Консультант - Александра Торн

– Нет! – отрезал Лонгсдейл. – Исключено!

Бреннон задумчиво опустил голову. В дневниках Редферна, где-то на первых страницах, было указано, что зимой 1630/31 года, когда на Лиганте появился провал, в городе свирепствовала чума. Хотя комиссар не очень понимал, как дохлая рыба может быть связана с чумой, он решил потолковать с пироманом насчет его темного прошлого.

Труднее всего Маргарет всегда давалось ожидание, в том числе и в магии. Энджел завороженно смотрел на клочок в прозрачном шаре и ничего не делал, только постукивал пальцами по подлокотнику. При этом глаза наставника буквально светились от бурной работы мысли, и девушка пожалела, что не может, как случилось однажды, снова увидеть этот ураган идей, образов и представлений. У нее сердце замирало, когда Энджел так выглядел – настолько погруженным в свои мысли, что они казались видимыми, почти как нимб.

– Н-да, – наконец изрек Редферн и поднялся. Шар, сотканный из неведомой науке смеси заклятий, парил перед ним и загадочно поблескивал.

– Ну? – нетерпеливо спросила Маргарет. – Что вы будете делать?

– Пока еще не решил.

– Но его можно как-то достать оттуда?

– Зачем? Наша цель – не вытащить остаток контракта, а отследить по нему чернокнижника. Этим и займусь.

– А я? Что мне делать?

Наставник помолчал, осторожно взял ее за руку и спросил:

– Вы хотите ко мне присоединиться?

– Конечно! – выпалила Маргарет. Энджел коснулся губами ее руки, и девушка едва удержалась от того, чтобы провести ладонью по его волосам. Ей с каждым днем становилось все труднее удерживаться на этой грани. Несмотря на вчерашнее. Особенно после вчерашнего. Как будто каждый раз, когда Энджел позволял себе минуту слабости и открытости, он становился все ближе.

«Нельзя же, в конце концов, прятаться вечно», – подумала мисс Шеридан, спускаясь следом за наставником в лабораторию. Она все еще иногда просыпалась от кошмаров, но если не делать шагов навстречу, то никогда не сдвинешься с места.

– Итак, что вы думаете? – спросил Энджел, установив шар на треноге.

– Ничего, – призналась девушка. – Мистер Лонгсдейл прислал список заклятий, но они так переплелись в результате одновременного использования, что уже и не угадаешь, как они прореагируют, если хоть одно тронуть.

– Но нам не нужно трогать. Необходимо ввести внутрь какой-нибудь щуп, прикоснуться к остатку магического контракта и взять след.

– По-моему, это все равно что потыкать палкой в гранату.

– Маленькое скептичное создание, – пробормотал Редферн. – Тоже мне, великая загадка! Главное – внедрить щуп, но вот из чего его сделать…

Он осматривал лабораторию, машинально перебирая инструменты в кюветах. Платина была инертным к магии материалом, однако требуется не просто коснуться клочка, но и записать след чернокнижника. А к платиновому щупу никакие чары не прицепишь из-за инертности… Маргарет встрепенулась:

– Энджел! А если взять платиновую палочку, прикрепить к ее концу что-нибудь, а к этому чему-нибудь – чары вроде тех, которыми мы пометили Хилкарнского Душителя, только наоборот?

– М-м-м, – недовольно отозвался Энджел.

– Я прикоснулась к Душителю и оставила метку, по которой вы его нашли. А сейчас нужно прикоснуться и снять метку, оставленную чернокнижником.

– Палочка и что-нибудь. После года учебы ваше научное мышление все еще в зачаточном состоянии, – фыркнул наставник и вдруг задумался. Он выдвинул ящик с платиновыми инструментами и достал щипцы на длинной ручке. – Если припаять небольшую емкость, – пробормотал он, – с откидывающейся крышечкой, а внутрь поместить материал, который снимет отпечаток… гм, температура плавления платины очень высока, может, просто прикрутить проволокой?

– Лучше бы проводить опыты снаружи, на учебном полигоне, – добавила Маргарет. – У этого шара такой вид, будто он взорвется от любого тычка.

– И ведь попытка будет только одна! – Глаза Энджела загорелись; он сунул девушке щипцы и зарылся в ящик. Платиновых инструментов у наставника было немало. – Не стойте столбом, девушка! Найдите мне какой-нибудь материал, достаточно прочный и с высоким сродством к магии!

Маргарет с улыбкой оставила наставника наедине с платиновыми запасами и подошла к стеллажу, где хранились всевозможные минералы. Рядом с образцами была табличка с перечнем свойств, и девушка, поразмыслив, выбрала несколько топазов.

– Ну что ж, – сказал Редферн, который весь светился от предвкушения, как ребенок перед Рождеством, – попробуем из ничего сделать нечто. Берите шар, и пойдем на полигон.

Вскоре, стоя посреди полянки с мишенями, Энджел уже прикручивал проволокой к щипцам небольшую коробочку размером с табакерку.

– А проволока не прореагирует? – с опаской спросила девушка, придерживая щипцы. – Это же медь!

– Надеюсь, что не успеет. Мне нужно меньше минуты. Давайте образец.

Маргарет протянула ему топаз. Энджел пробормотал над камнем заклинание, капнул клеем на бока и втиснул топаз в коробочку. А затем приблизился к шару, который парил в нескольких футах над землей.

– Может, привязать к ручке щипцов палку?

– О, девушка, да не будьте такой трусихой! – воскликнул наставник и лихо ткнул щипцами в шар. Они прошли сквозь магическую оболочку, как утюг – сквозь шелковый платочек. Энджел перевернул щипцы, чтобы коробочка открылась, и коснулся топазом клочка контракта. Маргарет торопливо выдохнула «Scutum!» и прикрыла щитом себя и Энджела. Камешек от соприкосновения с договором заискрился, шар вокруг задрожал, а по медной проволоке проскочил разряд.

– Энджел, может, лучше…

Кусок контракта вспыхнул, и шар лопнул с таким звуком, словно взорвался магазин хрустальной посуды. Щипцы вырвало из руки Редферна, а взрывная волна с такой силой ударила в щит, что девушку отбросило наземь вместе с наставником. Сверху в щит врезалось что-то вроде гранаты, и Маргарет инстинктивно зажмурилась. От удара эта штука срикошетила куда-то в кусты и взорвалась там, усеяв всю полянку комьями земли и ветками.

– Энджел! – крикнула девушка. Рядом раздался непечатный возглас. Девушка вскочила и ринулась на звук, отбросив щит. Наставник поднялся из кустов, как змея, исцарапанный, покрытый пятнами от земли и травы, но торжествующий – в руке он сжимал коробочку с топазом, которая оторвалась от щипцов.

– Боже мой, – выдохнула Маргарет, вцепилась в наставника, прижалась губами к его губам, и Энджел вдруг ей ответил. От него пахло травой, одеколоном, химикатами из лаборатории, и губы у него были горячие.

– М-м-маргарет, – прошептал он, с трудом отстранившись, – я ведь не смогу остановиться…

Девушка сжала его руку – между их ладонями была коробочка с камнем.

– А если я не хочу, чтоб вы останавливались?

Энджел навис над ней – темные, внимательные глаза были так близко, что Маргарет могла поцеловать его веки.

– Вам еще снятся кошмары.

– Да, но… я думаю, если только ждать и ничего не делать, то… может,