Кощей. Звёздные кости - Игорь Лахов

И тут я понял, что это не галлюцинация. Че Ён реально сидит рядом с моей койкой. Я же лежу весь в капельницах, не в силах пошевелиться. Попытался спросить, что приходит на А-1 и сколько наших выжило. Но язык отказывался шевелиться.

— Ты временно парализован, — пояснила Фея. — Не волнуйся. Так надо. Любое движение провоцирует рост попавших в тебя семян растений барьера. К тому же небольшая трещина в позвоночнике имеется. Это не проблема.

За сутки излечишься в регенерационной ванне. Споры и семена вдали от Анкиры дохнут. Главное: пережить нагрузки в стратосфере. Хотя взлёт — это не приземление, но всё равно тяжко придётся. Я буду рядом и верю, что ты справишься.

Произнеся это, девушка наклонилась и поцеловала меня в губы. В таком парализованном состоянии я ничего не почувствовал, но в груди разлилось какое-то волшебное тёплое чувство.

— Спасибо, — глядя в глаза своей кореяночки, мысленно поблагодарил я.

— Пожалуйста, Дима, — словами ответила она, но вдруг дёрнулась и застыла на мгновение.

После этого, приблизив своё лицо вплотную к моему, почти беззвучно прошипела:

— Я тебя слышала… Кажется. Скажи ещё что-нибудь.

Сам офонаревая от такого, я послал мысленный комплимент лёгкого эротического содержания.

— Красивые грудь и попка? Моргни, если про них сейчас фантазировал, — правильно расшифровала мысль Че Ён.

Я моргнул.

— Что я тебе сейчас ментально передала? — чуть слышно продолжила допрос девушка.

— Ничего не слышу, — без слов признался я.

— Жаль… А если…

Наш эксперимент прервала бригада медиков. Выгнав Фею из палаты и приказав ей собираться в дорогу, санитары стали готовить меня к транспортировке. Все капельницы и датчики были за пару минут отключены от тела. Потом меня завернули в странную переливающуюся фольгу и, словно мумию, повезли на каталке до знакомого автобуса. В нём уже сидела вся группа. Башкой крутить не получалось, но нескольких человек я краем глаза успел заметить.

Перелёт на Эно-2 дался с большим трудом. От перегрузок боль настолько затопила мой израненный организм, что, не стесняясь, орал благим матом. Думал, что не выживу. Рядом со мной вопило ещё несколько голосов. Видимо, не я один оказался в тяжёлом состоянии после последнего боя.

В регенерационной ванне провалялся почти двое суток. Но когда смыл с себя лечебный гель, то ощутил заново родившимся. Ох… Как же хорошо быть здоровым человеком, с отменным аппетитом, без всех этих трубочек и капельниц! Но ещё несколько дней в медицинском отсеке мне пришлось провести, пока доктора полностью не убедились в моей боеготовности.

Хотя, думаю, дело даже не в этом, а в неприметных людях в синих кителях без погон и петлиц. Они всю душу вывернули допросами. Заставляли вспоминать чуть ли не поминутно каждый мой день на Анкире. Особенно их интересовал Ворон и последний выход перед ментальной бурей.

Причём все мои ответы проверялись местным детектором лжи. Вначале от этого дёргался, боясь, что невольно выдал правду, но на удивление, обманул приборы достаточно легко. Ну а в конце заточения ко мне припёрся первый сбшник с петлицами лагарда на воротнике голубого кителя.

Этот майор не стал ходить вокруг да около, а сразу же предложил работать на него. Негласно, разумеется. Помня предупреждение Ворона, что отказываться не стоит, всё же решил сразу не сдаваться. Для достоверности, так сказать.

— Я уже служу корпорации, а в контракте чётко прописаны все условия. Господин лагард, какая мне выгода взваливать на себя больше, чем положено?

— Резонный вопрос, рон Кащиев. Если ты дальновидный человек, то должен понимать, что благосклонность нашего ведомства поможет тебе в будущем. К тому же небольшая прибавка к официальному жалованию ещё никому не вредила.

— Насколько «небольшая»? — продолжил я играть сомневающегося.

— Тридцать процентов к основным выплатам. Ежемесячно. В случае получения действительно важной информации можешь рассчитывать на премию. А через пару лет безупречной службы готовься к повышению в звании до лаона и, естественно, к очередным бонусам.

— Как и лаон Че Ён? Она тоже из ваших подопечных?

— Неужели ты думаешь, что я скажу тебе правду? — усмехнулся лагард. — Хотя тут мне скрывать нечего. Фея не подходит нам по своему психотипу.

— А чем же я хорош?

— Ты, Кащиев, по своей натуре одиночка. Подобные личности не привязываются к людям и легко их предают. Мы тебя отследили ещё с земной базы, где такие, как ты, обзаводятся протезами. Кстати, впечатлило, насколько равнодушно смог принять смерть наказанного товарища. Даже глазом не моргнул, хотя весь был в его крови.

— Просто он мне не товарищ, — равнодушно пожал плечами я, хваля себя за то, что с первого дня выбрал правильную тактику поведения. — Попутчик, случайно оказавшийся рядом. И чего за него переживать? Но я понял вашу мысль, господин лагард. Естественно, на таких условиях будет глупо отказываться от сотрудничества с вами. Как передавать донесения?

— Не волнуйся, Кащиев, — довольно улыбнулся корпоративный «чекист». — Мы сами придём за информацией.

— А при необходимости экстренной связи?

— Молодец. Понимаешь. Придумай кодовое слово, которое не используешь в обиходе. Чтобы потом накладок не было.

— «Дубоёлина» подойдёт?

— Вполне. Главное: сам его не забудь. При необходимости просто громко произнеси вслух, и с тобой свяжутся. Вот бумаги, которые необходимо подписать. Учти, играть с нами не рекомендую. Наказание за такое тебе очень не понравится.

После ухода сбешника меня тут же попросили на выход из медицинского отсека. «Лечение» закончилось.

Друзья! Спасибо вам за то, что тепло приняли мою историю. Благодарю за все лайки, награды и комментарии! Для меня это ценно! С сегодняшнего дня ввожу график выкладки: четыре раза в неделю. Понедельник, среда и пятница — обязательные дни. Ещё один день будет «плавающим».

Глава 12

Товарищи встретили меня радостными возгласами и дружескими похлопываниями по плечу. Я тоже не отставал, довольно отвечая на приветствия бойцов. Ну, а уж когда Фея при всех смачно поцеловала меня в губы, то кубрик просто взорвался гоготом, весёлыми подколками и аплодисментами. Но, кажется, никто так и не понял, что это была не шутка.

Лишь Ворон закатил глаза так, словно хотел рассмотреть свой затылок изнутри. Правда, мне было пофиг на его реакцию. Рисуясь, строевым шагом я подошёл к командиру и доложил.

— Товарищ эрон Воронцов! Рон Кащиев после излечения прибыл в расположение части и