Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

— Ещё одни непредвиденные затраты, — задумчиво произнесла, забирая небольшую картонку, на которой витиеватыми буквами было написано приглашение на ужин по случаю дня рождения малышки Кей, — у меня осталось всего пять фарингов, которые закончатся уже сегодня, как только я отдам их Фани, чтобы она купила необходимые продукты. За кирпич выплатят только завтра… через три недели надо заплатить слугам. И это здесь ещё, а пропустить нельзя!

— Важная птица? — поинтересовался Кип, кивнув на приглашение.

— Дочь одного из учредителей банка, откажусь прийти — возникнут ещё большие пересуды, — усмехнулась, аккуратно положив обрамленную по краю золотым напылением карточку, — хотя они и так пойдут, подозреваю, меня и пригласили, чтобы посмотреть словно на редкую зверушку.

— Не ходи, — меланхолично пожал плечами Кип, — надо тебе слушать этих… господ.

— Надо, я должна показать, что у Рейн всё отлично, — проговорила, задумчиво постучав пальцами по столу, — что с продажей автомобиля?

— Завтра заберут и сразу отдадут всю сумму… наличными, — добавил секретарь, — не просто было продать его, те, кто хотел и мог приобрести, давно раскатывают на безлошадной.

— Я понимаю, и спасибо тебе, — благодарно улыбнулась мужчине, вполголоса протянув, — завтра рассчитаются за кирпич, завтра же выплатят за автомобиль… всё завтра. А Сефтон должен был вернуться уже сегодня. Надеюсь, его что-нибудь задержит в дороге, мне необходимо оплатить банку часть долга до его возвращения. Важно показать учредителям, что только я смогу восстановить предприятие. Иначе есть риск, что мсье Доуман вывернет это в свою пользу, не удивлюсь, что он заявит о якобы своей помощи в погашении долгов.

— В Ранье Сефтон ещё не въезжал, мне бы сообщили, — проговорил Кип, чуть помедлив, добавил, — я попробую устроить так, чтобы у мсье Доумана случилась поломка, эти автомобили такие ненадёжные.

— Ты лучший, не знаю, чтобы я без тебя делала, — произнесла, положив на край стола свёрнутую в нужном месте газету, — Хокинс — рисковый парень, он высмеял графа Жортиса, завуалировано назвав его старым брюзгой. Я бы хотела встретиться с этим журналистом, уверена, мы с ним договоримся.

— Что-то задумала? — предвкушающее прищурился Кип, забирая газету.

— Нам не помешают такие правдолюбцы, Сефтон скоро заявится, и начнётся игра посерьёзней. Фрэнк — мелкий пакостник по сравнению со своим отцом, я удивляюсь, почему до сих пор в поместье не заявился старший братец Ларк, та ещё мерзость и ничтожество.

— Выжидает? Без отцовского дозволения не лезет?

— Возможно, он всегда был чуть умнее Фрэнка, но и более жестоким и нетерпимым.

— За ним присмотрят, Дель, — поспешил успокоить меня мужчина, быстрым взглядом пробежавшись по статье, — нда… если он продолжит в таком же духе, я не ручаюсь, что этот Хокинс встретит свою старость в здравии.

— Думаю, что имя скандального журналиста ненастоящее и редактор этой газетёнки, скорее всего, не видел в лицо Хокинса, — подначила Кипа, который страсть как любил загадки и тайны, — разыщешь?

— После такого, с огромным удовольствием, — оскалился секретарь, рывком поднимаясь с кресла, — едем?

— Да, зайду к сыну, предупрежу его, и выдвигаемся. Фрэнк не возвращался?

— Нет, всё там же заливает своё горе, — презрительно фыркнул Кип, распахивая передо мной дверь.

— Отлично, истерика отменяется, — с облегчением выдохнула, устав слушать пьяный бред мужа. Если верить докладу, то ранее Фрэнк так не злоупотреблял, возможно его сдерживал старший Доуман, а тут и папенька отбыл, и жена, которую Фрэнк давно похоронил, заявилась и распоряжается в доме, как в своём. Сразу столько раздражающих факторов, есть отчего запить.

— С нетерпением ожидаю его крик, когда он узнает, что лишился своей красотки, — злорадным голосом рассмеялся Кип, зная, как трепетно Фрэнк относится к своему автомобилю. И даже находясь в пьяном угаре, он не садился за руль, опасаясь ненароком поцарапать свою красотку.

