Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

Она распадалась так, словно была составлена из конструктора лего и кто-то отделял от неё по детальке. Нет. нет, нет! Только не это! Он сейчас уничтожит всю магию, абсолютно все, заберет и подчинит её себе.

Двуликий раскинул руки в сторону, впитывая в себя вихри. На алтаре перед ним лежала моя малышка и звонко плакала. Я бросилась вперед, но меня откинуло волной магии назад. Всё, что меня сейчас интересовало — это ребенок, я даже забыла о боли в окровавленном бедре.

Пошатнувшись, Санхель-Дарриа обернулся к нам. Схватившись за сердце, мужчина ухмыльнулся. Его глаза были черными, непроглядными, словно ночь. Он сделал один шаг, вокруг него сгущалась магия, но дальше…

Дальше он ступить не смог. Растерянность, непонимание, ужас — это были его последнии эмоции перед тем, как он упал, словно подкошенный. Он. умер?

Я бросилась вперед и подхватила с алтаря Арину, прижав к себе.

— Маленькая, крошка, испугалась? Тише, тише, не плачь.

Анвэйм подошел к телу и проверил пульс двуликого, после чего тут же обнял нас и поцеловал меня в висок. Я прижалась к нему, чувствуя, как по щекам текут слезы. Вокруг нас столпились и темные, и светлые. Они удивленно оглядывались, всё еще не веря, что завесы больше нет.

— Он не умер, — произнес Хассаир, присев на корточки рядом с телом, — он истощил свой резерв. Что будем делать?

— План не меняется, — проговорил Анвэйм и посмотрел на того парня в рубахе, на висках которого выступила испарина. — Мы отправим двуликого туда, куда он хотел — в другой мир. Рарим, ты еще сможешь его переправить?

— Портал я держу, — подтвердил таинственный Рарим, вызвав у меня легкое удивление.

— Тогда закидываем подарок в другой мир, только перед этим, — Аир вытянул руку и ему в ладонь вложили антимагический кандалы, — наденем вот этом. Чтобы он и там не навредил.

Я за всем наблюдала отстраненно, прижимаясь ближе к Анвэйму. Ребенок тоже немного затих, но я боялась, что Ариша могла сорвать горло. Но главное — она жива и здорова. Видимо, Санхель-Дарриа был слишком уверен в своих силах и не подрасчитал, что ребенок может его переиграть. Хотя свою роль сыграло и то, что он уже был изрядно измотан: сначала боем, а затем снятием защитного купола с Арины, думаю, на это у него ушла немалая доля резерва. Поэтому он не смог придерживаться своего же плана и, пусть стену и разрушил, но использовал свои резервы, а не резервы нашей с Анвэймом дочери.

Тело переправили порталом. Артейм стоял в стороне, немного шокированный и подавленный происходящим. Вскоре стали открываться порталы, откуда выходили члены совета и наваиты. Я прижалась к Анвэйму.

— Способность этого Рарима открывать порталы в другие миры? — удивилась я.

— Да, — подтвердил эрлорд, — очень редкая исключительная способность, о которой я раньше даже не слышал. Но так как многие скрывают свои способности, это даже не удивительно. Когда ты рассказала о Фанни больше недели назад, я начал поиски такого человека, ожидая, что двуликого нам победить не удастся, зато может получиться отправить его в другой мир.

Я кивнула.

— Надеюсь, уникальная способность Санхеля — не порталы в другой мир.

— Его способность — в двуликости, — напомнил Анвэйм.

— Точно, — хмыкнула я и крепче прижалась к Анвэйму. Аир сидел на плато и смотрел на место, где еще недавно сияла завеса. — Интересно, а какая уникальная способность Аира?

— Этого не знаю. Он никогда её не раскрывал, — ответил эрлорд и вновь поцеловал меня в висок. — Идем. Вы устали.

Портал нам открывал один из магов, так как резерв Анвэйма был пуст. За нами тут же засеменил Вэйм. Во дворце Арина заплакала. Я передала её кормилице, а сама полностью отдалась в руки эстресс Марисель — рана на ноге нуждалась в обработке.

Я очень надеялась, что на этом проблемы окончены.

Глава 15

— Леди Аламинта, я уже подготовила ваше платье для бала, — сообщила Авина, едва я вышла утром из ванной.

Вчера я отрубилась почти сразу же, как покормила Аришу. Эмоциональное перенапряжение последних дней сказывалось. С момента падения завесы прошло три дня, за которые произошли сразу несколько вещей.

Артейм действительно не знал, что глава ордена наваитов заменил слова в пророчестве. Он принес мне официальные извинения, после чего подписал отречение от престола, поэтому пока единственной наследницей была Арина.

Орден наваитов был принудительно расформирован, и на этот раз заступника в лице Артейма эр Ни’Арда у них не было — он принял сторону брата, собственными глазами увидев, что вовсе не наша дочь была ребенком из пророчества, а раскола магии удалось избежать. Глава ордена был сослан на рудники на очень и очень долгие годы, как и его ближайшие соратники.

Магистра Энрада тоже нашли — его местонахождение “сдали” свои же. Ему хватило наглости просить меня вернуть его на службу, в чем ему, разумеется, было отказано. Его посчитали соучастником моего похищения, поэтому ему также был вынесен приговор — ссылка и антимагические кандалы.

Меня не покидало чувство, что вокруг меня что-то изменилось. Отношение людей, порой их заинтересованные и недоуменные взгляды, даже перешептывания. Причину этого я никак не могла разгадать.

А сегодняшней ночью я вовсе проснулась от жуткой боли в сердце, которая прошла также внезапно, как и началась. Где-то глубоко внутри меня поселилось осознание, из-за чего это произошло — связь с Аиром разорвана. Теперь, когда завеса пала, а двуликий в другом мире, он смог забрать статуэтку, которую больше не защищал двухпоточный щит, и, видимо, снял проклятье. Теперь мы оба были свободны.

Это поселило в моей душе спокойствие. Утром я покормила Арину — это одно из немногого, что я делала сама, в остальном же мне очень помогала кормилица.

Оказывается, иметь дочь от правителя целой страны очень выгодно — помощь была со всех сторон.

— Бал? — переспросила я удивленно, вспомнив, что сегодня Анвэйм должен назвать имя своей супруги. — Я думала, его отменили из-за недавних событий.

— Нет, эрлорд решил ничего не отменять, хотя завеса спала, — подтвердила Авина и задумчиво проговорила: — Никто не знает, что теперь ждет наш мир… Однако бал необходим. Его светлость хочет дать на нем важное объявление и объяснить произошедшее, унять волнение народа.

— Понимаю, — ответила я с грустью.

Хотя нет! Ни черта я не понимаю! Почему я не могу стать его женой? Во мне ведь теперь течет его магия, я — светлая, а не темная! От титула мне тоже,