Вампиры: Кольцо безумия. Душа дракона. Крест и крыло - Галина Дмитриевна Гончарова

Прошло не меньше десяти минут, прежде чем мы пришли в себя.

– Я сейчас оденусь – и выйду. Поговорим, – предложила я.

– Мне о многом рассказали, – хлюпнула носом мама. – Бедная моя девочка.

Раньше я бы уткнулась ей в плечо, и слезоразлив пошел по новой. Сейчас же…

Сверкнула звериными глазами женщина. Оскалился зверь.

– Мам, я богатая. Я люблю и любима, я нашла свою дорогу, я иду по ней – это невероятно много.

Мама посмотрела на меня с изумлением.

– Юля, ты в своем уме?

– Вполне. И в своем доме, – подчеркнула я.

И мама вдруг сорвалась.

– Это – твой дом?! Это чудовище – твой любимый?! Ты что – смеешься?! Тебя же просто используют! Можешь не надеяться на взаимность! Такие любить не умеют! Юля, очнись!!! Ты попала в этот кошмар. Тебя изуродовало, но мы ведь можем найти выход!

Я вздохнула.

Мам, ты у меня замечательная. Но…

– Это – мой дом. И мой муж. И прошу тебя, когда он очнется, проявлять к нам уважение. Он – Князь. Я – Княгиня. И третьего не дано. Если ты будешь обращаться со мной подобным образом, ты сильно нас подставишь. Смертельно. И себя – тоже. Леонид, почему ты ничего не объяснил?

Оборотень опустил глаза. Понятно. Любовь-с… Я стиснула пальцами виски. Голова собиралась заболеть.

– Вечером я попрошу Вадима. Мама, ты попала в другой мир. С новыми законами и правилами. И тебе придется играть по ним – или умереть. И мне тоже. А сейчас я пошла спать. Мне еще ночь бодрствовать. Всего хорошего.

Я сделала шаг назад и захлопнула дверь.

Опустила щеколду.

Какое-то время снаружи еще стучали. Потом прекратили.

Я забралась в постель и вытянулась рядом с Мечиславом. Мне было откровенно больно.

Вот так.

Ты можешь быть победительницей драконов и грифонов, ты можешь летать между звезд и драться на равных с демонами, а для матери ты всегда – ребенок. И она всегда знает, КАК тебе лучше жить. И не объяснишь, что время меняется. И незыблемого ничего нет. И надо приспосабливаться. И… у нас будет куча проблем.

Теперь я понимала Мечислава.

Я прижалась лбом к плечу вампира.

Холодненький.

Приятно…

Запатентовать, что ли?

Средство от головной боли.

Один вампир. Приложить к голове и полежать.

Лучше – до заката.

Я прикрыла глаза – и постаралась опять уснуть…

А вечером меня разбудили поцелуем.

Я мурлыкнула – и потянулась к Мечиславу.

– Доброй ночи, любимый.

– Доброй ночи, любимая. Как ты себя чувствуешь?

– Прекрасно. А если ты еще… да, не останавливайся, пожалуйста…

– И не подумаю…

Спустя час мы лежали на кровати и разговаривали.

– Как-то все очень неожиданно получилось, да? Враги наказаны, Елизавета мертва, ИПФ теперь с нами будет дружить…

– Так часто бывает. Ты же знаешь, кто такой Нед на самом деле. У него огромный опыт решения проблем, поверь мне.

Я и не сомневалась.

– Славка, а что теперь будет?

– Будем жить.

– Вот так просто?

– А как еще? Жить, любить друг друга…

– Скажи еще – детей родить?

– У вампиров детей не бывает. Я думал, ты знаешь. Это наше проклятие – мы можем сделать вампиром любого, но никогда не возьмем на руки своего ребенка.

– Ну и пусть.

Детей я все равно пока не хотела. Может быть потом, лет через пятьсот… И вообще – есть же ЭКО? Там даже отца знать необязательно. Подберем что получше по генам – и вперед.

Это я и изложила вампиру.

Мечислав поцеловал меня в висок.

– Ты у меня чудо.

– Я знаю. Главное, не забывай об этом.

– Ты не дашь. Пойдем купаться?

– Пошли.

Вампир подхватил меня с кровати и потащил в душ, перебросив через плечо. Укусить его за попу?

Хм-м… надо подумать… а что тут думать?

Кусать однозначно!

Чтобы не вошло в привычку!

– Юля!!!

Эпилог

Примерно два года спустя

– Гад ты все-таки!!!

– Юля, ну куда ты поедешь в Тулу на шестом месяце?! Когда тебя тошнит каждое утро и шатает от слабости?!

– Меня Питер звал! Они там получили интереснейшие результаты при исследовании воздействия…

– И слышать ничего не хочу! Общайся по скайпу! Но ехать куда-то не позволю!

– Сатрап!

– Ага. А еще тиран и деспот. И даже не думай сбежать!

Я надулась. Именно сбежать я и собиралась! Подговорить кого-нибудь и рвануть одним днем в Тулу. День туда, ночь там, день обратно. Как раз!

Мечислав закатил глаза.

– Юля, я с тобой просто повешусь!

– И что? Повисишь часок – и самому надоест!

– Опять ругаетесь? – влетел в комнату Шарль.

За последние пару лет дракоша успел избавиться от своего проклятия – и теперь осторожно, по ночам, пробовал перекидываться и летать. Глядя на шикарного красавца, по которому сохла половина оборотних и вампирш города, никто бы и не сказал, что мужчина знал и голод, и холод, и рабство…

Сам же Шарль… я называла его состояние «кошачьей лихорадкой». Он явно отыгрывался за несколько сотен лет воздержания. Утешало одно – детей он пока никому не сделал.

То есть они отыгрывались.

На пару с Недом.

О! Легок на помине.

Палач без стука скользнул в комнату.

– Что за шум, а драки нету?

– А ты как думаешь? – Мечислав давно избавился от излишнего почтения и трепета перед ужасом вампиров и обращался с Недом почти как с родственником. Этаким царем-дядюшкой. Вроде как и царь, но семья все-таки!

Нед так и не уезжал от нас надолго. Он обосновался в «Волчьей схватке» и чувствовал себя вполне хорошо и удобно.

К тому же перевез к себе пару вампиров. Молодую вампиршу по имени Ирида, которая была я, так понимаю, его секретаршей. И молодого человека по имени Чан с непонятными мне функциями. Телохранитель? Секретарь? Во всяком случае, он оставался за мной приглядывать как телохранитель, когда Нед уезжал. Но пообщаться с ним не получалось. Что Чан, что Ирида так виртуозно уходили от контакта, что ей-ей, им пора было в Госдуму. Хотя… по некоторым признакам было похоже, что они родственники. Ирида при встречах была мила и очаровательна. Чана Нидхегг пару раз отправлял по своим делам или оставлял приглядывать за нашим городом, отлучаясь в командировки. Но кто он, что он… явно не вампир, только вот поближе пощупать не получалось… ничего, еще есть время. Одним словом, в мире царили тишь и полное благолепие.

Я постепенно снимала с Неда проклятье. Но стараться нам предстояло еще долго и упорно. Лет так двадцать. В лучшем случае. В худшем – до пятидесяти.

Дракон