— Это будет кошмаром, — с горестным стоном проговорила, сжав виски, пытаясь унять начинавшуюся головную боль, — ещё год, год мучений — и я стану свободна, конечно, если Фрэнк не вынудит меня избавиться от него раньше положенного законом срока. Почему до сих пор не изменили этот дурацкий закон? Слишком долгий срок, чтобы судья поверил в то, что между мной и Фрэнком больше ничего не может быть и что рожать ему ещё одного сына я не намерена.

— Закон я изменить не могу, но ты только скажи, — тут же отреагировал Кип, давно мечтая прибить Фрэнка где-нибудь в тёмной подворотне, — и от Доумана ты избавишься.

— Нельзя, слишком явно, возможно, позже… — покачала головой, останавливаясь у двери детской комнаты, встревоженно проговорила, — за домом точно приглядывают?

— Да, не волнуйся, никто в поместье не пройдёт. Фрэнка нет, а появится — с него глаз не спустят. Натиша и не таких успокаивала, поверь, в этой хрупкой девушке столько сил, что она с лёгкостью выкидывала из трактира огромных боровов.

— Ладно, — кивнула, каждый раз, ощущая непривычную тревогу, когда мне требовалось отправиться в город по делам, и я была вынуждена оставить сына в доме с посторонними мне людьми, которым я пока не доверяла.

Вообще, моя жизнь сейчас напоминала мне какое-то итальянское кино. Я представляла себя непременно синьорой, такой очень влиятельной женщиной, Дарен виделся мне сыном скрывшегося мафиози, и теперь нас неустанно охраняют. Служанки Натиша и Нел, две симпатичные и хрупкие девушки, на деле оказываются опытными охранницами. Строгая, тощая и плоская как доска экономка Фани с лёгкостью распознаёт в людях их намерения, умело считывая мимику. Пухленькая, рыжеволосая кухарка Хлоя и её сестра Яник ловко орудовали ножами и сковородкой, едва не прибив Кипа, показывая свои умения. Кто на самом деле Глен, я так толком и не узнала.

И всё это меня очень тревожило, но Кип заверял, что все они никогда не предадут и будут верно служить мне. Я же не была так уверена в этом, сомневалась, что люди, живущие в моём поместье, преданно служат именно мне. Да, можно допустить, что умения людей, что теперь обитают в моём доме, это вынужденная мера выживания. Им пришлось приспособиться, ведь в тех местах, где Натиша и Нел ранее работали, по-другому не выжить. И да, я сама просила Кипа, подобрать лучших, глядя на которых не возникнет мыслей, что ещё недавно Фани вымаливала милостыню у ворот парка Милт.

Но меня снедали подозрения, что все они пришли в мой дом по приказу Ская. Да, он взял на себя обязательства сохранить жизнь мою и Дарена, пока я не разберусь с семьёй Доуман. И всё же слишком он рьяно приступил к их исполнению, не получив при этом и фаринга. Что, если я не смогу рассчитаться с ним, и какой счёт выставит Скай по завершении нашего соглашения?

— Мама? — удивлённо воскликнул Дарен, прерывая мои мысли, выбежав из своей комнаты, едва не сбив меня с ног. За его спиной стоял Глен, как всегда, вежливо улыбаясь, Кип же, замерев у стены, не сводил с меня свой пристальный взгляд, будто пытаясь разгадать, что меня так гложет.

— Я решила заглянуть к тебе, узнать, как ты, и сказать, что мне нужно съездить на завод, — преувеличенно бодрым голосом проговорила, ласково улыбнувшись ребёнку.

— Мы пошли в зал, Глен научит меня, как уворачиваться, если противник сильней.

— Полезный навык. Если уверен, что бой будет проигран, лучше на время отступить.

— И Кип так сказал, — радостно подтвердил сын, самую малость изменившись за эту неделю. Он остался всё таким же вдумчивым и настороженным, но более свободным, улыбчивым и бойким.

— Замечательно, не буду вас задерживать, — проговорила, слегка приобняв сына, который потихоньку прекращал меня сторониться, — потом покажешь, чему научился, вдруг и мне пригодится.

— Конечно, мама, — серьёзным голосом ответил Дарен, тотчас рванув к лестнице. Глен, коротко кивнув мне и Кипу, проследовал за ним, на ходу объясняя своему ученику правила безопасности в узких коридорах. Проводив взглядом мужчин, с улыбкой слушая спокойный, ровный голос Глена и звонкий Дарена, я наконец обратила свой взор на секретаря, подпёршего плечом стену.

— О чём ты так глубоко задумалась? До того, как из комнаты вышел Дарен, — медленно, растягивая каждое слово, спросил Кип, пытливо в меня всматриваясь.

— Кхм… — усмехнулась такой проницательности и, решив не скрывать, проговорила, — о том, что в моём доме слуги подчиняются приказам Ская.

— Ты слишком умна для