и немного расслабиться.

Спустя десять минут бой полностью прекратился. Если кто из брагинских и выжил, то уже спешно ретировался прочь.

— Гошан, —