Лучшее завтра. Книга 1 - Ппан Ким

не смогу к нему даже приблизиться. Тогда все мои слова превратятся в пару неприятных реплик, которые забудутся со временем. Я с досадой выдохнула.

– Не знаю, изменилось ли хоть что-то.

Я открыла упаковку с жареным кимчхи и размешала рамён деревянными палочками. Зацепив разбухшую лапшу, подула на нее. Стоило мне поднять голову и поднести рамён ко рту, как я увидела, что кто-то стоит за окном и смотрит на меня. Рука замерла в воздухе.

С-Сонджэ?..

Я торопливо сунула палочки в миску с лапшой и присела на корточки. Мое прошлое – полнейший провал. Неужели в нем нет никого, кроме Рю Сонджэ и Пэк Инхёка? Почему мы так часто сталкиваемся?

Пока я сидела под столом со страдальческим видом, дверь в магазин открылась.

Положив руки на колени, я повернула голову на звук и встретилась взглядами с Сонджэ. Он поманил меня рукой. Избегая смотреть на него, я залезла под стол, делая вид, что что-то ищу.

– Ким Чхунбэк.

– А? С-Сонджэ?

Я подняла голову и неловко улыбнулась.

– Я подожду. Доедай и выходи.

Дверь закрылась. Я была совершенно ошеломлена. Сонджэ только что сказал, что подождет меня? Я прокрутила в голове слова Со Юнчжэ. Что он там говорил? «Чхунбэк-нуна, это все ради вас. Если хён узнает, что вы опять приходили, он это так просто не оставит, понимаете?» Там точно была фраза «он это так просто не оставит». Неужели если я выйду сейчас, то увижу у входа парня с блокфлейтой в руках? Или он принес подаренные книги? Может, хочет потребовать, чтобы я забрала их обратно?

В голове роились самые разные мысли, от которых аппетит сразу же пропал. Я выбросила рамён, не успев его даже попробовать, и собиралась уже выходить из магазина, когда вспомнила, что шоколад поднимает Сонджэ настроение. Купив несколько шоколадок, я вышла на улицу. Юноша стоял перед банкоматом рядом с магазином. Наши взгляды встретились. Я неловко подошла к нему и протянула угощение.

– Для начала съешь это.

– Что это?

– Шоколад.

– Зачем?

– У тебя ведь от него улучшается настроение…

Сонджэ подозрительно посмотрел на меня, но взял один батончик. Я посмотрела, как он открыл упаковку и откусил немного.

– Обычно ты говоришь мне, чего есть нельзя.

– Но ты ведь любишь шоколад.

– Как ты узнала?

– От Пэк Инхёка…

– Это он тебе сказал?

– Угу.

Это правда: однажды на радио Инхёк рассказал, что Сонджэ ест шоколад, когда испытывает стресс, расстраивается или злится, – всегда, за исключением дней, когда у него хорошее настроение. Решив, что сказала что-то лишнее, я опустила голову. Вроде не сделала ничего плохого, так почему чувствую себя какой-то преступницей? Перед Сонджэ я всегда ощущала себя очень маленькой.

– Слушай.

Я, ни с того ни с сего разнервничавшись, прикусила губу. С тревогой, которую ощущает заключенный в ожидании приговора, я взглянула на парня.

– Почему ты мне все это носишь?

У него в руках была самая первая книга – «Знания о лекарствах для осознанного приема».

– Эм… Ну…

– Вторая вроде называлась «О бессоннице»? И еще одна… «В снотворных нет ничего страшного»?

– Нет! – крикнула я, замахав на Сонджэ руками, потому что он произнес совершенно не те названия.

– Они назывались «В бессоннице нет ничего страшного» и «Об опасности снотворных»! Нельзя так легкомысленно относиться к снотворному!

Сонджэ смерил меня безразличным взглядом. Я решила, что слишком раскричалась, поэтому кашлянула и отвернулась.

– Странный у этих книг жанр.

– Ты разве не знаешь этого человека? Он очень известный врач. И даже ведет две программы о классической медицине. – Я указала на лицо на обложке книги. В моем взгляде читался немой вопрос: как можно не знать такую знаменитость?

– Я не об авторе. А о жанре, – настойчиво повторил он. – О теме, на которую написаны эти книги.

– Я беспокоюсь, что с тобой случится что-то плохое, если ты не будешь знать об этом…

– Умру от шока или вроде того?

Мои глаза округлились. Я едва не закричала во весь голос: «Неужели!», но вовремя прикрыла рот ладошкой.

– Ты читаешь эти книги?

– Разве не для этого ты мне их передаешь?

– Верно! Именно для этого! – Я торжествующе вскинула кулак в воздух, а Сонджэ слегка нахмурился и откинул голову назад.

– Не обязательно мне их давать.

– Но это же просто подарки!

– Вот я и говорю, не нужно мне никаких подарков.

Не нужно? Или они его напрягают? Я не смогла понять, какой из ответов ближе к правде, и шумно выдохнула.

– И ты ведь знаешь мой номер.

– А? Нет. Я его не сохранила. У меня есть только наша переписка. Правда-правда, – быстро ответила я, решив, что он отчитывает меня.

Конечно, сначала я сохранила, но потом удалила из списка контактов, так что нельзя сказать, что я знаю его номер. Парень с безразличным видом посмотрел мне в глаза. По его лицу невозможно было понять, о чем он думает. Неужели он мне не верит?

– Сохрани.

– А?

– Сохрани мой номер и пиши напрямую, если захочешь что-то сказать. Перестань уже просить Юнчжэ.

От удивления у меня отвисла челюсть. Юноша кашлянул, сунул книгу обратно в рюкзак, застегнул молнию и ушел, даже не попрощавшись. Я растерянно смотрела в спину Сонджэ, который шел в том направлении, откуда я пришла. Мое сердце колотилось как сумасшедшее, а лицо горело.

Сохранить. Он сказал сохранить его номер. Прямо сейчас. Сонджэ.

Я закрыла щеки руками и прикусила губу, не в силах контролировать расцветающую улыбку. Я не могла сохранить его номер, даже если бы захотела, но чувство было приятным. Я хихикнула как дурочка и стояла возле магазина до тех пор, пока парень не скрылся из виду. Значит, все было не зря.

* * *

Вернувшись домой, я увидела у входа пару необычно больших ботинок и сразу же догадалась, что приехал папа.

– Папа дома?

Я быстро скинула обувь, вошла в комнату и увидела сидящих рядом родителей. Атмосфера была какая-то странная – лица взрослых помрачнели, а папа держал в руке бамбуковый меч. Этот меч был важным инструментом для кэндо – его хобби, а также предметом его большой любви.

– Что у вас с лицами? Что-то случилось? – спросила я, снимая пальто.

На столике в гостиной лежал листок бумаги.

– Присядь.

Улыбка исчезла с моего лица. Я положила пальто на диван и села на пол. Отец поддел лист бамбуковым мечом и подвинул его ко мне. Я опустила взгляд и посмотрела на бумагу – это был табель успеваемости.

– Что там написано?

– Табель успеваемости?

– Посмотри на свои оценки.

У меня во рту тут же пересохло. Даже мне было ясно, что разрыв в оценках между промежуточными и итоговыми контрольными получился слишком большим. Баллы по литературе, истории Кореи, мировой географии и этике выглядели неплохо, но вот с математикой и английским был полный бардак.

– То-то ты кричала, что бросишь школу. Пришла на контрольные без подготовки? – спросил папа.

Мне нечего было ответить, и я опустила голову. Я из будущего не уделяла внимания учебе. Вообще нисколько. Оценки меня абсолютно не